Мы до сих пор сталкиваемся с устаревшими представлениями о том, как правильно, а главное, безопасно лечить детей. В этой статье развенчиваем мифы о лечении травм крестообразных связок.
МИФ №1
Повреждения крестообразных связок у детей не встречаются совсем или бывают крайне редко.
НА САМОМ ДЕЛЕ: Среди травм коленного сустава разрывы передней крестообразной связки у детей встречаются с частотой 10-32%. За последние 20 лет зарубежными авторами отмечено, что количество таких поражений среди детей 6-18 лет увеличивается на 2,3% в год. Это связано с развитием детского спорта (лыжи, сноуборд, футбол, др. игровые виды спорта) и наличием достоверных методов диагностики. Чаще повреждение встречается в 12-15 лет, но в нашей практике были пациенты 9 и 8 лет.
МИФ №2
Оперировать разрывы передней крестообразной связки у детей нельзя. Либо использовать техники XIX - начала XX веков - временные внесуставные операции. При этом нужно ждать, когда закончится рост пациента. Иначе есть риск повреждения зон роста, и колено не будет расти.
НА САМОМ ДЕЛЕ: если повреждена крестообразная связка, увеличивается патологическая подвижность голени относительно бедра в передне-заднем и ротационном направлениях. В течение 1 года после разрыва это приводит к повреждению менисков сустава с их разрывам, а затем к повреждению хрящевого покрова с ранним развитием артроза коленного сустава.
«Взрослые» техники предполагают формирование каналов для проведения трансплантата крестообразной связки через то место, которое у ребенка представлено зоной роста. Однако уже разработаны и с успехом применяются методики формирования каналов для проведения крестообразной связки у детей вне зон роста - трансэпифизарные техники.
Мы отдаем предпочтение прогрессивной технике восстановления крестообразных связок у детей - «All inside pediatric». Каналы для установки трансплантата связки проводятся вне зон роста, потеря костной массы минимальна, а для фиксации используются 2 маленькие пуговицы диаметром меньше 5 мм каждая. Жесткость фиксации (что важно при пластике крестообразных связок) выше по сравнению с традиционной техникой, когда используются винт и пуговица. В старшем возрасте уже нет необходимости в повторной операции. Зоны роста остаются неповрежденными, колено сохраняет стабильность и вторичные повреждения мениска и артроз сустава не развиваются. При таком варианте пластики пациент возвращается к спортивной нагрузке на 2-3 мес. раньше, чем при традиционных вариантах пластики крестообразных связок.
МИФ №3
После разрыва крестообразной связки у ребенка нужно выполнить санационную артроскопию и удалить фрагменты поврежденной связки, чтобы исключить возможность ущемления.
НА САМОМ ДЕЛЕ: если у ребенка после травмы сохранена часть крестообразной связки, в 50% случаев ее можно восстановить и сохранить с помощью рефиксации или пластики. Это важно успеть сделать как можно раньше, в остром периоде травмы. Если технически это невозможно, можно использовать часть поврежденной связки для защиты трансплантата, что улучшает результаты пластики крестообразных связок.
Согласно последним исследованиям, в собственных крестообразных связках есть нервные рецепторы, отвечающие за «обратную связь», то есть дающие мозгу представление об особенностях положения тела и сустава в пространстве. В собственной связке сохранены сосуды, которые ее питают, поэтому сохранение даже части связки помогает улучшить кровоснабжение и перестройку трансплантата.
МИФ №4
В остром периоде травмы выполнение пластики крестообразной связки вредно и опасно.
НА САМОМ ДЕЛЕ: культя оторванной крестообразной связки быстро деградирует. Через 2-3 недели после травмы возможность рефиксации связки снижается с 50% до 10-15%, и ее уже редко можно использовать для защиты трансплантата.
У части пациентов при повреждении крестообразных связок проявляются сопутствующие повреждения менисков коленных суставов. Иногда пациенты имеют изолированные повреждения менисков без разрывов крестообразных связок. Почему это важно? Расскажем в следующей части «Мифов о травмах и заболеваниях коленного сустава у детей».
Автор: Михаил Петров, детский травматолог-ортопед, руководитель отделения Экстренной помощи Ильинской больницы