Petr Vokhmintsev

Конечно, «религия». Если любое знание, которое не умещается в формате «я лично стоял рядом с ракетой и держал за руку Нила Армстронга», объявлять религией — то давайте так и сделаем. Тогда у нас получается удивительно удобная картина мира: * Наука = религия, потому что она опирается не на «веру», а на проверяемые данные, повторяемые измерения и независимые подтверждения. Потрясающе подозрительно. * Её “святыни” — лазерные отражатели на Луне (те самые, по которым до сих пор меряют расстояние до Луны). * “Мощи” — сотни килограммов лунного грунта, изученные лабораториями по всему миру, включая страны, которые были бы счастливы разоблачить США, если бы было что разоблачать. * “Священные писания” — телеметрия, радиопереговоры, траектории, отчёты, фотографии, киноплёнка, расчёты и инженерные документы, которые можно разбирать бесконечно. * “Еретики” — это, видимо, обсерватории и радиолюбители разных стран, которые тогда отслеживали полёты независимо и почему-то не согласовали «легенду». * “Чудеса” — банальные физика и инженерия, которые работают ровно настолько скучно, насколько не оставляют места для мистики. А фраза «проверенных строго научно доказательств не больше, чем существования существа на облаке» — просто шедевр. Да, ведь всем известно: фальсифицируемая гипотеза с кучей независимых проверок и нефальсифицируемая сверхъестественная сущность — одно и то же. Особенно если очень хочется, чтобы было одно и то же. Так что да: если вам спокойнее называть это религией — называйте. Просто это будет религия, у которой «молитва» — это измерение, «вера» — это воспроизводимость, а «откровение» — это когда любой желающий может взять данные и проверить. Скучно, но надёжно.