В этой статье, хочу сравнить поведение двух людей, к которым мне пришлось выезжать на вызова по поводу травм.
Первый вызов поступил до обеда. Квартира. В квартире ремонт. Мужчина 62 лет упал со стремянки. Жалуется на... Хотя нет, не жалуется. Говорит, что просто болит правая половина грудной клетки и тяжело дышать. Ни стона, ни нытья. Просто болит чуть-чуть и всё.
При осмотре было видно явное отставание правой половины грудной клетки в акте дыхания. Правое лёгкое аускультативно молчало. Перкуторный звук глухой - как по покрышке от КАМАЗа. Пульс частый, давление 110/70. ЧД - 23, сатурация- 95%.
- Надо рентген делать. - Сказал я ему. - Причем не в травмпункте, а сразу в торакальной хирургии. Потому что там пневмо- или гемоторакс.
- А что это? - спросил меня больной.
- Долго объяснять. Надо ехать. Лида, - обратился я к помощнице, - собирай!
Обезболили, подключили систему, дали кислород и поехали. Ехать лёжа больной категорически отказался, да и не требовалось от него лежать. При его-то состоянии, как устроится поудобнее, так и повезём. Состояние дорожного покрытия во дворах этой страны сами знаете какое. Вот почему-то всегда, когда везёшь травму, то машину трясет и кидает как при землетрясении. Может быть, просто внимание больше уделяется при таких состояниях. Однако, несмотря на тряску, мужчина не издал ни звука стона, не говоря уж о выражении недовольства по поводу неаккуратного водителя.
Оказалось, что у него было сломано 6 (шесть!) ребер с одной стороны и развился гемоторакс. Выжил. Более того, ещё он стал примером, который я привожу, когда какой-нибудь больной жалуется на боль от царапины, ушиба, растяжения и прочие мелкие травмы. Уважением к нему я проникся.
Следующий вызов (уже после обеда) поступил к парню 23 лет, которому по пьянке "настучали в кабину". Из травм - разбита губа и нос, ссадина волосистой части головы. Сопутствующий диагноз - АО.
Он стоял во дворе многоэтажек, сплевывал кровь с разбитой губы. Рядом с ним стояла его подруга. Тоже в АО.
- Вы где, бля, ездите, на? Я вас уже час жду, на. Я, бля, чЁ, на? Умереть что-ли тут должен, на? А, на?
Я, в очередной раз, испытал приступ лютой злости. Захотелось добить щенка, а потом вежливо так: "Здравствуйте! Что случилось?"
Но я взял себя в руки, открыв дверь "Газели", сказал флегматично:
- Садитесь в машину. Обработаем раны и поедем в травмпункт.
Когда я обрабатывал ему раны, он стонал и охал.
- Ты чё творишь, на? Больно же, на! - кричал он мне, убирая мои руки от ран.
Честно, целенаправленно больно я ему не делал. Нафиг он мне сдался. Как говорил мне один хороший врач скорой помощи (царствие ему небесное): "Дим. Относись к таким людям как к материалу. Отработал и забыл. Не стоит опускаться до их уровня, вступая с ними в словесные конфронтации".
Его подруга "подливала масло в огонь":
- Да таким как ты, только в морге работать. Ветеринар!
А вот тут я с ней соглашусь. Иногда таких "животных" лечить приходится, что даже доктор Айболит обзавидуется!
- Я не ветеринар, я - орнитолог! - Сказал я им. Они уставились на меня непонимающе. Тогда я продолжил:
- Это который "чисто на дятлах специализируется".
Они не поняли что я имел ввиду.
Поехали в травмпункт. По дороге я несколько раз успокаивал водителя, порывавшегося добавить травм подонку, который нелестно отзывался о манере его вождения:
- Ты чё, вадила, на? Дрова везёшь, на? Аккуратнее там ёма нарот, на...
И все в таком духе.
- Сейчас перед тобой мы деда везли. У него шесть ребер сломано. Он даже не стонал. - Сказала ему помощница Лида.
- И чё, ёма на? Я же не дед, на! - Противно ответил он.
- Да, наверное, и не станешь никогда им! - Ответила Лида и отвернулась в окно.
Сдали мы его в травмпункт. Не знаю чем закончилась его "трагедия".
Я взял рацию:
- Инсулин-инсулин. Это пять-семнадцать. Нам нам нужна санобработка и заправка(так мы называем обед), а то "голодный федьдшер - это злой орнитолог!".
И мы поехали на подстанцию обедать.
Спасибо, что читаете мои статьи.
Всем желаю здоровья. И берегите себя.
С уважением, фельдшер.