Теще своей великий князь Василий Иванович на свадьбе отвел место "на кривом столе". Худорородные Глинские были куда ниже многих боярских родов, да и сама княгиня Анна была всего лишь дочерью сербского воеводы... А вот дочку отдавала за московского князя.
Диву давались такой свадьбе по Москве. Когда-то старшему брату князя Василия Ивану Молодому просватали дочь молдавского господаря Елену Волошанку, самому Василию III невесту искали по заморским странам, да правда сошлись на смотре, где и выбрали неплодную Соломонию... Перешептывались, что непроста старая княгиня Анна - умна-мудра да ведовством промышляет, закружили-закрутили князю голову, вот и выбрал он заносчивую красавицу Елену, хоть выгод тот брак ни государю, ни государству не сулил.
Сам Василий счастья и влюбленнности в молодую супругу не утаивал, как и причину брака: "лепоты ради ея лица и благообразия возраста". Чахла и старела сосланная в монастырь его прежняя жена, опальная Соломония, в иночестве София, шептались по углам недовольные бояре, а сам великий князь, сбрив бороду, щеголял перед молодой женой в польском кунтуше и в красных сафьяновых сапогах с загнутыми носками.
Родились внуки, здоровый крепкий Иван да убогонький Юрий, потекло недолгое время благополучия и счастья в царских палатах, как вдруг Василия III не стало. Елена не растерялась, ухватила власть в свои руки, но через некоторое время не стало и ее - сгинула в боярских кознях и интригах.
Осиротевшие дети стали центром заботы бабушки. Трудно Анна пережила это время: пригнулась, затаилась, выжидала. Но дождалась великой радости: в 1547 году повенчался на царство подросший внук Иван, да вскоре и женился. Благословляла невесту Анастасию греческой мозаичной иконой, хлопотала и распоряжалась на свадебных пирах, сыновья ее, дядьки царя Юрий и Михаил, монетами осыпали его при венчании на царство - в большом почете и уважении были Глинские.
Но вновь беда накрыла царскую семью: с весны начала полыхать Москва. Одни за другими выгорали деревянные постройки, тысячи людей оставались без крова на пепелищах, сотнями гибли... А самый большой и злой пожар пришелся на лето. Загорелась от свечки церковь Крестовоздвиженского монастыря, сильный ветер перекинул огонь на тесные улочки с деревянными домами, в огне и дыму гинули люди, живность, добро...
Обездоленные и потрясенные горем москвичи легко поверили в слухи, пущенные недругами Глинских, что это они учинили такое зло. Шуйские, прибывшие в Кремль, стали дознавать: кто поджег? И подученные люди громко выкрикнули в толпе: "Княгиня Анна с детьми волхвовала, вынимала сердца человеческие, да клала их в воду, да тою водою, ездя по городу, кропила — оттого Москва и выгорела!"
Разъяренная толпа кинулась искать Глинских для расправы. Сама княгиня Анна с младшим сыном Михаилом была в Ржеве, а старшего, Юрия, который был в Москве, бунтовщики настигли в Успенском соборе, где он попытался укрыться, и растерзали его.
После зачинщики повели толпу в Воробьево, где проживал царь с царицей, с требованием выдать остальных Глинских для казни. Перепуганный Иван пообещал отправить в отставку воеводу Михаила, но еще неделю полыхали бунты по Москве. Опомнившийся от страха царь жестоко подавил волнения и бунтарей казнил. Москвичам же был доведен царский указ: в каждом дворе отныне держать бочку с водой.
Чудом пережив эти страшные события, и потеряв сына, княгиня Анна ушла замаливать грехи в монастырь, где вскоре, под именем инокини Анисьи, и скончалась. На помин ее души князь Михаил Глинский пожертвовал в Троице-Сергиев монастырь сто рублей, что было по тому времени целым состоянием...