Кубельвиль

После сытного супа и долгих разговоров подвальный полумрак «100 рентген» стал ленивым и вязким. К их компании с грохотом пододвинул стул бывалый бродяга по кличке Седой. Он сочно ругался, то и дело подливая в кружки водку «Казаки» и жестикулируя прямо перед носом Музыканта...

Хмурый аккуратно примостился на край покосившейся деревянной лавки, прижимая к себе миску с горячим, густым супом. — Хорошо поет, шельмец, — негромко, с одобрительной усмешкой проговорил он Карасю, кивая в сторону Музыканта, которого бродяги всё еще не отпускали, похлопывая по плечу и наливая в кружку горячего чаю. — Настоящий сталкерский мотив поймал. Ешьте давайте от пуза, парни, Бармен угощает. Неизвестно, когда еще так мирно посидим. Карась и Музыкант, изголодавшиеся после подземных марш-бросков и изнурительного перехода через радиоактивные холмы, принялись уплетать еду за обе щеки...

— Так это Сидоровича заслуга, — горько усмехнулся Хмурый, качая головой. — Подкинул работёнку, якобы «попути занеси в Тёмную долину посылочку», ну, как обычно у этого старого хрыча бывает. Отсюда-то и начинается моя настоящая история... Хмурый вкратце, но без утайки пересказал Бармену все события, случившиеся с того момента, как они отбили у бандитов Музыканта. Он рассказал про слияние Айи, про безумные эксперименты Зарубина в Х-0, про зачищенный обслуживающий персонал лаборатории, про жутких суперсолдат Влада и, главное, про волновой анализатор Кожухова...

Кивнув суровому охраннику в тяжелом бронежилете на входе, Хмурый толкнул дверь и уверенно зашел в главный зал бара. За ним, стараясь не отставать, гуськом потянулись Музыкант и Карась. В «100 рентгенах» царило привычное, ни на секунду не затихающее оживление. Подвальное бомбоубежище было буквально пропитано густым, липким шлейфом табачного дыма, запахом дешевой водки, жареного сала и сырости бетонных стен. Вокруг сколоченных из оружейных ящиков столов теснились бродяги всех мастей: ветераны в потрепанных...