Деньги и судьбы ✨

— Руслан, я, конечно, уважаю тягу твоей мамы к земле, но почему наши грабли стоят в прихожей, а в холодильнике вместо мяса для шашлыка лежат три килограмма проросшего лука-севка. Надя стояла посреди кухни, уперев руки в бока, и созерцала масштаб бедствия. За окном сияло майское солнце, страна готовилась праздновать, а их семейный выезд на дачу, планировавшийся как триумф отдыха и поедания свиной шейки, на глазах превращался в сельскохозяйственную каторгу. — Надюш, ну праздник же, — Руслан виновато ковырял пальцем дырку в старой дачной футболке...

— Настя, ты же всё равно на ней только до «Пятёрочки» и обратно ездишь, а у мамы забор накренился так, что скоро соседей придавит — Максим с энтузиазмом вгрызся в бутерброд с докторской колбасой, игнорируя тот факт, что колбаса была куплена для праздничного оливье к Девятому мая. Настя медленно вытерла руки о кухонное полотенце, на котором были изображены подозрительно весёлые подсолнухи. Девятое мая в их семье всегда проходило по одному сценарию: парад по телевизору, попытка доехать до дачи через многокилометровые пробки и неизбежное «надо помочь маме»...

— Если ты ещё раз нажмёшь на эту кнопку, Юра, я клянусь, мы будем встречать День Победы в разных отделениях полиции. Ирина стояла посреди кухни, сжимая в руке мокрую тряпку, которой только что нещадно полировала старую эмалированную раковину. Юра, застывший у кухонного радиоприёмника, виновато моргнул. — Ира, ну это же классика. Марш «Прощание славянки». Создаёт атмосферу. — Атмосферу создаёт тишина, Юра. А твоя «Славянка» на максимальной громкости в восемь утра создаёт только мигрень и желание совершить военное преступление в масштабах одной отдельно взятой хрущёвки...

— Дима, я не поняла, почему у нас в багажнике три мешка угля и ящик минералки, если мы ехали просто «подышать воздухом» на грядках? — Даша с подозрением посмотрела на мужа, который пытался поглубже запихнуть под сиденье огромный пакет с одноразовыми тарелками. — Даша, ну праздник же, девятое мая, — Дима завел мотор, стараясь не смотреть жене в глаза. — Мама сказала, что нельзя в такой день в четырех стенах сидеть. Воздух, природа, преемственность поколений... — Преемственность чьих поколений? — уточнила Даша, поправляя зеркальце...

— Вика, ты пойми, это не просто крючки и нитки, это стартап века! — Семен стоял посреди кухни, размахивая половником так энергично, будто дирижировал оркестром на Параде Победы. Виктория методично вытирала тарелку, глядя, как за окном под весенним солнцем блестят крыши машин. Девятое мая в их семье всегда начиналось одинаково: телевизор гремел маршами, на плите томилось жаркое, а Семен фонтанировал идеями, от которых у Вики обычно начинал дергаться левый глаз. — Сёма, положи инструмент на место, — спокойно ответила Вика, забирая у него половник...