Существует довольно расхожая легенда о том, что младший пехотный офицер на фронтах Великой Войны жил в среднем толи три недели, толи шесть, а потом отъезжал либо на кладбище либо в госпиталь.
Хуже было только у отважных пилотов. Те гибли еще быстрее в своих этажерках.
По этому вопросу существует довольно много мнений, цифр и свидетельств. Знаменитый британский историй Мартин Миддлбрук приводит в своих трудах следующие, вроде как развенчивающие миф, цифры.
Для примера берется совершенно рядовой 10-ый пехотный батальон Западного Йоркшира. Эта часть была переброшена во Францию в августе 1915-го и воевала вплоть до перемирия в ноябре 1918-го. Боевой путь батальона более чем достойный: Сомма, Аррас, Пашендаль, мартовское отступление 1918 и ударные "сто дней" завершившие войну.
За все это время через батальон прошли 174 офицера в лейтенантских званиях и их судьбы разделились следующим образом:
Убиты - 37 (21,3%)
Ранены - 48 (27,6%)
Попали в плен - 6 (3,4%)
Выбыли по другим причинам - 83 (47,7%).
К этим цифрам следует пояснить, что в графу "выбыли по другим причинам" попали все, кто был переведен из батальона в другие места. Сюда попали те, кто ушел в танки и авиацию, минометные и пулеметные части, штабы или просто был отправлен по тем или иным причинам домой. Что стало с переведенными в другие части и как они выживали там статистика умалчивает. В эту же категорию попали офицеры сокращенные вместе с батальоном после войны.
Категория "ранены" куда более тонкая, в нее попали те, кто остался жив, но на фронт после ранения так и не вернулся, остался в тыловых и учебных частях или был комиссован. Те кто после ранения вернулся в батальон проскочили мимо этой статистики.
И тем не менее, убиты были один из пяти, не так уж плохо. Мрачный рекорд поставил второй лейтенант Бэнкс, прибывший 23-го августа 1918-го и убитый через четыре дня.
Что касается среднего времени пребывания в батальоне во Франции, так это и вовсе неплохие полгода. Это легко объяснимо, пехотные роты не все время проводили стоя в передовых окопах, даже наоборот, средняя британская рота проводила в первой линии в среднем пять дней в месяц, и еще столько же во второй линии. Остальное время солдаты и командиры находились в прифронтовых тылах на отдыхе, работах или учениях. Были и продолжительные периоды - недели и месяцы, когда бригады и дивизии сидели в резерве вдали от линии фронта.
Но в целом, можно сказать, что несмотря на тяжелые потери (фактически речь идет о шестикратном наборе лейтенантов за 38 месяцев), младшие пехотные офицеры жили все таки больше шести недель.
Теперь к летчикам.
Тут за образец берется 56-я истребительная эскадрилья, воевавшая в Европе с апреля 1917-го. Правда, эскадрилья пропустила период самых больших потери британской авиации весной семнадцатого, когда немцам временно удалось получить серьезный качественный перевес над авиацией Антанты. Кроме того, на короткий период эскадрилья была возвращена в Англию для отражению налетов немецких бомбардировщиков на Лондон.
С апреля 1917-го по ноябрь 1918-го эскадрилья потеряла 109 пилотов, из них:
Погибли - 45 (41,3 %)
Ранены - 17 (15,6 %)
Попали в плен - 31 (28,4%)
Переведены домой - 16 (14,7%)
Здесь рекорд поставил американский летчик лейтенант Оффут, погибший всего через два дня после прибытия.
Провоевав на 16 месяцев меньше, чем пехотный батальон, эскадрилья сменила почти пять составов, при этом шансы погибнуть у пилота вдвое выше, чем у пехотинца, которого все считают смертником из смертников.
Но даже и тут средний результат по времени сильно выше, чем три или даже шесть недель. Он составляет 10 недель и пять дней.
Как видно из вышеприведенных цифр, пытаться обобщать и усреднять вообще дело неблагодарное, но и мрачные легенды далеко не всегда оказываются правдой.