Когда книга становится популярной, читателям кажется, что автор именно такой ее и задумывал. Они пребывают в заблуждении, будто и все в ее сюжете изначально было продумано, спланировано и сходу реализовано. Как же иначе, ведь история выглядит так складно, — а то, что пережил писатель во время работы над ней, остается за кадром. Узнать правду можно лишь из интервью, если литератор согласится раскрыть свою душу. Или из сохранившихся переписок, когда речь идет о классиках, которых уже ни один журналист не сможет расспросить.
Внимательно изучая беседы, которые в письмах вел Фрэнсис Скотт Фицджеральд со своим приятелем Максуэллом Перкинсом, руководившим в то время издательством «Скрибнерс», можно выяснить ряд любопытных нюансов о рождении "Великого Гэтсби". Наверное, американским школьникам, которые изучают данное произведение в рамках обязательной программы, это рассказывают учителя. Но для русскоязычного читателя, который знакомится с творчеством Фицджеральда самостоятельно, они могут стать неожиданностью.
Для начала, автор никогда не желал называть свой лучший роман именно так, как мы привыкли. У него были другие варианты: "Чародей Гэтсби" и "Тримальхион". Тут имеется в виду отсылка к истории Древнего Рима. Человек по имени Тримальхион Петрония был вольноотпущенным рабом. Ему удалось добиться богатства, но он так и не смог привыкнуть к своему новому статусу и научиться вести себя соответственно. Каждый день он посвящал тому, что нарочитой роскошью вознаграждал себя за былые лишения. Именно Перкинс настоял на том, чтобы название книги осталось "Великий Гэтсби". И как же он был прав! Слово "чародей" кажется неподходящим по смыслу. Ну а "Тримальхон" слишком заумно — едва ли многие смогут без словаря расшифровать, что это такое, и опознать метафору.
Перкинс в своих письмах упрекнул друга в том, что образ Гэтсби вышел расплывчатым. Это заставило писателя задуматься. На какой-то момент он решил, что главным героем стоит сделать Тома Бьюкенена. Но в итоге этого не произошло. В ответном послании Фицджеральд признался, что его "сердце принадлежит Гэтсби". Он сказал, что раньше думал, будто все знает об этом человеке, потом и сам в этом засомневался, но обрел веру в героя заново и представил его, как живого.
Интересным фактом является то, что первоначальный вариант романа никто так и не увидел и с исконным образом Гэтсби, созданном в нем, не познакомился. Фицджеральд неоднократно переписывал свою книгу. Так в одном из писем Перкинсу он сообщает, что, наконец, доработал персонажа, сделав его живым, рассказал, откуда тот взял свои деньги (о чем прежде не упоминалось), улучшил начало, разбил длинный диалог в одной из глав, подправил две другие. В общем, фактически переделал всю работу заново. Но даже это не помогло ему полюбить свою Дейзи также сильно, как любил ее Гэтсби. Фицджеральд считал, что этот образ ему категорически не удался, и очень боялся, что из-за этого книга станет чисто "мужской", а женщин привлечь не сумеет.
Прав ли был американский классик или ошибался? Какое название больше подходит роману? Пишите свое мнение в комментариях!
Спасибо, что читаете блог, подписываетесь, ставите лайки и делаете репосты.
Желаю читателям счастья и здоровья!
8888
Читайте также:
Правомочно ли такое понятие как "молодежная литература"