Сандра давно смирилась с тем, что она никому не нужна. Выросла в детдоме, выучилась, построила жизнь сама. Но однажды мартовским утром в дверь позвонила женщина, которая назвалась её матерью. И пришла она не с объятиями. Звонок раздался в семь утра. Сандра ещё стояла у зеркала в ванной, собирая каштановые волосы в хвост, и подумала, что это курьер перепутал квартиру. Она накинула на плечи махровый халат и пошла к двери. В глазок посмотрела не сразу. Сначала прислушалась. За дверью было тихо, только где-то внизу хлопнула подъездная дверь...
Нети | Очаровательная книга
Дочь попросила прислать курьера за вещами и оставила в комнате записку, которую я нашла...
Три недели почти полного молчания. Вероника прислала сообщение: приедет курьер, заберёт коробки. Нюра собирала вещи дочери и думала, что знает причину разрыва. А потом подняла с пола листок из блокнота. Сообщение пришло в семь утра. Три строчки. Без «привет», без «мам». «Сегодня приедет курьер. Коробки подпишу, какие мои. Ключи оставлю на тумбочке в прихожей.» Нюра перечитала дважды и положила телефон на край раковины. Вода текла тёплой струйкой по недомытой чашке, и на дне чашки ещё плавал кружок лимона, который она бросила вчера и забыла выбросить...
Сын подарил матери на 65 лет не телефон, а возможность снова встретиться с подругой юности...
Каждый год Костя дарил матери телефон или что нибудь из техники. Удобный подарок: совесть чистая, мать довольна. Но на шестьдесят пять он положил в коробку кое-что, от чего она не смогла произнести ни слова. Костя выехал из дома в шесть утра. Сентябрь только начался, и воздух за окном машины пах мокрой листвой. Не прелой, не гнилой. Свежей. Такой запах бывает, когда лето ещё не отпустило, но уже убрало руки. На заднем сиденье лежала коробка. Белая, глянцевая, с логотипом известного бренда смартфонов...
Сын сказал, что поступил в другой город: через две недели я узнала, кто оплатил его обучение...
Глеб сказал, что поступил на платное в другом городе. Нина пыталась радоваться и считала деньги, пока не нашла в его старой куртке квитанцию. Имя плательщика она не произносила двенадцать лет. Глеб поставил кроссовки у порога ровно, носками к двери. Нина заметила это из кухни, через проём, и кофе во рту стал горьким. Так он ставил обувь только перед долгой дорогой. - Мам, я поступил. Он стоял в проёме, высокий, в чёрной футболке, и крутил в пальцах шнурок от наушников. - Куда? - спросила она, хотя по его лицу уже всё читалось...

