«Обыкновенные люди... квартирный вопрос только испортил их...»
Воланд, если верить Михаилу Булгакову
Мои читатели, а вас никогда не озадачивал вопрос, а чего это, например, Ричард Львиное Сердце постоянно воевал с папенькой Генрихом. Или вот сыновья Александра Невского Дмитрий и Андрей приводили татар друг на друга и разоряли Русь из-за своих личных амбиций друг перед другом? Почему родные братья так друг друга не переваривали, почему дети постоянно грызлись с родителями? Они что там в Средневековье вообще родственных чувств не испытывали и только Владимир Мономах у нас и Людовик Святой у них были все из себя благородные и справедливые?
Ну давайте начнем с того, что нас с вами тоже «квартирный вопрос» нередко портит и отношения между близкими родственниками разрушает. И страсти среди «леди Макбет Мценского уезда» порой бывают такие, что никаким королям и графам не снились. А потом, они ведь все эти графы, принцы, герцоги и короли и на самом деле были друг другу не то, чтобы уж совсем близкие люди…
Вот представьте себе, вы к примеру король. Или герцог. Родился у вас сын. На дворе какое-нибудь развитое Средневековье, пусть к примеру XV век. Ну родился и родился. Еще не факт, что выживет. Ребенку отрядили кормилицу, оставили слуг, воспитателя. А сами сели на коней и поехали в другое владение. Потому что большой человек – это большая свита. А большой свите надо много есть и пить. При этом запасы в каждом месте не бесконечны. И собрать в одном месте их непросто – проще переехать самим в новое место. Ну и кроме того, телефоны и телеграфы придумают еще не скоро, а управлять своими владениями надо. Делали это в режиме ручного, так сказать надзора. Вот и получается, что ехать надо, а ребенка с собой не возьмешь – он и так, скорее всего, недолго протянет, а в поездке – уж совершенно точно.
И папа-мама уезжают, а ребенок остается. С воспитателями и слугами. На несколько месяцев. Да и не привязывались к детям тогда так сильно. Чего о них беспокоиться, если из 10 выживут хорошо если двое-трое.
Поэтому до трех лет ребенок вроде и есть, а вроде и нет. Потом, выясняется, что деточка вопреки всему все-таки растет. Его надо воспитывать. Школ тогда особенно не было, поэтому было принято отдавать своих детей на воспитание авторитетным знакомым. Билл воспитывает моего ребенка – Джон воспитывает ребенка Билла, а я – ребенка Джона. Круговорот детей в природе.
В результате, ребенок, который уже не совсем ребенок, а еще и символ – потому что будущий граф или герцог, а то и выше, завязывает знакомства с теми, кто в будущем будет с ним и за него драться. Это важно. Потому что один в поле не воин. Но при этом знакомства и связи то завязываются. Но в результате деточка, в то время, когда как раз складывается характер, проводит время вовсе даже не с родителями, а совсем с другими. И дружит с другими. И общается с другими. И эти другие ему намного ближе и родней, чем отец и мать, которые появляются раз в несколько месяцев на небольшое время.
А потом, лет в 10-11 наступает время еще и символом выступать. То есть, решать все, конечно, будут специально приставленные, опытные люди. Но эти люди будут со всем уважением объяснять ребенку, что надо поступить так и так ваша милость, потому что это будет правильно. И эти специально приставленные люди и вообще те, кто по прежнему находятся рядом – опять же ближе и родней далеких и абстрактных родителей и братьев, у которых тоже есть свои воспитатели, учителя и специально приставленные люди.
И в результате получается, что «любящие» друг друга братья, «любят» друг друга в письмах и на расстоянии, а встречаются первый раз, когда одному лет 10, а второму – 12-13. И потом опять разъезжаются. И братская любовь между ними существует виртуально, а тесные отношения и дружеские чувства этот подрастающий герцог, граф и принц испытывает к тем, с кем мерз вместе холодными ночами в насквозь продуваемом зале далекого замка. К тем, с кем учился драться и воевать, с кем ездил на охоту или даже уже успел встать в стену щитов или атаковать в конной сшибке.
Вот и получалось, что с одной стороны такое воспитание гарантировало то, что подрастающие дети с малолетства готовы править. А с другой – родственных чувств к своим близким родственникам они нередко просто не испытывали – просто потому что и не видели их толком. Ну а потом начинались земельные интересы, помощь вассалам, косые взгляды, советы советников. Так что не стоит удивляться, что сыновья восставали против отцов и братья почти всегда воевали с братьями. Они же были друг другу совершенно чужие люди.
-------
Для того, чтобы было удобнее находить мои статьи на Дзене, подпишитесь на канал и тогда его удобно изучать в разделе подписок.
Мои статьи и видео доступны также во "ВКонтакте" на YouTube, в Инстаграм