Бесполезные ископаемые

Его привозили в Союз. Он выступал у нас - я своими глазами видел афишу и зафиксировал имя. Только имя по тогдашней моде - без фамилии. Вполне мушкетерское - Ромуальд, но побывать на концерте не смог по малолетству... Сгинь наваждение. Останавливать то, что на миг померещилось в далеком прошлом, мучительно вдвойне - некому подтвердить и некому опровергнуть. Если не в Союзе, то в Сопоте Ромуальд выступал точно. Я держал в руках маленький диск - на нем была еще и Анита Траверси, участница смешных дуэтов...

Грэму Гулдмену уже 80. Когда ему было двадцать, его песни были популярны не менее книг его частичного тезки Грэма Грина, только те же подростки, что зачитывали вслух пикантные места из "Нашего человека в Гаване" вроде  "Золото железо режет— торжественно заявила толстуха" или "Хороша курочка перьями, а мясом еще лучше", едва ли знали, как зовут того, кто написал для них, скажем, "Памелу", вполне серьезную соперницу "Мишел". Мой сумбурный полив пятилетней давности. 11. V. 2021 Cкорбя по Ллойду Прайсу, проворонил юбилей Грэма Гулдмана...

Дэнни Кац это... Во первых - не Дэнни, а Стив. Хотя, для оговорки есть веская причина. О ней будет ниже. Или лучше прямо сейчас. Стив и Дэнни играли в одной группе. Стив Кац и Дэнни Калб. Ошибиться элементарно - "калб", "кац". Даже если это одна из ваших любимых групп, и все её участники знакомы вам не только поименно, но и в лицо. Вереница случайных встреч. Каждая своего рода поэма, в которой помимо слов, то за ними, то поверх них, просачивается какой-нибудь необычный звук. Стив Кац. Самая тихая...

По идее об этом следовало бы сообщить еще вчера, но я ограничился прослушиванием песни, которая шестьдесят лет назад вспорхнула на первое место через три недели после своего появления на свет. Поскольку автор слов и музыки - Марк Баркан, птица-песня действительно его, но вечную молодость красавице, заключенной в музыкальную капсулу, обеспечила группа Manfred Mann. "Фламинго" не обязательно полюбить, но запоминается она с первого раза. И дело тут не только в магии названия, но и в богатстве ориентиров, грамотно рассредоточенных в звуковом пространстве двух с половиной минут её звучания...

Или, если угодно, "оттенки Фрэнки" - вокалиста, который, подобно Ронни Джеймсу Дио, сумел не только освоить новейшие веяния, но и повлиять на их развитие, перешагнув возрастной рубеж "ретро". Боб Гаудио и Джейк Холмс доверили сюиту Watertown Фрэнку Синатре. Великий певец решился на едва ли не самый смелый эксперимент в своей творческой биографии. Разумеется, это был не рок и не психоделия, скорее наоборот. То, что сейчас определяют термином leftfield - неожиданное и неуместное, но пленительное....

Фрэнки Валли велик настолько, что его следует рассматривать под микроскопом, регулярно сдавая повторные анализы своих впечатлений от того, что не удается отметить и оценить с первого, а то со сто двадцать первого раза... И это не тот победоносный, подчас (имеет право) назойливый Фрэнки Валли хитовой середины 70-х, когда одна за один за другим стартовали и финишировали Grease, My Eyes Adored You, Swearin' to God и аэродинамический ремейк Our Day Will Come дуэтом с юной Патти Остин. Нет, сегодня...

Уэстлейк. Не Дональд, а Клайв Вестлейк. Дона Вестлейка читают, а Клайва слушают, или, по крайней мере, слышали в эстрадной мозаике 60-х, где каждая из его песен занимает подобающее ей место. Мы наверняка вспоминали о нем не раз, и сегодняшний разговор не более чем эхо того, что было сказано ранее. Если вы поклонник Элвиса, тогда Клайв Вестлейк в первую очередь это поздний Элвис, наконец-то получивший доступ к сочинениям британских композиторов, заметно обогатившим его репертуар, так же, как до того, американское кантри помогло вернуть ускользающую славу Тому Джонсу...

Барри Мэйсон написал столько хороших песен, что достаточно вспомнить одну, чтобы она пробудила остальные, как по строчке стихотворения можно опознать поэта, если это Есенин или Высоцкий. Love is lovelier the second time around, и говоря про музыкальное наследие Барри Мэйсона, в нем по второму разу можно высветить в ином свете то, о чем было сказано в первый. Советскому человеку дорога и памятна в первую очередь его "Дилайла". Но были и другие. И среди них меня лично (без подсказки со стороны старших товарищей) заворожила Love Grows Where My Rosemary Goes...

Снова повод поговорить о братьях Осмонд. И снова он закономерный, но досадный. Произносить шаблонную речь в духе "Нет, Франсуа Перрен, ты погиб не даром" совсем не хочется... Ну, отошел в мир иной Алан Осмонд и точка. Сообщив об этом в пору закурить под фонарем, отвернуться и двинуть к остановке автобуса, который высадит тебя в последней четверти двадцатого века... Желание сказать что-то "новое" соперничает с боязнью повторить (авось не заметят) давно уже известное в первую очередь тебе же. Попробуем в свободной манере вычленить и объединить то, что дважды не бывает зримо...