Я рассказывала о простых, с точки зрения современников, отличиях дворянки от мещанки, но есть еще одно, очень тонкое и не совсем понятное современному человеку - белизна кожи. Эта белизна была такой, что её сравнивали с белизной хорошего полотна, она поддерживалась годами, сегодня едва ли мы сможем увидеть её. Ну, может быть только у Диты фон Тиз - фанатки солнцезащитных средств?
В "Гордости и предубеждении" есть замечательный фрагмент, где сестры мистера Бингли говорят о встрече с Лиззи:
" – Как плохо выглядела Элиза Беннет сегодня утром, мистер Дарси! – воскликнула она. – Я еще не видела, чтобы кто-то так менялся в худшую сторону, как она после этой зимы. Она так загорела, стала какой-то вульгарной! Мы с Луизой сошлись на том, что никогда бы ее не узнали".
Эта колкость не просто шпилька в адрес мисс Элизабет Беннетт, это разговор о том, что она нарушила писанные и неписанные правила поведения благородной английской леди. Правила хорошего тона требовали от леди идеально белой кожи. Красивой считалась только гладкая белая кожа без загара, неровностей и веснушек. Лицо и руки, защищенные одеждой, перчатками, шляпками и особым образом жизни не могли встретиться с солнцем. Даже во время развлечений на воздухе и прогулок женщина тщательно берегла кожу.
Сияющая белая кожа могла быть только у людей, наслаждавшихся праздностью, хорошо питавшихся и не знавших физического труда. Такой коже невозможно было добиться за одну зиму и лето без солнца. Кроме того, чистая и свежая кожа - верный признак здоровья.
Конечно же далеко не все леди были здоровы и свежи, но они стремились к этому всю свою жизнь, а если поставить рядом очень свеженькую служанку и госпожу, с не очень хорошим цветом кожи, господа будет белее, а следовательно, благороднее.
Первой известной фанаткой белизны кожи была Елизавета I Тюдор, все авторы, послы и современники хвалят особенно бледную, белую кожу королевы. Сохранился даже примечательный диалог между сэром Джеймсом Мелвилл, посланником Марии и Елизаветой Тюдор. По воспоминаниям Мелвилла, Елизавета хотела знать, которая из двух женщин «белее». Вероятно, здесь были актуальны оба значения слова fair: «привлекательный» и «белокожий». Мелвилл галантно ответил, что «белизна их обеих не является недостатком». Однако Елизавета славилась щепетильностью в подобных вопросах и, руководствуясь личным тщеславием и политическими соображениями, отказалась удовлетвориться этим ответом. Она всерьез потребовала, чтобы он объявил, которая из них белее. Мелвилл снова выказал недюжинные дипломатические навыки, заметив, что Елизавета — прекраснейшая королева Англии, а Мария — прекраснейшая королева Шотландии. Собеседница, однако, продолжала настаивать. Окончательно загнанный в угол Мелвилл признался, что Мария «очень мила», но «Ее Величество белее».
Кто на свете всех к милее всех румяней и белее? Вопрос не праздный, за неправильный ответ можно и голову потерять.
P.S. Подписывайтесь на мой канал о истории тела! Больше лайков и перепостов - интересных больше статей!