Когда Бастард Орлеанский узнал, на каких условиях Филипп Бургундский был готов заключить мир, возмущение (надо признать, абсолютно справедливое) захлестнуло его с головой. (Для тех моих читателей, кто случайно пропустил эту часть истории, я, как обычно, дам ссылку в конце рассказа.) Не говоря уже о вопросе возвращения Карла Орлеанского, остальные пункты также вызывали искреннее негодование нашего героя:
Филипп требовал извинений за смерть своего отца, Жана Бесстрашного. А кто же тогда заплатит и принесет публичные извинения за убийство Людовика Орлеанского, с которого все началось? Бургундец хотел материальной компенсации за убийство на мосту Монтеро, тогда кто компенсирует несчастным сиротам из Орлеанского дома их детство, которого они практически лишились, потеряв не только отца, но следом за ним и мать? А король, привечая лицемерных бургундцев, собирался делать задабривать их, отвернувшись от своих преданных соратников, кто все эти годы делил с ним поровну лишения и радовался победам?
Словом, наш герой был вне себя и в этом бунте его поддержал Карл Мэнский, потому что вторым пленником, о вызволении которых требовалось забыть, был не другой принц Орлеанский, также томящийся в английском плену (не знаю, как вы, дорогие читатели, а лично я, узнав о двух пленниках, думала именно о нем). Нет, оказывается, вторым пленником был старший брат Карла Мэнского и средний сын Иоланды Рене, бывший пленником бургундцев.
Возмущение Бастарда и графа Мэнского было так велико, что в ситуацию пришлось вмешаться королеве Иоланде, дабы ее разрулить. Пример матери, пожертвовавшей свободой собственного сына ради свободы страны, а также ее слова о том, что условия любого договора можно со временем пересмотреть, помогли Иоланде справиться с гневом молодых людей, и соглашение все же было подписано. Более того, были даже принесены прилюдные извинения, которые требовал бургундец, правда, от имени короля их приносил коленопреклоненный (!) королевский представитель. И мир все же был заключен, что означало, что многолетняя война между бургундцами и арманьяками закончилась раз и навсегда!
Чуть позже в Туре Карл VII подтвердил все подписанные договоренности, а следом за ним присягу на исполнение всех пунктов и условий договора принесли один за другим все французские принцы. Все, кроме Бастарда Орлеанского. Наш герой смог избежать этой процедуры, потому как, по его словам, такое серьезное решение должен был принимать исключительно герцог Орлеанский, то есть, Карл, а не его наместник. Сразу же после этого Жан уехал в Божанси, сославшись на необходимость срочного ремонта замка, ну а король сделал вид, что поверил в эту необходимость.
Вынужденное смирение Бастарда не было напрасным: подписание мирного договора с бургундцами принесло свои плоды очень быстро. Как только в Лондоне узнали об Аррасском договоре, очередным посланцам герцога посоветовали уносить ноги, пока живы. Известие об этом оскорбило Филиппа и бывшие союзники окончательно расплевались. Более того, англичане теперь направили войска на бургундские земли, оттянув их с французского фронта. Цель Иоланды и Карла была достигнута, правда цена за это была заплачена высокая, особенно для Бастарда.
Как он повел себя дальше, мы узнаем из следующей части рассказа, поэтому подписывайтесь на мой канал, чтобы не пропустить что-то интересное. Предыдущие части истории, а также прогуляться по Божанси можно прочесть здесь:
Мушкетер XV века (часть 41) На каких условиях бургундцы согласились на мир с французским королем