Изотерический экскурс

Представьте женщину тридцати двух лет. Высшее образование, стабильная работа, хорошие отношения. По всем параметрам — готова. Родители намекают, подруги уже нянчат вторых. А она в ответ молчит или отшучивается. Это не история одного человека. Это портрет целого поколения. Рождаемость падает везде — в России, в Европе, в Японии, в Южной Корее, где демографический кризис стал официальной катастрофой государственного масштаба. Старшее поколение объясняет это просто: молодёжь стала эгоистичной, избалованной, не хочет брать ответственность...

Она позвонила в воскресенье утром. Я был на кухне, варил кофе, за окном шёл дождь — обычное сентябрьское утро. Увидел имя на экране, подумал секунду. Взял трубку. — Андрей, привет. Это я. — Слышу. Привет, Вера. Голос у неё был другой. Тише. Без той уверенности, с которой она два года назад говорила мне про «выбор себя» и «новый этап жизни». Я слушал. Наливал кофе. Смотрел в окно на мокрый двор. Она говорила что-то про то, что много думала. Что, может быть, поторопилась. Что хочет встретиться — просто поговорить...

Суббота, половина двенадцатого. Я варил кофе. Надя сказала — едет на йогу, вернётся к обеду. Я смотрел в окно, думал ни о чём. Обычное утро. Позвонили в дверь. На пороге стоял мужчина. Лет сорока пяти, аккуратный, пальто хорошее, в руках букет — белые хризантемы, упакованы красиво. Незнакомый. Смотрел мне за плечо — не на меня, а в квартиру. — Лена дома? Я думал секунду. — Здесь нет Лены. — Лена Сорокина? — он достал телефон, показал экран. — Вот адрес, она мне сама давала. Я приехал сюрпризом, мы не договаривались...

Маша уехала двадцать третьего августа. Мы отвезли её на Казанский вокзал — Ира с заплаканными глазами, я с тремя сумками. Поезд до Екатеринбурга, там университет, там общежитие, там её новая жизнь. Маша обнялась с матерью долго, со мной — быстрее, как обнимаются с отцами. Помахала из окна. Мы ехали домой молча. Я думал — нормально, скоро привыкнем. Прошло три недели. Я не привык. ⊰✫⊱ До отъезда Маши я не замечал, как устроена наша квартира в смысле звука. Маша — человек шумный. Музыка, телефонные...

Домой я вернулась в среду в половине четвёртого. Клиент перенёс звонок на завтра. Совещание сдвинули. Впервые за несколько недель у меня вдруг оказалось свободных полтора часа — и я поехала домой, а не в кофейню у офиса. В прихожей я поставила сумку. Не успела снять куртку — остановилась. Из кухни доносился Кириллов голос. Он говорил по телефону. Смеялся. Я должна была крикнуть «я дома». Это то, что делают нормальные люди. Я не крикнула. — ...нет, она до ночи просидит, у них дедлайн квартальный...