Концертные записи западных артистов нервировали по целому ряду щекотливых причин. Во-первых, слушатель точно знал, что никогда не побывает на таком концерте, во-вторых – он чувствовал себя инвалидом, который слышит, но не видит. Кроме того, воспроизведение студийных хитов «живьем» вкупе с конферансом настораживало халтурой и отсебятиной, съедающей время и деньги клиента. Исключение составляли только Uriah Heep Live и, естественно, Made In Japan. Но первым по-настоящему всенародным фаворитом стал все-таки Slade Alive, где «рыгают и матерятся». До того, говоря с одесским подтекстом, – до того, почти все аудио-хроники шестидесятых воспринимались, как попытка заработать на второсортном материале. И все-таки находились желающие поорать и побеситься вместе с публикой, среди которой их не было, там, где их в принципе быть не могло. Эта разновидность внутренних эмигрантов обеспечивала вялую циркуляцию пластинок, где подозрительно плотный шум толпы напоминал шум стадионов. «Чуточку игры вооб