Утром 23 октября 1941 года немцы начали серьезную артподготовку по позициям 81-й стрелковой дивизии, длившуюся много часов. После нее, когда было уже заполдень, они двинулись в атаку и с одного фланга вклинились в советскую оборону. В это самое время у полковника Хасина, остатки сил которого стояли на окраине Белгорода, было всего 3 машины - 2 тяжелых (командиры Лисенков, Шконда) и 1 средний (командир Сенюк) танк. Танки буквально только-только были отремонтированы после недавних боев, а вот с экипажем одного из них были проблемы - Николай Лисенков лишился механика-водителя и радиста-пулеметчика, а потому кроме него самого оставался лишь веонтех II ранга Соломон Горелик. И вот, полковник Хасин вынужден был отправлять эти машины в бой, идти на выручку своей пехоте.
Путь туда пролегал через городок Болховец. Там располагался хлипенький деревянный мост через реку - КВ Лисенкова его преодолел, а вот вторая машина уже не смогла, ибо мост развалился. Таким образом, Лисенков и Горелик двинулись дальше в полном одиночестве. В какой-то момент танкисты нагнали немецкую колонну, двигавшуюся к Белгороду, гусеницами и огнем из орудия разгромили ее, вынудив противника спасаться бегством. После этой небольшой заминки КВ пошел дальше. Неподалеку от конечной точки назначения советский танк встретил 5 танков противника.
Единственный шанс на успех состоял в том, что у немцев тогда еще не было танков, способных эффективно бороться с могучими КВ. Но пока советские танкисты бодались с немецкими, противник подвел противотанковую артиллерию, и вот она-то уже вполне могла навредить и КВ. Завязался тяжелый, неравный бой, в ходе которого по советскому танку попало много снарядов, однако потом враг угодил прямо по двигателю - машина встала на месте. Тем не менее, бой продолжался еще 2 часа - Лисенков и Горелик надеялись, что прибудут 2 оставшихся советских танка, которые застряли на поломанном мосту, но этого не случилось.
После того как снаряды для пушки закончились, танкисты отбивались с пулемета и гранатами. Немцы же подбирались все ближе и ближе, и в какой-то момент оказались уже на броне. Лисенкову и Горелику было предложено сдаться, на что они, разумеется, ответили отказом, и после этого немцы облили танк бензином и подпалили его.
Как оказалось, танки Шконды и Сенюка пытались пробиться на выручку к Лисенкову, однако и сами завязли в бою. Они добрались так близко, что даже видели черный дым, который валил из подожженного КВ. Этой же ночью на выяснение судьбы экипажа была отправлена разведка, однако к тому времени она подойти к героическому КВ уже не могла - там везде были немцы.
Несмотря на то, что оба танкиста, и Николай Лисенков, и Соломон Горелик, сидели в одной машине и оба совершили один и тот же подвиг, оценка у их героизма по какой-то нелепой причине была разной: если воентех Горелик был посмертно награжден званием Герой Советского Союза, то командир машины Лисенков этого звания так и не удостоился, ему выдали лишь орден Красного Знамени. Да-да, я знаю, что не за награды бились бойцы, но вот именно в таких ситуациях, как описанная выше история, несправедливость ощущается особенно остро. Я напомню, что звание Герой Советского Союза - это не просто звание и медаль, это еще и льготы, помощь семье. И я полагаю, что в послевоенное время эта помощь семье Лисенкова ой как помогла бы.
Дорогие друзья, со всеми вопросами, предложениями, пожеланиями и т.д обращайтесь к нам на почту: mmmmaaaccs@mail.ru. Буду очень благодарен за лайки, дизлайки, комментарии и подписку.