Рада приветствовать своих читателей и подписчиков у себя на канале.
О той истории, что я планирую вам рассказать можно выразиться только словами Алисы из сказки: "Все чудесатее и чудесатее".
Анна Семеновна Муравьева - Апостол, встретив на Литейном проспекте императора Павла I, вышла из кареты, чтобы поприветствовать императора поклоном.
Она была не одна, а с семилетним сыном Матвеем. По возвращении в карету, обнаружилось, что мальчик потерял свой башмак, завязнувший в уличной грязи.
Даме только оставалось порадоваться, что император не удостоил ее беседы, которая могла растянуться и на две четверти часа.
Матвей Иванович еще долго вспоминал тот случай, когда ему в свой день именин пришлось стоять перед царем в грязи. Он даже потом сравнивал себя с Пушкиным, которому царь снял картуз и пожурил няньку.
Согласно этикету начала 19 века, при встрече с императором дворяне должны были выйти из кареты для поклона или реверанса.
Это правило соблюдалось неукоснительно, невзирая на погоду.
И можно только представить, как из остановившегося экипажа, в то время как кучер и форейтор благоговейно снимают шапки перед царем - батюшкой, поспешно выходит мать семейства с детьми и посреди уличной грязи, лошадиного навоза, снега или распутицы (мостовые были не везде) приседает в глубоком реверансе, а дети кланяются.
Встретить императора, конечно, почетно, но делать реверанс в луже – сомнительное удовольствие. И такое, судя по воспоминаниям современников, тоже было. Дамы, одетые по моде того времени, в легкие платья получали простуду, которая не всегда излечивалась.
Есть упоминания, что некоторые кучера, завидев издали Павла Петровича, по приказу своих господ сворачивали на смежную улицу, лишь бы избежать нелепой встречи с государем.
И в то же время, рыцарское поведение Павла побуждало его первому спешить к карете и со всей галантностью просить дам не выходить из экипажа. Странный контраст его поведения по сравнению с собственным указом.
В своих мемуарах Адам Чарторыйский упоминает, как при приближении Павла прохожие устремлялись бегом кто куда: в подворотню или переулок.
Другая причуда, по мемуарам Этьена Дюмона, – не полагалось в неглиже (в XVIII веке это удобная домашняя одежда) появляться у окна. Даже видеть мужчину в халате считалось нарушением. Признаться, не представляю, как следили за этим правилом, но француз пишет, что такие вольности строго наказывались, вплоть за помещения в исправительный дом.
Такова "плата" за жизнь в столице. У себя то в поместье можно было устанавливать свои порядки.
Откуда такая строгость? Это считалось неприличным. По воспоминаниям Сологуба, его будущая теща перед свадьбой дочери, надевала мужской халат и прохаживалась по комнатам, чтобы морально подготовить свою дочь, что муж в доме будет появляться перед ней в халате. А это уже 40-е года 19 века.
Но вернемся в начало века.
В затруднительном положении оказались заядлые театралы. Они, если Павел I присутствовал на спектакле, не всегда могли даже аплодировать актерам. А все из-за особого указа, который запрещал выражать свой восторг происходящему на сцене, если император сам не аплодировал.
Не только нам не понять этих чудачеств, но и живущим в то время людям, все это казалось странным. Но, времена меняются. В правление Александра из карет спешно выпрыгивать навстречу императору было уже не нужно.
#19 век , #история россии
Читайте публикации: "Как не намочить усы, когда пьешь чай" и "Как развлекались небогатые помещики в своих усадьбах"
До новых встреч! Ставьте лайк, подписывайтесь на канал 13 стульев и делитесь своим мнением в комментариях.
В продолжение этой статьи можете прочитать Указы императора Павла I, затрагивающие личную жизнь подданных