— Мама права, — сказал Павел, не отрывая взгляда от телевизора. — Ты вообще не умеешь распоряжаться деньгами. Просто сорить умеешь — этому тебя учить не надо. Анна стояла посреди кухни с пакетом из супермаркета в руках...
— Ты в курсе, что Игорь теперь может там хозяйничать законно? Лена услышала это случайно. Она стояла в прихожей, только что вернулась с работы — ключи ещё в руке, сумка на плече — и замерла. Голос принадлежал Марине, соседке снизу, которая о чужих делах знала больше, чем о своих...
— Это вообще нормально — так встречать мою маму?! Антон влетел в квартиру раньше, чем Вика успела снять наушники. Она как раз возилась на кухне — перекладывала продукты из пакетов в холодильник, — и его голос ударил так резко, что она выронила йогурт...
— Виола, зайди. Три слова. Просто три слова — и она уже знала, что что-то не так. Потому что Геннадий Семёнович так не говорил никогда. Обычно он орал через приёмную, через две двери, мог написать в корпоративный чат в одиннадцать вечера...
