ХРУСТЯЩАЯ ПЕЧЕНЬКА

— С этим платьем наша Сонечка будет красивее всех, — объявила Алла Викторовна, выкладывая на диван огромную коробку. Пятилетняя Соня тут же подбежала к бабушке. — Там подарок? — Не просто подарок, а настоящее платье принцессы! В коробке лежал пышный голубой наряд. Многослойная юбка, расшитый блёстками пояс, полупрозрачные рукава и серебристые звёзды. К платью прилагались туфельки, ободок и маленькая сумочка. — Красивое, — честно сказала Марина. — Ещё бы! — свекровь довольно улыбнулась. — Я три магазина объехала...

— Бабуль, это не просто кофейня, — говорил Денис, раскладывая на кухонном столе распечатки. — Это место с характером. Небольшое меню, хорошие завтраки, кофе навынос. Рядом университет и два офисных центра. Там поток будет с утра до вечера. Анна Семёновна надела очки и посмотрела на фотографии помещения. Серые стены, голый бетонный пол, трубы под потолком. Место пока мало напоминало уютное кафе, которое описывал внук. — А люди точно пойдут? — спросила она. — Конечно. Я всё просчитал. Денис говорил быстро и уверенно...

— Только не спорьте потом, — сказал Григорий Павлович и положил на стол четыре одинаковых белых конверта. — Я старый, но ещё не настолько, чтобы не понимать, как деньги портят родню. Внуки переглянулись. Юбилей у деда был большой — восемьдесят лет. Собрались почти все: дети, внуки, соседи, бывший напарник с завода, даже племянница из Твери приехала с пирогом. Григорий Павлович весь вечер держался бодро. Шутил, ел мало, но следил, чтобы остальные ели много. Когда тосты пошли по третьему кругу, он вдруг постучал ложкой по бокалу и сказал: — Так, молодёжь...

— Катя, я в субботу за кроваткой заеду, — сказала Людмила Борисовна, застёгивая пальто. — Вы её заранее разберите, чтобы в машину поместилась. Катя не сразу поняла, о чём говорит свекровь. — За какой кроваткой? — За детской, конечно. Которая у вас в кладовке стоит. У Светочки через месяц ребёнок родится, ей пригодится. Светочка была дочерью двоюродной сестры мужа. Катя видела её несколько раз на семейных праздниках и почти с ней не общалась. — Мы не собирались отдавать кроватку, — сказала она. Свекровь замерла с шарфом в руках...