Хранители темного леса

Не безразличен. Я же вижу, как она не него смотрит. То и дело подкармливает. А что Гром, может ты и прав, засиделся я в этих стенах. Рванем сегодня ночью на охоту. Пусть эти двое останутся один на один с друг другом. Нам то все равно нужно запасать мясо в дорогу, а там застрянем подольше. Охота ведь она по всякому может пойти. До конца дня волк оставался загадочным. Он до последнего не говорил Огненному о своих планах, что бы и не думал рвануть за ним и все только для его же блага. Потом может спасибо скажет, если они только не поубивают друг друга. День стал короче, осенние сумерки скоро навалились на землю, и Манук засуетился, как бы ему незаметно улизнуть и оставить Огненного в доме. И что бы это не выглядела как подстава, сегодня я ночевать не приду, останусь там в лесу, утром возвертаюсь. Я тут слышал, лоси мычали поблизости, может удастся добыть свежего мяса. И вы тут не скучайте Огненный вроде как и не собирался выходить за пределы комнаты, ему вроде и тут неплохо, а болтаться по двору ему не особо. Хотелось. Тем более, когда за окнами холодная ночь. Что бы не сидеть и не смотреть только на потолочные балки, Огненный вышел в гостиную. Бэт сидела возле камина. Свет от него только немного освещал окружающее пространство, добавляя комнате таинственную атмосферу. Я, знаете ли, часто зажигаю камин, особенно в такие темные осенние ночи, когда хочется уюта, тепла, а за окнами накрапывает дождь, а волк наш носится сейчас где то по лесу. Бэт позвала Огненного: Может, присядете рядом в доме больше никого нет и не очень хочется сидеть в такой вечер в одиночестве. Вы никуда не ходите Нет, я не люблю шумные посиделки, да и знакомых в городе к кому можно напроситься у меня почти нет. Огненный не в силах был оторвать глаз от хозяйки усадьбы. В свете камина ее шерсть отливала золотом. И эти карие глаза во истину появятся однажды. Та, чей взгляд ты не забудешь Теперь и с ним это случилось. Огненный присел почти на самый краешек. - Так, Рыжий, держи себя в лапах, иначе ты рискуешь потерять голову окончательно. Но как тут было удержать

Пройдет и он ее забудет, как и забывал своих многочисленных случайных подружек. - Манук потянулся за новым ведром. - Ты пока думай, куда ты хочешь податься, а мне скоро собираться в путь. Я в отличии от тебя не свободный, меня ждет моя стая. Но вот прошел день, потом еще один и Манук начал замечать, что с его старым другом что то происходит и лапа у него давно зажила. Отчего же он не рвется больше в свой лес и только верный Гром замечал разыгрывающеюся в этих стенах драму. Он был лошадью и его не стеснялись от него не отворачивали морду, и как эти двое смотрят друг на друга, и как стыдливо отворачивают морды, если видят, что их тоже видят, и что хозяйке усадьбы этот рыжий тоже приглянулся и это уже было не скрыть. Если волка она как то обходила, то конь все видел. и только ночью, когда эти двое укладывались спать в своей комнате, Бэт, оставшись одна, долго сидела у окна и не могла сомкнуть глаз. И почему так жестока жизнь какая несправедливость! Они же должны уйти навсегда! И в тот самый момент ее казалось. Застывшее сердце дает ответный отклик. Она много лет прожила рядом с мужем без особых чувств к нему. Пора жаркой юности ее почти не коснулась. Она и не знала, как это, когда сердце бьется чаще, когда он рядом. И вот ее накрыло уже на закате жизни, когда все бурные воды отшумели и сады давно отцвели. Но может еще не поздно она ведь не совсем старая, ей всего 36. Если бы только Огненный уехал, она, может и справилась бы с собой, пока еще не поздно, затоптала бы пламя и жила как прежде. Но скоро будет поздно тушить огонь, он рискует стать лесным пожаром. И надо было что - то делать. Эти двое явно неровно дышали к друг другу и если их не подтолкнуть, так и будут стыдливо прятаться друг от друга по углам. Конь сам подошел к своему другу Волку, мол, не пора ли им двоим отправиться на охоту. Этих двоих надо оставить вдвоем на всю ночь. Утром приедем, посмотрим, что будет. Иначе наш рыжий друг никогда не решиться. Он уже второй день бегает по сараям, трусливо поджав хвост. Да и Бэт, наш рыжий ушастый друг, далеко.

Он хотел узнать, как его друг и сколько им еще тут сидеть. Манук показал на свой заплывший глаз. - Видишь, я еще на пару дней тут однозначно застрял, а у тебя, если с лапой все в порядке, можешь отправляться обратно в свой лес. Ты мне помог, и я больше не могу тебя задерживать. И наши пути разойдутся навсегда. Я уеду на берег к своим и как обещал, тайну твою я сохраню. О твоем чудесном возвращении из мира мертвых никто и никогда не узнает. И я рад, что все так закончилось. Мы оба лапа в лапу набили морду одному подонку. Огненный опер лапы на край колодца. Я посмотрел на тебя, как ты там дрался и кое что важное для себя понял, что не зря я столько времени возился с тобой. Ты сохранил данные мною знания и смог их использовать. А раз есть хоть один способный, натасканный мною пес или волк, ты это уже не важно а значит свою жизнь я не зря прожил. Ты вернул мне веру в себя, как тренера, что я еще не потерян, что я еще что то могу, кроме как бичевать себя и прятаться в лесу. Ты что хочешь ожить и вернуться к нам Нет, Манук Эту черту жизни я перешел. Я хочу то, что мне отведено, прожить по другому начать все с чистого листа. Я много думал сегодня ночью. И куда ты подашься. Тут чужие собаки и ты их толком не знаешь. Чужие правила, обычаи, порядки. А ты уже слишком стар, что бы гнуть спину, зарабатывая себе на кусок мяса. Ну я бы мог учить других щенков, а кто их тебе доверит. Ты тут для всех пришлый с улицы. Уж сколько я прожил среди лавийцев, и то они не рады меня видеть. Стой, я кажется догадываюсь. Уж не хозяйка причина того, что ты вдруг так поменял планы и решил тут остаться. Давай Огненный, колись, я же твой друг все таки. - Вмешался Гром. Да он все утро на ее пялился, я все видел, даже так - Манук поднял брови. - Да не спорю, она была очаровательна, как прочие, но это еще не повод, что бы тут остаться. Ну да, так я и поверил. - Гром фыркнул. Он так на нее смотрел. Гриву даю на отсечение, однозначно втюхался. Огненный рыкнул. - Так хватит. Это не то, что вы задумали. Сейчас лапу разомну и уйду отсюда. Огненный надеялся, что все это наваждение быстро.

Огненный, нам уже спать пора. Манук вернулся в свою старую и такую понятную комнату. Он то сразу растянулся на соломе и уснул, а Огненному не спалось. И виной тому не ноющая лапа, а глаза ее. Он никак не мог их забыть. У него в жизни было много славных собак, но такую красоту он увидел впервые за свою долгую жизнь. Да и Бэт его внезапное появление на пороге ее дома тоже лишила сна. Она растянулась на покрывале из овечьих шкур. и этот рыжий пес совсем ей незнакомый. Так почему она все время думает о нем. Может быть, пора ей уже поумнеть и перестать мечтать. Скоро ведь эти двое навсегда исчезнут из ее жизни, а она снова останется одна в этом большом и таком холодном доме. Манук хотел подняться утром пораньше, попрощаться с хозяйкой, да собирать вещи в дорогу, но его планам не суждено было в этот день сбыться. Его раны воспалились и так саднили, что ему требовалось еще пара дней отдыха, что бы все до конца залечить. У Огненного дела пошли в гору. На утро он почти не хромал и сам вышел во двор осмотреть. его да и лапу надо было размять. Он во время своей прогулки не сразу заметил, что Бэт за ним наблюдает. Она всегда рано вставала, что бы успеть управиться о делам на дворе и успеть в город, решать там свои дела. Конечно, рыжий пес не мог остаться незамеченным. Увидев хозяйку усадьбы, Огненный смутился, замялся и сделал вид, что он тут случайно и вообще у него куча своих дел, и что лавийка его и вовсе не интересует. Бэт сделала тоже самое, прошла мимо, даже не удостоив Рыжего взглядом. Кто бы их увидел, этих двоих сейчас, сразу же бы понял, что между этими двумя что - то назревает. Но пока оба делали вид, что им обоим все равно, Манук только к обеду нашел себе силы встать и не найдя Бэт, остался во дворе. Коня надо было почистить перед тем, как отправится в дальний путь. Он привел его к колодцу и, поливая сверху из ведра, старательно намывал ему спину, отжимая с шерсти лишнюю воду. Огненный, до обеда промаявшийся без дела, уже успел обойти весь участок, и ему было тут нечего делать.

Так что сиди смирно, никто тебя тут насильно удерживать не станет. Подлечишь лапу и в путь, обратно в свой лес пеньки пинать. Если бы не моя нога, я бы тебя сам всего искусал. Как ее хоть зовут Бэт и она Лавийка, это я уже понял. Все, закрываем варежки, она возвращается. У Бэт в лапах была миска с теплой водой, и она намерена была сначала промыть их раны, но Манук лапой махнул, мол, со своими ранами он сам разберется, лечите лучше моего друга. И где же вы так вывозились на вас обоих живого места нет. И тебе, Манук, морду разбили и гужевым хлыстом. Причем, как знала, что нельзя тебя было отпускать. Держи миску, осторожно приложи к морде. Ну а вы, рыжий, что мне с вами делать мы ведь незнакомы. - Огненный отвернул морду. - Вы так и будите дуться Ну, мне надо осмотреть вашу лапу, а если будете вырываться, я вам и вторую сломаю. Да не бойтесь вы так, я вам его не представил. Это Огненный мой давний друг, и ему я доверяю, как себе, ведь драться научил меня именно он. Вот как - изумилась Бэт. - Манук мне много о вас рассказывал. И причем только хорошее. И надо же, мне посчастливилось с вами познакомится, - и она, несмотря на все рыки рыжего пса, взяла его жилистую лапу и быстро прошлась по ней пальцами. - Все будет нормально с вашим другом. Кость не задета, только сильный ушиб и растяжение. Пара дней покоя и все пройдет. Вот видишь, Огненный, а ты боялся. А бедный рыжий пес не знал, что ему теперь делать: бежать или попросить еще раз, что бы эти лапы еще раз его осмотрели. Но он быстро отвернул морду и сделал вид, что Лавийка и вовсе его не интересует. Она обратилась к волку, - Теперь ваша очередь. Вам немедленно нужно сделать примочку, иначе вы рискуете и вовсе лишится своего прекрасного глаза. Да не махайте вы так лапами, раз вы у меня, извольте принять помощь. И вас где то надо устроить на ночь, ведь во дворе уже холодно. Мы с другом не притязательны к условиям. Переночуем в моей бывшей комнате, места там вполне хватит на нас двоих, и к тому же мы не запачкаем ваши чудесные ковры. И провожать нас не нужно. Я и сам знаю, где тут что ты идешь.

Встал как вкопанный, и как ни вырывался Огненный . Манук все равно усадил его верхом. Так гриву ему не вырывай, он тебе за это спасибо не скажет. И держись крепки. Давай, Гром, шагом, а я пойду следом за вами. И конь действительно пошел очень тихо, ни разу ни качнув своего не очень умелого всадника. Манук примерно помнил дорогу до усадьбы и нашел бы ее даже в полной темноте. Да, ночь у них сегодня была трудная, но главное, все свои дела он здесь завершил. Время было уже за полночь, когда грязные и заляпанные, они с трудом дотащились до ворот усадьбы, даже если за она закрыта на ночь. У Манука был свой ключ от этих ворот, и он смог без труда их открыть и осторожно завел коня в ворота. Конечно, в окне горел свет, видимо Бэт не спала, а может и все ждала, когда волк вернется. Манук на своего друга: Сними меня скорее, меня что то растрясло. И куда ты меня затащил. Все будет нормально, Тут мои знакомые свои псы нас побитых быстро подштопают, будем как новенькие. Бэт, конечно же услышала скрип ворот и выскочила им на встречу. И только лапами всплеснула. Манук и его неизвестный спутник оба были грязные и в крови. Она только могла выдать. Где же тебя носило у тебя кровь! - Манук рыкнул. - На охоту я ходил, тварь я мерзкую убил А моему другу помощь нужна куда больше, чем мне. Я так боялась, что ты больше не придешь. Я волновалась за тебя. Ну разве я мог уйти так просто и больше тебя никто не тронет. С ним я покончил. Пойдемте скорее в дом, ваши раны надо промыть немедленно. Манук почти на руках внес Огненного в дом и усадил на деревянный диван в гостиной. - Сиди смирно и не испачкай ковры. Ну как тебе хозяйка усадьбы правда та еще штучка. Огненный напрягся. - Эта та самая, которую ты мне так старательно предлагал Ай, ты хитрый интриган, заранее все продумал и спланировал, что бы меня сюда затащить. Да я ни секунды здесь не останусь, Это же надо поискать такого хитрого волка. И тут под суетился. Никуда ты не уйдешь ночью со сломанной лапой. И ничего я не подстраивал, просто это единственная знакомая в округе, кому я могу доверять.

успокоении я. Но хоть за Бэт он отмстил, как и обещал. И пусть тебя твои прихвостни закапывают. - Огненный посмотрел на Манука. - Надо хоть землей закидать. Плевать, пусть валяется на такую грязь и горсти земли жалко. Он сам выбрал такой путь и пусть дальше несет наказание. Только вот лошадей жалко. А кто такая Джена, оно уже не важно. Пойдем отсюда побыстрее, пока кто нибуть не хватился. Мне надо еще подобрать сумку и найти своего коня. А вот и твой ножик, - Манук поднял костяной нож в кожаном чехле. Он всегда носил его с собой, пока Хэльвик его не отобрал и, видимо, присвоил его себе. Время пришло вернуть нож хозяину. - Огненный ошалело смотрел на свой нож. - Но как откуда он у тебя там, на месте гибели подобрал и носил с собой. - Огненный покачал головой. - Я его не возьму обратно. Я твердо завязал с войной, и это моя последняя драка. Оставь себе, он тебе еще не раз послужит. - Манук показал лапой на поваленное дерево. - Надо осмотреть себя и отдышаться. Манук крепко запомнил имя той лавийки. Придет он этот день, он вернется. В свой лагерь он за все с этой дряни спросит. Огненный едва мог наступать на лапу, она пухла с каждой минутой и тогда Манук завыл, призывая своего коня. Он должен шататься где то поблизости. И точно, Гром прискакал, как и хотел Манук. Тот внимательно посмотрел в глаза лошади, и тот махнул головой. Манук только просил принести свою сумку, оставленную в овраге, а пока конь сбегает, они немного отдохнут. Манку, как и его другу, нужен был основательный отдых, их раны надо было залечить, да и все равно ему возвращаться в усадьбу, он же еще хотел попрощаться, и это шанс познакомить Бэт и Огненного. Все случилось так, как он и хотел. Не прошло и часа, как Гром вернулся обратно, неся в зубах сумку своего хозяина. Огненный молча посмотрел на них обоих. И что это за странный конь сам сходил, сам принес, а с виду обычная вьючная скотина. Если ты не можешь ходить, этот конь тебя и до усадьбы домчит. Ты спятил, Манук ты уверен, что твоя кобыла от меня в восторге а кто же тебя спрашивает Давай, Гром, конь

Крепко я ее сдвинуть не смог. Ладно, пошли, спустимся к нему, там походу разберемся. Манук поглядел на Огненного. Лучше бы ты стоял здесь, друг. Это только наш с ним разговор. А разве я могу тебя оставить если уж впрягся, тогда уж вместе и до конца. Манук протянул ему лапу. Огненный только рыкнул: Я что, псовка я сам дойду. Они осторожно спустились по склону, усеянному обрывками сбруи, кусков телеги, туда, где под бортом лежал раненый пес. Огненный помог Мануку, и они вместе сдвинули тяжелый борт. Было понятно, что Хэльвик уже не жилец. У него из живота торчал здоровенный кусок щепы, и на губах и морде уже выступила розовая пена. Он, задыхаясь, только рыкнул: Твоя взяла, волк. Ты меня сделал. Я знаю, как ты сейчас собой гордишься, что твой враг в таком унизительном положении, но все же тебе скажу, что бы ты не чувствовал себя таким победителем, это она, Джена, подставила тебя. Она сломала твои сани там, перед забегом. Это она подговорила меня изловить вашего волка. Это она хотела твоей смерти, а я только исполнитель. Она не могла знать того, что мы поменяем сани, и ты бросишься спасать собак. Но в итоге все вышло, как она хотела. Помни, кто твой истинный враг перед лицом смерти врать незачем. И это ты убил Гэндрика. Я тут ни причем. Это была случайность. Были с ним на охоте, травили оленя. Он обернулся посмотреть на меня и налетел мордой на ветку и свернул себе шею. А меня обвинили во всем. А кто поджог конюшню это ведь твои собаки. У нас с Бэт давние счеты. Это волко-любка постоянно вставляла мне палки в колеса, и я приказал ее припугнуть. Если она не успокоится и не прижмет хвост, то спалим и дом вместе с ней. Ну, теперь, Хэльвик, ты уже никому ни сможешь навредить. Кончилось твое время. Ты рухлядь, а скоро станешь куском падали. Неукротимый злой владелец арены дернулся в последний раз. Еще раз блеснули его клыки, и он затих навсегда. Манук еще с минуту смотрел на своего мертвого врага и пусть эта смерть не принесла ему

Он наносил вновь и вновь самые болезненные укусы, целясь в живот и шею. Верзила ревел от боли, махал в воздухе лапами, но не мог достать верткого волка. Тот вспомнил все, чему когда то научил его Огненный и применил эти знания. Все пригодилось. Огненный мог гордится своим учеником, но все же удача на один миг изменила волку, и верзила ударил его кулаком в ухо. Этого хватило, что бы вывести волка из строя. Тот зашатался по земле. У него от такого удара буквально дух занялся. И добил бы его здоровяк, если бы не Огненный в последний момент не бросился на выручку своему ученику, закрыв его собой, оттолкнул от удара. Хоть и был раз в шесть меньше этой горы мышц, опыта и ловкости у него было не занимать. Но Огненный все же был не так молод. Старость давала о себе знать и от этих прыжков старый пес начал задыхаться и все чаще промахивался. Но тут Манук уже очнулся и бросился ему на выручку, хоть еще и плохо соображал, а из носа и ушей у него капала кровь. Их уже стало двое. Они могли драться вместе, плечом к плечу Огненному не хватило изворотливости, и верзила все же схватил своими лапищами поперек туловища и со всей дури швырнул щуплого пса в густой кустарник. Манук зарычал и прыгнул, но не точны были прыжки у раненого волка. Его клыки соскочили, не найдя цели, полоснули верзилу по морде, нанеся только болезненную рану. Может этой раны оказалось достаточно, что бы залитый кровью пес вдруг повернулся и бросился прочь, ломая кусты и сминая подлесок. Он вдоволь наелся доброты своего хозяина и не намерен был больше служить ему. Манук не стал его догонять. Шатаясь, он бросился в кустарник, что бы вызволить Огненного из плена еловых лап. Манук поднял его за плечи. Ты как жив, старик а ты как думал - хмыкнул рыжий пес. - Только вот нога. Я ее вовсе не чувствую. Ничего, мы тебя подштопаем, будешь как новенький. А где здоровяк Убежал. Да и пес с ним. Что с Хэльвиком Огненный, морщась, заковылял следом за волком. Он там, в овраге лежит, придавлен бортом телеги.

Но бег лошадей уже не остановить те летели во весь опор. Кучер видя впереди поваленное дерево натягивал вожжи на себя, но все было тщетно. В одно мгновение лошади налетели на препятствие. Телега стремительно взметнулась вверх и покатилась кубарем вниз по склону, быстро унося за собой собак и лошадей. Только верзила успел выпрыгнуть из клетки, прежде чем телега перевернулась. Хэлтвику повезло меньше. он остался лежать под телегой, его лапы были перебиты и придавлены тяжелым бортом. Манук очнулся от падения не сразу, ему надо было еще встать и пока он бежал, выплевывая из пасти прелые листья, телега уже лежала в кювете вверх колесами, а рядом мотал башкой огромный алай полукровка. Огненный подбежал уже когда все случилось. Расцарапанный после падения волк приказал ему заняться Хэльвиком. Не дай этому паскуднику уйти, а я пока займусь верзилой. Это был не просто алай - настоящий волкодав, натасканный жестокой лапой, он представлял из себя почти два хвоста литых мышц, а его мощные челюсти способны были Раздавить череп даже крупному волку. Но Мануку же доводилось драться с алаями, и он знал, что ждать. Он не бросился на него, что бы эти лапы обняли его и свернули ему шею, как цыпленку. Тут надо было действовать по другому. Манук залег, что бы подпустить верзилу на максимально близкое расстояние, что бы прыжок ему на загривок был точен. Манук не мог позволить себе промах, эта ошибка будет стоить ему жизни. Он напрягся и сосредоточился. А ждать Манук умел. И вот уже до верзилы остались считанные шаги. Вот он, сверкнув красноватыми белками глаз, готов был обрушить на голову волку весь удар своих тяжелых, как молот лапищ. И тогда Манук собрал всю свою выдержку, весь импульс, направил в лапы и оттолкнулся от земли. И не промахнулся оттолкнулся от груди грозного зверя и в прыжке ударил его кулаком в затылок и перелетев через него, приземлился на пятки, но не очень удачно. Лапы еще потом долго ныли. Но главное было достигнуто. Верзила катался от боли по земле и волк бросился на него снова, пока у него было преимущество.

Он накануне получил нового чемпиона и теперь спешил поселить его в клетку. И ехал он не один, с ним были его верные шавки, охранники. Не меньше десяти псов бежало следом за четверкой сытых лошадей. Мануку сегодня повезло, что день пошел не на пользу пройдохе Лавийцу, и что он затянул с погрузкой клетки до самой ночи и только что отправился в путь. Лошади чуяли близость зверя и начали волноваться, рваться в оглоблях. Хэльвик дернул кучера, что бы он успокоил лошадей. Им нечего боятся. Он сам лично убрал с этого участка всех волков, черных, серых, а так же медведей и рысей. Этот путь совершенно безопасен, тут им нечего боятся, они десятки раз ездили этой дорогой. Хэльвик поднял над головой факел, что бы осветить им путь, не мелькнут ли где у дороги коварные зеленые глаза последнего волка. Тогда его охрана живо разберется с лесным разбойником, а если что, у него за спиной клетка с настоящим волкодавом, так что у волка никаких шансов укусить его за бок. Его свита. Заволновалась и, завывая, начала разбегаться, трусливо поджав хвост. Хэльвику все больше начинало это не нравится. Он велел кучеру стегнуть лошадей и сам открыл клетку, сдвинув засов. Манук весь напрягся, готовясь напасть. Еще какие то метры отделяли его от Хэльвика и его верзилы в клетке, и Манук прыгнул, вытянув свое стройное тело вперед и вверх. Даже Огненный такого не ожидал. И у Манука была одна попытка, он не мог позволить себе промахнутся. И Манук не ошибся он попал точно на передок телеги. Лошади, учуяв зверя у себя за спиной, взвились на дыбы и бросились в галоп, так что даже кучер не мог остановить их отчаянный бег. Телега стремительно летела под откос. Манук без единого рыка стремился добраться до Хэльвика, но не учел того, что у него в лапах толстый гужевой кнут и он со всей силы ударил им волка по глазам. Тот взвыл и на какую то секунду лишился зрения и потерял равновесие. Этого хватило, что бы пёс резким пинком в живот скинул волка с телеги и тот покатился по земле, собирая камни и опавший лист

Повелитель Огня, мои то вещи остались там, в сумке у овражка. Одной хорошей искры хватило, что бы по сухому дереву заплясала грива огненного коня. Конь уже бежал своими жаркими копытами по толстым брусьям клеток, а ветер только сильнее подгонял. Вскоре балки затрещали под копытами огненного коня. Убедившись, что ветер не потушит пламя, друзья поспешили убраться от охваченной огнем арены обратно в лес. К утру от бывшего оплота лавийского ловца должны были остаться только уголья да горка пепла. Они уже хотели пожать друг другу лапы и поздравить друг друга с победой, когда услышали легкий шумок. Он нарастал все сильнее и сильнее. Псы переглянулись. Верно, что Хэльвик прочуял про пожар в лесу, или кто то из своих ему об этом доложил, но однозначно он уже мчался сюда во весь опор. Добыча сама шла к ним в лапы. Манук кивнул мордой. - Давай подкараулим его на тропе. Другой дороги для телеги тут просто нет, а Хэльвик слишком ленив, что бы ходить пешком. Судя по звуку, еще минут пятнадцать у нас точно есть. Тащи бревно. Бросим его через дорогу, он по любому начнет тормозить, дабы не расшибиться, а мы уже тут как тут возьмем его тепленьким. Никуда, родной, он от нас не денется. Занимай места, Огненный, скоро наш выход. Манук бросил тяжелое полено на пути предполагаемого следования телеги и затаился в кустах прямо около дороги. Огненный сидел напротив него. Оба они замерли и превратились в слух. Скоро должен появится местный губитель волков. Манук уже предвкушал эту встречу. От нетерпения кончик хвоста начал дрожать. Ему есть что сказать своему бывшему мучителю, прежде чем свернуть ему шею. Он за все с него спросит и за поджог конюшни, и за нападение на Бэт, и за Серую Тучку особый спрос возьмет. Такие вещи Манук никогда не спускал как бы не была далека месть, а своего получателя догонит. Чуткое ухо волка слышала и топот лошадей, и их фырканье. Не меньше четверки гнал сейчас Хэльвик через этот лес. Хэльвик и не думал спешить на пожар. у него были свои планы на эту ночь.