В позднем СССР – в кино, литературе, фельетонах – завёлся особый тип отрицательного героя, которого можно поименовать «настоящий вроде-мужик». Почему – вроде? Потому что не мужик ни разу. Одна суперменская и конкретная оболочка. Часто при усах и тугих фирменных джинсах.
Бицепсы. Денежки. Нахальное выражение лица. И – всё ложь. То есть хамство и бравада подменяют храбрость, мужскую силу. Брутальный с виду он раскрывается тухлым и подлым. Как правило, такому персонажу противостоит «хилый интеллигент», оказывающийся гораздо крепче во всех смыслах.
Один из самых ярких образов – проводник Андрей из фильма «Вокзал для двоих» (1983), которого чудесно и – с удовольствием сыграл Никита Михалков. Привлекательный, видный, деловитый, мощный и – безупречно, прямо-таки дистиллировано циничный. Можно в палату мер и весов.
Я смотрела фильм в подростковом возрасте и уже НЕ понимала, зачем официантка Вера бегает к Андрею в купе. Мне это показалось дичайшим кошмаром. Все эти «сама-сама» и чудовищная «любовь» посреди бела дня. Как это вообще? Неужели тётка себя не уважает?
И разговоры о дыньках, которые надо срочно реализовать. А уж «отъём» паспорта у Рябинина, согласившегося посторожить чемоданчики – это вообще …край света и финал человечности. И с этим жлобом Вера пыталась выстраивать некую иллюзию отношений.
При том, что Андрюша не собирался на ней жениться. Ни-ког-да. Андрюша всех использует – легко, радостно, с ухмылкой. И когда Вера – в кои-то веки – отказывается поступать по-скотски, проводник пафосно вопрошает: «А может ты меня не любишь?!»
И добавляет: «Я что мальчик что ли? Я страдал от самого… этого… Ташкента». Более тошнотворную сцену вообще выдумать сложно. Так почему Вера так долго бегала к похабному Андрюше? Весь ужас в том, что иные кавалеры умеют создать эмоциональные качели, нравящиеся многим женщинам.
Вжжжих! Подобные мужички не заботятся, не вкладываются, …не любят и даже не уважают. «Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей», - сказал гений Пушкин, а такие Андрюши умеют «не любить» затем, ...чтобы любили именно их.
Они всегда – проездом и не дают к себе привыкнуть. Потому что на подсознательном уровне сознают, что «лицом к лицу» они – моральные уродцы (даже с учётом весёлой болтовни, усов и бицепсов). А так – мелькают по жизни и особо не заметно, что мужик-то поганый.
Интересно, что Андрюшу после того, как его на глазах у всей толпы (!) кинула Вера, полюбив изысканного и – несчастного пианиста, проводник не сильно расстроился. Да, он, как все мужланы, разобрался с «хлюпиком», но ревности тут не было никакой.
Ну, потерял небольшое и дешёвенькое удовольствие на 20 минут. Дык найдёт в другом месте, на соседнем полустаночке. Андрюши всегда находят. Причём, добрых и – ждущих тёток с большим сердцем. Кстати, в реальной жизни такие Веры не особо стремятся к пианистам-Рябининым.
Так на время, по случаю или из жалости. Обычно вцепляются в Андрюшу какого-нибудь и обслуживают его годами, пока их же и не выбросят. Но и выброшенные, продолжают таскаться и думать: «Это он сгоряча. Он вернётся. Вот увидите!»
Zina Korzina (c)