Как говорится, все это правда, но есть нюансы. Центробанк и Росстат зашлись в восторге от низкого уровня инфляции, но доходы населения неизменно снижаются из месяца в месяц. Если денег в кошельке меньше, то и спрос сжимается – откуда ж инфляции расти? Реальные доходы населения – это единственный показатель, который официально снижается с неизменным постоянством уже четыре года – в итоге на 11%.
Растет еще один показатель, если смотреть в корень. В ноябре 2017 года, по предварительным итогам выборочного обследования рабочей силы, проведенного Росстатом в соответствии с методологией Международной организации труда, 3,9 млн человек в возрасте 15–72 лет, или 5,1% рабочей силы, классифицировались как безработные. При этом зарегистрированы в качестве безработных в органах службы занятости населения, по данным Роструда, всего 0,7 млн человек.
Если это тренд, что в течение этого года не раз признавали эксперты Экономического клуба ФБК, аудиторско-консалтинговой группы «Градиент Альфа» и другие ведущие независимые российские группы и аналитики, и экономика реально стагнирует, то в следующем году, вполне возможно, мы получим безработицу в районе 10 процентов. Ведь речь – об отраслях, где занята треть трудоспособного населения. Эти цифры вряд ли подтвердит официальная статистика, оценки которой вполне жизнеутверждающие.
Однако вернемся к нюансам. Вот еще одно экспертное заключение: «Россия превратилась в страну постоянной рецессии. В страну, где падают доходы и тают сбережения населения, где объем инвестиций недостаточен для возобновления роста. Экономические программы при этом отсутствуют, а правительство полагается только на рост цены на нефть», – подчеркивал в середине декабря 2017 года известный экономист Андрей Мовчан, директор программы «Экономическая политика» Московского центра Карнеги.
На повышение численности «тунеядцев поневоле» играет падение предпринимательской активности, придавленной государственным вниманием. С одной стороны, бизнесу обещан налоговый мораторий, с другой – завинчиваются гайки, действуют и вводятся новые обязательные платежи, которые на корню рубят деловой энтузиазм. И даже если налоговые органы формально не могут настаивать на увеличении самих налогов, то их сборы растут существенно (налоги с большой дороги), на десятки процентов в квартал, за счет оптимизации схем и подходов к снятию последних копеек.
Только за год (по сводкам с полей Всероссийского налогового форума-2017) канули в лету более 1500 предприятий среднего бизнеса. Вместе с младшим братом он выступает у нас не двигателем экономики, как в развитых странах, а главным козлом отпущения.
