БУСИДО 武士道: ПУТЬ ДЛИНОЮ В ЖИЗНЬ

"НИКОГДА НЕ ПОЗВОЛЯЙТЕ СВОЕМУ ВРАГУ ПОДНЯТЬ ГОЛОВУ, КОГДА ВЫ НАЧИНАЕТЕ АТАКУ" На полу из кедровых досок, которые были такими гладкими и чистыми, что казалось, будто они отполированы, капли пота образовали небольшие плоские лужицы. Пот стекал по лицу и шее Ягю Мунэнори, черты которого были резкими и выразительными. Он остановился, чтобы вытереть лицо и шею маленьким клетчатым полотенцем, и сунул его обратно в карман тренировочной куртки. «Никогда, никогда не позволяйте своему врагу поднять голову, когда вы начинаете атаку» - он продолжил свою лекцию перед избранным классом, собравшимся поздним зимним вечером в додзе Ягю в Эдо. В группу, состоящую из старших учеников школы, входили помощник правителя провинции, а также трое из личной охраны сёгуна — все они были гордыми фехтовальщиками из самой элитной школы фехтования в столице, все ученики личного инструктора сёгуна, Ягю Мунэнори, сына Ягю Мунэёси. Мастер подозвал к себе одного из них, который подошёл и поклонился ему. Учитель и ученик держали в руках фукуро-синай, палки, обтянутые кожей и тканью, которыми Хикида Бунгоро победил Мунэёси в храме Ходзоин много лет назад (переняв синай для определенных видов тренировок в паре, потому что он был безопаснее боккэна, Мунэёси передал его использование в тренировках своему сыну. Мунэнори, в свою очередь, использовал его с продвинутыми учениками школы, чтобы научить их более тонким деталям проведения сильной атаки). Ученик принял твёрдую стойку сэйган-но-камаэ, выставив синай вперёд от пояса, направив его остриё прямо в лицо Мунэнори. Эта позиция была предназначена для устрашения, поскольку внимание противника, естественно, было сосредоточено на острие меча, угрожающе направленным в его лицом. Мунэнори, однако, пронёсся мимо защитной стойки своего ученика, словно его синай был тонкой веткой дерева, которую оттолкнули, как незначительное препятствие. Резким движением запястий он опустил свой синай вниз, заставив ученика отскочить назад, чтобы блокировать удар. Мунэнори скользнул вперёд, словно злобный ветер, проносящийся по полу. Он продолжил свою первую атаку другой, направленной в живот. Ученик снова парировал удар, но слегка согнулся, чтобы встретить его силу, слегка нарушив при этом свою стойку. Мунэнори в мгновение ока набросился на него, обрушив шквал рубящих и колющих атак, его ноги неслись на него, словно обезумевший таран. Защита ученика было полностью сломлена, он мог только отступать, спотыкаясь в попытке уйти от натиска. Лишь когда он оказался в полуметре от стены додзё и, казалось, готов был пройти сквозь неё, чтобы убежать от Мунэнори, мастер школы Ягю Синкагэ-рю остановился. — Как только его голова опускается, связь между головой и бёдрами нарушается, и он не может атаковать. Вам нужно лишь продолжать атаковать без устали, чтобы ослабить его и одержать победу — сказал Мунэнори, поклонившись своему ученику. Dave Lowry. Autumn lightning the education of an American samurai МИЯМОТО МУСАСИ: ЖИЗНЬ С ОРУЖИЕМ В РУКАХ

"ПОБЕДИТЬ ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ - ЗНАЧИТ ПОЗНАТЬ ВЕЛИЧАЙШЕЕ МАСТЕРСТВО". Однажды утром самурай по имени Дзиро пришёл к Мунэнори в додзё Ягю Синкагэ-рю в Эдо и попросил научить его фехтованию. Поскольку его кимоно было цвета клана Токугава, Мунэнори удивился, почему он ещё не вступил в школу, как сделали большинство высокопоставленных буси Токугава вскоре после того, как Мунэнори был назначен инструктором сёгуна. «Раньше я был в рядах обычных самураев моего господина», — признался Дзиро. «Но недавно я был повышен до дворцовой гвардии, и поэтому я должен улучшить свою технику». Он объяснил, что его опыт в кэндзюцу был довольно ограниченным и что он действительно очень мало знал об использовании меча. Мунэнори привёл его на главный этаж додзё, который в этот момент был пуст, и, взяв в руки боккэн, они заняли свои места для тренировочного поединка, чтобы Мунэнори мог составить представление об уровне мастерства самурая. Мастер Ягю поднял свое оружие в тюдан камаэ, среднюю позицию, принимаемую в тренировочном бою, но почти сразу же опустил его. — Почему ты был нечестен со мной? - спросил он у самурая, который держал свой меч перед собой и выглядел растерянным. — Ты сказал, что знаешь только основы владения мечом, — настаивал Мунэнори. — Но, очевидно, вы мастер этого искусства. — Нет, сэнсэй, — запротестовал Дзиро. — Я ничего не знаю о кэндзюцу! Мунэнори пристально посмотрел на него. Его тёмные глаза горели от недовольства. — Ты мастер, — настаивал он, но самурай снова отрицал это. — Что же я тогда чувствую в тебе? — Я не вижу причин, по которым вы могли бы что-то во мне найти, — признался Дзиро. — Я всегда был самым обычным человеком, не достигшим больших высот. Подозреваю, что даже моё продвижение по службе было связано скорее с репутацией моего отца, чем с тем, что я умею. Дело в том, — продолжил он, — что я никогда не обладал дисциплиной, чтобы посвятить себя чему-то одному, за исключением одной вещи. Мунэнори внимательно посмотрел на Дзиро. — И что же это? — спросил он. — Вначале, когда я не проявил особых способностей в фехтовании или каких-либо других видах будзюцу, я пришёл к выводу, что как буси я, скорей всего, очень быстро погибну в бою. Поэтому я проводил всё своё время, размышляя о собственной смерти. Я постоянно думал об этом, что бы я ни делал. На протяжении многих лет это было моим постоянным спутником, пока я не понял, что больше не боюсь умереть. Я перестал беспокоиться об этом вообще. Вопросительный взгляд Мунэнори исчез. Он подошёл к шкафу с письменными принадлежностями и достал кисточку и бумагу, чтобы выдать сертификат, подтверждающий способности самурая. Скрепив его своей печатью и передав Дзиро, он добавил: «Будзюцу не может научить тебя ничему, чего ты еще не знаешь. Победить жизнь и смерть - значит познать величайшее мастерство». Dave Lowry. Autumn lightning the education of an American samura