Наталья Куртакова | Без права на легкий путь

ЧАСТЬ 2: ПОНЕСЛА Ладана вдохнула. Воздух пах землей. И вдруг - тошнота. Она едва успела отойти от крыльца. Ее согнуло пополам, вывернуло наизнанку. Желчью, потому что во рту еще не было ни крошки. Она стояла, держась за колени, и ее рвало, а внутри, под сердцем, что-то дрожало. Что-то теплое. - Понесла? - раздался голос за спиной. Збара стояла позади нее, вытирая руки о подол. Смотрела. Рядом с ней, чуть позади, переминался с ноги на ногу Злоб. Он только что вышел из избы, хмурый со сна, в одной рубахе поверх портов, нечесаный...

ЧАСТЬ 1. ПУСТОЕ ЧРЕВО Сначала она считала дни. Зарубки под окном. Она делала их ногтем, когда никто не видел: пока Збара выходила во двор, пока Злоб уходил в поле. Проводила черту и считала. Седмица. Две. Месяц. Потом перестала. Дни были одинаковые. Серые, как вода после стирки, как зола в печи поутру. Как лицо Збары, которое Ладана видела раньше, чем открывала глаза, потому что свекровь будила ее затемно, и первым, что она слышала, был не крик петуха, а голос: - Вставай. Печь стынет. И она вставала...

ЧАСТЬ 3: КЛЯТВА В ТЕМНОТЕ. ... Она отпустила руку и повернулась к лестнице. - Пойдем, - сказала она уже громче. - А то муж заждался. Она первой ступила на лестницу, ловко перебирая ногами по скользким перекладинам. Ладана двинулась за ней, держа одной рукой кувшин, другой за край люка. В сенях Голуба помогла ей выбраться, придержала крышку, чтобы та не придавила пальцы, и плотно закрыла люк. Ладана шагнула за ней обратно в шум, в духоту, в гул голосов. В избе все было по-прежнему. Мужики говорили, дети бегали, Збара возилась у печи...