Многие люди, когда их спрашивают, где начинается космос, интуитивно связывают ответ с краем атмосферы. Теоретически, это не самая плохая идея, но у нее есть существенный недостаток. А именно, у атмосферы нет четко очерченного края, и с высотой она просто медленно разбавляется, очень плавно переходя в межпланетный вакуум, который все еще изобилует различными частицами.
Что еще интереснее, клочки земных газов могут быть зарегистрированы даже в нескольких тысячах километров от планеты. Таким образом, из-за ограничений следует признать, что большинство астронавтов на самом деле никогда не выходили за пределы самых внешних слоев атмосферы в широком смысле этого слова.
Лучшим примером является знаменитая Международная космическая станция, которая вращается «всего» на 400 км над нашими головами и, следовательно, формально остается в термосфере (90–500 км). И все же МКС все же называют «космической станцией», а ее арендаторов гордо называют «астронавтами», что ясно указывает на то, что космическое пространство действительно взаимодействует с внешней, едва заметной частью атмосферы.
Поэтому, если мы хотим очертить какую-то заслуживающую доверия и объективную линию космоса, мы должны постараться и искать более четкие критерии. Мы можем утверждать, например, что в космосе плотность газа слишком мала для передачи звуковых волн (160 км). Или обратитесь к зоне, где начинает преобладать солнечный ветер и другие заряженные частицы достигают глубины Солнечной системы (120 км).
Мы также знаем минимально возможную орбиту, на которой корабль с отталкивающим движением сможет совершить хотя бы один оборот вокруг планеты (130 км).
В качестве альтернативы нам остается определить высоту, на которой конструкция самолета может потерпеть искажение своего корпуса, потому что атмосфера становится неподходящей для традиционного полета.
Идея, аналогичная последней, была придумана выдающимся инженером и теоретиком авиации Теодором фон Карманом. В середине прошлого века один ученый попытался вычислить, при какой высоте скорость, необходимая для подъема самолета, становится больше орбитальной скорости.
Как ни странно, согласно оригинальной работе Кармана, эта точка находится на высоте 83 километра, что ближе к американскому определению границы космоса, чем к официальной работе Кармана.
Так или иначе, большинство вариантов, рассматриваемых разными авторами, заставляют искать космический берег где-то между мезосферой и термосферой. Принимая это во внимание, как условная линия Кармана, так и американское предложение имеют свое обоснование и могут с чистой совестью рассматриваться как приближение к реальной границе, отделяющей воздушное пространство от космической области.
Конечно, это не меняет того факта, что звание «космонавт» теперь является лишь ярлыком. Вне зависимости от того, поднялся ли космический турист на высоту 80, 100 или 120 километров, ставить его в линию, например, с участниками программы «Аполлон», было бы так же неуместно, как называть пассажира самолета ветераном авиации.