MARY MI

— Где бумаги на квартиру? — Галина Ивановна не спрашивала. Она констатировала факт, как судья зачитывает приговор. — Я знаю, что ты их куда-то спрятала. И советую найти их очень быстро. Диана стояла на кухне, держа в руках чашку с кофе, и смотрела на свекровь...

— Ты совсем потеряла совесть?! Мать пришла в гости, а ты ей — в лицо?! — Игорь стоял посреди кухни, и голос его гремел так, что соседский кот за стеной, кажется, прекратил мяукать. Оля не ответила. Она...

— Лиза, ты вообще соображаешь, что происходит?! Весь дом в хаосе, дети орут, ужина нет — и ты сидишь в телефоне?! Игорь влетел на кухню так, будто за ним гнались. Пиджак расстёгнут, галстук съехал набок,...

— Сядь нормально, не разваливайся! — Нина Павловна швырнула на стол пульт от телевизора так, что он отскочил к краю. — Я тебе не служанка, чтобы с таким лицом к столу выходить! Катя молча поправила салфетку на коленях...

— Куда собралась?! Я сказал — никаких командировок! Мать одна, ей плохо, а ты с чемоданом носишься по квартире как угорелая! Николай стоял в дверях спальни, скрестив руки на груди. Не злой — нет. Просто такой, каким был всегда: уверенный в своей правоте на сто процентов, потому что мама так сказала...

— Убери за собой со стола, — бросила Раиса Павловна, не поднимая глаз от телефона. — И не надо делать вид, что ты хозяйка. Хозяйка здесь одна, и это я. Вера поставила чашку в мойку. Медленно. Без слова...

— Это что, вообще? — Раиса Петровна держала коробку двумя пальцами, будто та была заражена чем-то неприятным. — Крем за девятьсот рублей? Серьёзно? Ты издеваешься надо мной? Вера стояла в дверях кухни и смотрела, как свекровь брезгливо ставит подарок на край стола...

— Вот это да! Раскрылась! — Максим бросил куртку прямо на пол в коридоре и развернулся к жене так резко, что Надя отступила на полшага. — Думала, я не узнаю? Да мне мама всё рассказала! Надя стояла у кухонного стола, не отрываясь от нарезки хлеба...

— Это что такое?! — Нина Павловна швырнула на кухонный стол чек из супермаркета так, словно это была улика на судебном заседании. — Восемьсот рублей за крем для лица?! Ты что, золотом намазываешься? Аня не обернулась сразу...

— Вот ты смотришь на меня и что видишь? Пустое место! — Антон бросил это так, будто произносил приговор, не глядя на жену. Он стоял у зеркала в прихожей, поправлял галстук — медленно, с удовольствием, как будто выступал перед публикой...

— Убери вот это всё со стола! — голос мужа влетел в кухню раньше, чем он сам появился в дверях. — И вообще, чего ты здесь возишься? Мне нужно погладить рубашку, а ты тут разложила весь свой хлам! Светлана даже не обернулась...

— Слушай, ты вообще нормальная?! Врываешься сюда с какими-то бумажками, как коллектор с рынка! Мне уже тошно от твоего нытья! Нина стояла в дверях сестриной квартиры и смотрела, как Ольга — родная, единственная сестра — тычет пальцем в воздух перед её лицом...