🎄 Деньги и судьбы

— Сорок тысяч? Серьезно? — Екатерина Игоревна поставила сумку на пол и сняла пальто, не сводя глаз со Светы. — И ты еще гордишься этим? Света замерла на пороге гостиной. Она только переступила порог квартиры после первой рабочей недели, еще не успела снять ботинки. Егор виноватым взглядом смотрел из-за спины матери. Значит, рассказал. Хотя обещал не говорить, пока Света сама не освоится. — Здравствуйте, Екатерина Игоревна, — Света присела расшнуровывать ботинки, чтобы скрыть вспыхнувшие щеки. — Я тебя спрашиваю, — свекровь прошла на кухню, как хозяйка...

— Мама звонила. Хочет на Рождество к нам приехать. Ксения медленно обернулась от раковины. По спине пробежал холодок — она слишком хорошо знала этот тон. Вот так же, перед Новым годом, Олег сообщил, что свекровь придет отмечать праздник. Тогда она промолчала. И влетела на пятнадцать тысяч. — С кем приехать? — осторожно спросила она, вытирая руки о полотенце. — Ну, с Аллой Семеновной. И ее дочкой Ритой. — Олег почесал затылок, не глядя на жену. — Посидим, отметим. Нормально же. — Посидим, — повторила Ксения...

— Полина Александровна? Это нотариальная контора, вас беспокоит Марина Викторовна. У нас для вас хорошие новости. Полина выскочила из торгового зала магазина в подсобку, прижимая телефон к уху. Голос женщины звучал официально, но с легкими нотками радости, словно она сообщала о выигрыше в лотерею. — Слушаю вас. — Ваша родственница, Клавдия Федоровна Напалова, оставила вам в наследство двухкомнатную квартиру на улице Строителей, дом двенадцать. Вам нужно подъехать к нам для оформления документов...

— Настюш, ну пожалуйста! Всего на пару часиков! — голос Кати звучал в трубке умоляюще и одновременно как-то уверенно, будто отказа быть не могло. Настя прижала телефон плечом к уху и посмотрела на часы. Половина девятого вечера. Лукьян наконец-то уснул после целого дня активных игр во дворе. Они лепили снеговика, катались с горки, а потом она еле дотащила его до дома — четырехлетка совсем выбился из сил. Сейчас хотелось просто рухнуть на диван рядом с Андреем и посмотреть какой-нибудь фильм. Или просто помолчать...

— Маринушка, я уже всех пригласила! Людка с Виктором придут, Светка тоже. Седьмого числа, к обеду. Марина застыла в дверях своей же квартиры, не успев даже снять пальто. Ключ еще торчал в замке, а на кухне уже восседала свекровь Дарья Игнатьевна, словно хозяйка дома. Вот так всегда — придет без предупреждения, откроет своими ключами и начнет раздавать указания. — Дарья Игнатьевна, но мы с Антоном ничего не планировали на Рождество, — осторожно начала Марина, стаскивая наконец пальто. Рабочий день...

— Лена, ты что, совсем готовить разучилась? — голос Анастасии Ивановны разнесся по кухне так громко, что Лена вздрогнула и чуть не порезала палец. Она медленно отложила нож и обернулась. Свекровь стояла в дверном проеме, скрестив руки на груди, и смотрела на разделочную доску с таким видом, будто там лежало что-то несъедобное. — Морковь нужно резать тоньше! И вообще, почему ты опять это... что? Рагу? Паша после работы горячий суп любит, я же говорила! Лена сжала губы. Три дня. Всего три дня прошло с тех пор, как Анастасия Ивановна приехала "на недельку" отметить Новый год...

— Иннуль, с праздниками тебя! Как Новый год провели? Инна зажала телефон между ухом и плечом, продолжая аккуратно закреплять серебряную проволоку на основе для кулона. — Спасибо, Ольга Вениаминовна. Хорошо провели, дома, спокойно. — Ну и замечательно! Молодцы! — голос свекрови звучал необычайно бодро для утра второго января. — Слушай, я тут хотела спросить. У моей Тамары скоро день рождения, шестнадцатого числа. Ты же такие красивые серёжки делаешь, я ей фотографии показывала. Может, подаришь ей что-нибудь? От нас с Русланом...

— Вадим, ты меня слышишь вообще? — Лиза стояла в дверях гостиной, держась за косяк. — Я спрашиваю, сколько твоя мама собирается у нас жить? Муж сидел на диване, уткнувшись взглядом в телефон. Молчал. В комнате, на том самом диване, где обычно они с Вадимом по вечерам смотрели сериалы, громоздились три огромных чемодана и две сумки. Вещи свекрови. — Вадим! — Слышу я, слышу, — он поднял голову. Лицо у него было такое, будто его заставили выбирать между казнью и каторгой. — Мама сказала... ненадолго...

— Мам, а можно я сегодня к Лизе пойду? Она позвала мультики смотреть. Оля обернулась от плиты, где на сковороде шипела яичница. Соня сидела за столом, болтая ногами, и смотрела на мать с надеждой. — Сонь, давай в следующие выходные? Сегодня суббота, мы с папой хотели в парк сходить. — Ну мам! Денис вышел из ванной, вытирая полотенцем мокрые волосы. Он бросил полотенце на спинку стула и сел напротив дочки. — Соня, мама сказала — значит, не сегодня. Не канючь. Девочка надула губы, но спорить не стала...

— Алла, ты чего такая хмурая после праздников? — спросила соседка, встретив меня у подъезда. — Муж-то твой Толик где? — Уехал к матери, — буркнула я и отвернулась. — Как так? Вы же так хорошо Новый год встречали! Я слышала, как вы песни пели! Песни... Если бы она знала, что творилось у нас дома первого января. Я до сих пор в себя прийти не могу. В новогоднюю ночь все было прекрасно. Стол накрыла — оливье, селедка под шубой, мои фирменные котлеты с картошечкой. Анатолий даже шампанское хорошее купил, не как обычно самое дешевое...

— Нет, ну ты можешь в это поверить? Я открываю холодильник, а там пусто! Совсем пусто! Аня металась по кухне, прижимая телефон к уху. Голос звенел от возмущения, руки тряслись. Она только что вернулась из магазина с пакетами, полными мандаринов и шампанского, зашла на кухню убрать покупки — и обомлела. — Дим, ты меня вообще слышишь? Там была икра! Красная икра за полторы тысячи! Сыр дорблю, который я полчаса выбирала! Форель копченая, оливки испанские! Я вчера до девяти вечера по магазинам бегала!...

— Златочка, солнышко, я решила! — Что решили? — не поняла Злата. — Ну как, что? 1 января буду у вас, останусь на год, готовьте комнату! — голос Оксаны Витальевны звучал так радостно, будто она сообщала о выигрыше в лотерею. Злата замерла посреди комнаты с телефоном в руке. За спиной в кроватке наконец-то уснула Олеся после двухчасового укачивания. Два месяца дочке, два месяца Злата не спала нормально, и вот сейчас, когда появилась надежда на хотя бы часок тишины... — Простите, Оксана Витальевна, я не расслышала...