MARY MI

— Отменяй свою запись! — бросил Кирилл, даже не повернувшись от телевизора. — Мать сегодня на рынок едет, отвезёшь и дождёшься. Там долго, часа три точно. Надя стояла в дверях гостиной и смотрела на его затылок...

— Убирайся из моей жизни, — сказал Андрей негромко, почти спокойно. Именно это спокойствие и было страшнее всего. — Собирай вещи и уходи. По-хорошему. Пока я ещё прошу. Катя стояла посреди гостиной и смотрела на мужа...

— Совсем мозги потерял? — Катя швырнула пульт на диван и развернулась к мужу. — Сергей, я тебя спрашиваю: ты вообще думал, прежде чем это сказать? Сергей стоял посреди гостиной с видом человека, которого незаслуженно обидели...

— Куда ты смотришь?! Я с тобой разговариваю! Галина Петровна влетела на кухню так, будто её туда катапультировало. Шестьдесят два года, крашеные рыжие волосы, поджатые губы — и взгляд, от которого у нормального человека сразу пропадает аппетит...

— Мама сказала, что квартира ей нравится. Завтра едем смотреть, и ты платишь половину. Это справедливо, — Игорь бросил эту фразу в сторону жены так же небрежно, как бросают фантик в мусорное ведро. Мимо...

— Нюшка твоя — дура набитая. Я так и говорила Пашке с самого начала: не бери эту, с характером. Такие только и умеют, что командовать да деньги считать. Чужие деньги. Зинаида Петровна сидела за кухонным столом и говорила это громко — нарочно громко, зная, что Аня всё слышит из прихожей...

— Мать говорит, нам надо серьёзно поговорить, — сказал Андрей, не отрываясь от телефона. Он лежал на диване в той позе, которую Ирина про себя называла «поза морской звезды» — руки в стороны, ноги раскинуты, весь мир подождёт...

— Слушай, ты вообще думаешь головой или нет?! — Игорь вошёл в кухню так, будто не вошёл, а ввалился — пальто не снял, ботинки не разул, просто встал посреди плитки и уставился на жену с видом человека, которому давно всё должны...

— Это вообще что такое?! — Рита вошла на кухню так, будто врывалась в горящее здание. — Мои вещи кто трогал?! Свекровь — Зинаида Павловна — стояла у плиты и даже не обернулась. Помешивала что-то в кастрюле,...

— Слышишь меня? Карточки сдай. Обе. Прямо сейчас! Даша не сразу обернулась. Продолжала протирать тарелки, хотя они были уже сухими — просто надо было куда-то смотреть, пока внутри всё укладывается по полочкам...

— Слушай, ну ты вообще на себя смотрела? — Валентина Петровна стояла в дверях кухни, скрестив руки на груди так, будто загораживала вход в крепость. — Это что за вид такой? Это в приличное место идти? Соня не ответила...

— Ну ты же умная девочка, Вера. Всегда была умная. Я же тебя любила, как родную — с первого дня. Свекровь Нина Петровна говорила это в дверях, держа в руках какой-то пакет — судя по запаху, домашняя выпечка...