Сидят двое пожилых людей. Мужчина и женщина. Им за шестьдесят. Посторонний человек посмотрит и скажет: во – жизнь потрепала. Многое, видать, пережили.
Сейчас времена такие пошли: что-то, похожее на старость, приходит, когда человек отметит восьмидесятилетний юбилей. Да и то – некоторые молодцы из молодцов.
А эти двое в шестьдесят рассохлись, как старые коромысла: потрескались, былая краска отвалилась.
Он в молодые годы очень даже был ничего. Три раза женат. Потому что женщины любили.
Женится, поживет с дамой, пока она к нему, как сейчас выражаются, лояльна. Только начнет требования предъявлять, он скидает в свой чемоданчик рубашки и штаны – и на вольную волю, как молодой цыган.
Расправит кудри рукой – и вперед. Навстречу новым приключениям.
Рано ушел из материнского дома. Впрочем, как и его сестра. Оба на волю захотели. Учиться – труд тяжелый. И обязанность. Свобода дороже. Оба работали где-то разнорабочими.
Им везло: люди хорошие попадались. У него все три жены замечательные. Одна даже мотоцикл подарила. На свои деньги. А самая последняя – комнату в коммунальной квартире.
Сестра тоже щедрых мужчин встречала. Сколько раз замужем была – трудно сосчитать. Да это и неважно. Выйдет плавно из одного замужества, и тут же второе.
Мужья полагали, что она угомонится, остепенится. Нет, куда там! Страсти, встречи, признания и расставания – смысл жизни. А еще пьянки-гулянки.
Когда на плечи незаметно упал пятый десяток, у дорогого братца еще была женщина. За что-то любила, вероятно. Хотя у него кудрей уже не было, а лицо утратило молодую свежесть.
Снимали комнату, и женщина исправно платила каждый месяц. Приходила к нему тайком – от своего мужа. И в съемной комнате торжествовала любовь.
Как-то случайно застала возлюбленного с другой. Скандал. Договор об аренде комнаты порван. И любовника в годах выгнали на улицу.
Скитался по общежитиям. Однако повезло: под старость лет встретил еще одну даму. Вероятно – уже точно последнюю любовь. Женщина поднапряглась и купила ему комнату. Очень щедрый подарок.
Подарила комнату – и куда делась. Странная история.
И сестра полетала по свету. Повеселилась вволю. Жилплощадь ее не волновала. Материнский домик сумела вовремя на себя переписать. Когда мать жива была.
Вот тогда-то между братом и сестрой пробежала черная кошка. Его привлекала – половина материнского дома. Сестра не соглашалась.
Началась война. Чего только не было!
Братцу хотелось денег. Если бы сестра согласилась домик продать, тогда можно было бы еще порадоваться.
А сестра, естественно, сопротивлялась: жить-то где?
Воевали безумно, жестоко. Разгоряченные разными напитками остатки мозгов быстро возбуждались.
Продолжалось какое-то время. Пока не пришла вдруг старость – в шестьдесят лет. Дряхлость, болезни, старческая сентиментальность и боязнь смерти.
Присмирели. Решили так: пенсий у обоих нормальных нет – самый минимум. Зато недвижимость имеется. Комнату можно превратить, извиняюсь, в гробовые, а в бывшем материнском домике доживать печальные дни.
Кряхтя и охая, сажают понемногу картошку. А еще лук с укропом. На большее нет сил.
И на выпивку сил нет. И денег. Сидят в комнате, смотрят телевизор – вот и все радости.
В последнее время обоим мать снится. Печальная-печальная. К чему бы это?