Арка: Лаборатория Х-0

Выбравшись на поверхность сквозь массивный бетонный оголовок, Хмурый остановился и замер, закинув голову к небу. Он с наслаждением вдохнул полной грудью, чувствуя, как ледяной, колючий и такой желанный воздух Зоны выжигает из легких липкий, тошнотворный смрад формалина и гнили лаборатории. Карась и Музыкант выкатились следом. Сталкеры судорожно щурились от непривычно яркого дневного света, который больно резал глаза после блеклых ламп подземелья, и глупо, почти по-детски улыбались. Музыкант подставил...

— Когда я проводил свой эксперимент по стабилизации квантового расщепления, первый инжектор поля попросту сгорел, — пустился в воспоминания Зарубин, поправляя съехавшие очки. — Пришлось подавать экстренный рапорт через терминал закрытой связи. Вот тогда кураторы мне и сообщили, что аналогичное устройство калибровки волновых излучений есть в лаборатории Х-17. Ну, мне его тогда быстро доставили спецрейсом на вертушке, а самое главное — там, на складах Х-17, оставалось еще одно такое же. Благо, они всегда всё заказывали с запасом на случай аварии...

— Что ты хочешь? — сквозь зубы спросил Хмурый, делая шаг к решетке. Его взгляд не предвещал ничего хорошего. — Что ж, очевидно! Выпустите меня, и я всё расскажу. Я даже помогу вам настроить аппаратуру, когда вы её принесете, — с приторной, злорадной ухмылкой ответил Зарубин, поудобнее перехватив холодные железные прутья. — Знаешь... — Хмурый сделал театральную паузу, вытащил из кармана сигарету и, не торопясь, покрутил её в пальцах. — А ведь Музыканта можно просто поднатаскать здесь. Парень толковый, шустрый...

— Ахахаха! — безумный, надрывный смех внезапно раздался через динамик прямо в кабинете, заставив всех сталкеров вздрогнуть. — Кажется, у бравой команды нарисовались серьезные проблемы! Но как же им их решить без компактного устройства калибровки волновых излучений? Айяйяй, какая жалость! Хмурый медленно подошел к панорамному стеклу кабинета и посмотрел вниз. В тусклом свете круглого зала он отчетливо увидел довольную, желчную ухмылку Зарубина, который победоносно скалился из-за железной решетки своей камеры...

На следующий день случилось настоящее сталкерское чудо: благодаря феноменальной регенеративной силе «Души» Шуруп уже самостоятельно стоял на ногах. — Ну как ты себя чувствуешь? У меня вон нога уже совсем зажила, даже не прихрамываю! — с улыбкой спросил Карась у Шурупа, когда тот аккуратно, придерживаясь за косяк, вышел из уборной третьего уровня комплекса. — Да всё пучком. Дышать могу уже совершенно спокойно, хрипы ушли, — ответил Шуруп, аккуратно похлопав себя по груди, где под свежей повязкой остался лишь стянувшийся багровый рубец...

Спустя несколько часов обстановка в кабинете профессора Зарубина окончательно стабилизировалась, но атмосфера оставалась тяжелой, пропитанной ошеломлением. Слишком много безумных новостей свалилось на сталкеров за один день. Все собрались вокруг Шурупа, которого аккуратно переложили на мягкую кушетку в углу. Карась сосредоточенно готовил нехитрую еду на лабораторной спиртовой горелке. В воздухе мешался резкий медицинский запах лекарств и густой, домашний аромат тушеного мяса из консервных банок, которые Кожухов щедро притащил со своего склада №2...