Этот блог посвящен тому, как одеты герои книг и фильмов, а сегодня приплетем еще и песню.
Em
Белая гвардия, белый снег,
Am
Белая музыка революций,
D7
Белая женщина, нервный смех,
G
Белого платья слегка коснуться.
Em
Белой рукой распахнуть окно,
Am
Белого света в нем не видя,
D7
Белое выпить до дна вино,
G
В красную улицу в белом выйти.
Текст Зои Ященко (группа "Белая гвардия") посвящен Александру Галичу, для нашего поколения он открытием не будет: думаю, большинство начитанных и наслушанных девушек могут исполнить это "Когдаааа ты вернёёёшься, всё будет иначе, и нам бы узнать друг друууга" даже если их разбудить во сне глубокой ночью. Потому не вдаюсь в подробности текста и не рассказываю о связи его с "Днями Турбиных". Он тут исключительно ради атмосферы.
Никто никогда не задумывался, почему именно белое платье? Конечно, для красивого визуального ряда: Белая гвардия - красные кумачи; белая женщина, белое платье - красный закат догорает в бокале. Символично. Но хотела того Зоя Ященко или не хотела, с цветом платья она попала в точку. Белые муслиновые легкие платья были невероятно популярны среди дачниц начала ХХ века: не жарко, удобно, красиво. Чисто белые, кремовые, розоватые - они были всюду: в России, в Англии, в Америке. Ну что тут делать - мода! А когда эти платья были не белыми, а, к примеру, голубыми, то на старинных фотографиях они всё равно выглядят белыми.
Белые платья как символ уходящей - а потом и навсегда ушедшей - эпохи, предшествовавшей началу Первой мировой воны, остались в памяти людей.
Остался символ и в памяти Алексея Николаевича Толстого. Он дважды описывает белые легкие летние платья Даши Булавиной.
"Екатерина Дмитриевна заказала Даше белое, вышитое гладью платье, большую шляпу из белого газа с черной лентой и широкий шелковый пояс, чтобы завязывать большим бантом на спине, и в Дашу неожиданно влюбился помощник зятя, Никанор Юрьевич Куличек".
Так как Екатерина Дмитриевна была дамой со средствами, а в Париж ездила свободно, позволю себе использовать тут иллюстрацию из модного парижского журнала, правда, уже за 1914 год (покупка платья в романе относится к 1913-му). Бант тут у накидки, зато шляпа белая и широкополая. На левом платье видим многоярусную узкую юбку, как на фото выше.
Вариант очень девичий, нежный, и правда можно влюбиться. Посмотрим еще.
Эти белые платья часто были совсем тонкими (это не должно вас смущать, вспомните про 3-4 слоя нижней одежды под ним, да-да, и летом тоже). Но в целом крой стал куда удобнее, чем в 1900-х: исчезли воротники-стойки, S-образные корсеты сменились более пластичными.
Перед самой войной, летом 1914 года, Даша путешествует на пароходике по Волге - едет в Самару, к отцу. Она рада, что наконец-то развязалась история Кати и ее мужа, рада покинуть Петербург. А тут еще и нежданная встреча с Телегиным, на палубе.
"Даша... надела приготовленные с вечера белые чулки, белое платье и белую шапочку - всё это сидело на ней ловко - и, чувствуя себя счастливой, вышла на палубу".
Предположим, что для путешествия она выбрала платье в морском стиле: это было модно и понятно. Едешь к морю - надевай матросский воротничок и шапочку. Даша, конечно, едет по реке, но ведь с правилами, что куда уместно надеть, она неплохо знакома. Плюс - именно "шапочка", а не "шляпка". Толстой упоминает даже цвет чулок, так что вряд ли он просто забыл, как пишется "шляпка", и по ошибке надел на Дашу что попало. Нет, морской костюм тут вполне возможен!
Подписывайтесь на мой канал "Мода в книгах".
Еще о "Хождении по мукам" я писала здесь.
Да, комментарии я не смотрю, если есть конкретный вопрос - пишите туда, где мы с вами зафренжены. Если мы с вами никак не знакомы - не пишите :-)