Mary

— Вот что за баба! Дура набитая! Сказал же — занят! Артём швырнул пиджак прямо на спинку стула, не попал, пиджак съехал на пол — и он даже не обернулся. Просто перешагнул и прошёл дальше, на кухню, греметь холодильником...

— Слушай, ты вообще дура, что ли? — Игорь бросил это через плечо, не отрываясь от телевизора. — Сидишь дома, как квочка. Мать моя пашет, а ты — что? Ногти красишь? Оля не ответила. Она стояла у раковины...

— Слышь, дура, открывай давай! Стою тут как последняя нищенка на пороге собственного дома! Нина Петровна колотила кулаком в дверь так, что у соседей снизу, наверное, люстра качалась. Рядом с ней стояли три огромные сумки, клетчатый баул и картонная коробка, перемотанная скотчем крест-накрест...

— Слушай, Надя, ты вообще соображаешь, чем воняет из твоей комнаты? — Раиса Степановна стояла в дверях с таким видом, будто вошла не в собственную квартиру, а на чужую помойку. — Духами дешёвыми намазалась, как рыночная торговка! Надя подняла взгляд от зеркала и ничего не ответила...

— Опять эту дрянь приготовила? — Раиса Петровна даже не вошла на кухню — она ворвалась, как будто имела на это особое право. Поставила тяжёлую сумку прямо на чистый стол, демонстративно огляделась. — Господи, ну и запах...

— Собирай вещи. Все. Мать решила, и точка. Игорь стоял посреди гостиной — руки в карманах, плечи развёрнуты, как у человека, который уже всё решил за всех. На журнальном столике лежал его телефон с открытой перепиской...

— Дура! Вот натуральная дура! — Раиса Павловна швырнула пульт от телевизора на диван и развернулась ко мне всем телом. — Ты вообще соображаешь, что несёшь? Я стояла у журнального столика в их гостиной и молчала...

— Убирайся из моего дома! Слышишь меня? Чтоб духу твоего здесь не было! Раиса Николаевна стояла посреди гостиной — вся такая праведная, в халате с цветочками, с поджатыми губами — и тыкала пальцем в сторону двери...

— Слушай, хватит строить из себя дурочку! — Игорь бросил это прямо с порога гостиной, даже пальто не снял. — Деньги где? Я спрашиваю — где деньги с твоей карты? Вера сидела на диване с ноутбуком на коленях и не сразу подняла голову...

— Убирайся отсюда, дрянь! Слышишь меня?! Чтоб к утру вас здесь не было — обоих! Надежда Семёновна стояла посреди гостиной, и вид у неё был такой, будто она только что выиграла войну. Халат в цветочек, волосы растрёпаны, руки упёрты в бока — монументальная, непреклонная, вся из железа и обиды...

— Убери этот хлам со стола! — Игорь швырнул пакет с продуктами прямо на кухонную столешницу, и несколько мандаринов укатились на пол. — Я прихожу домой, а тут — помойка! Вера подняла мандарины молча. Положила обратно в вазу...

— Слушай, ты вообще думаешь головой или нет?! — Андрей влетел на кухню так, будто за ним гнались. — Я тебе сказал: деньги отложены на путёвку маме! Это было решено ещё месяц назад! Ирина стояла у раковины и домывала тарелки...