ComDig | Urban Exploration

Выезжаешь за Кинель-Черкассы Самарской области и вдруг упираешься в бесконечную бетонную взлетную полосу, уходящую прямо в поля. Смотришь налево, бетон, направо, тоже бетон. И только трава, пробивающаяся сквозь стыки плит, выдает, что взлетно-посадочная полоса давно не используется по прямому назначению. Это все, что осталось от некогда режимной территории, войсковой части 62977. Когда-то сюда просто так было не попасть. Здесь базировались вертолеты, в ангарах ремонтировали авиационную технику. Теперь же все иначе...

Когда говорят про «памятники» Чернобыля, обычно представляют себе идиллическую картинку, как ухоженный ЗИЛ или военный вездеход, гордо стоит на постаменте среди зеленой травки. Туристы ходят рядом и фотографируют, селфи делают, экскурсовод рассказывает байки. Красиво, чисто и безопасно. Но есть в Зоне другие «памятники». Те, что спрятаны от глаз простого обывателя. Те, что до сих пор фонят так, что дозиметр зашкаливает. До них нужно идти пешком километров двадцать по убитым дорогам, петляя между брошенными деревнями...

Снегопад не прекращался, но дорогу к месту расчистили. Это была удача, ведь заброшенный храм стоял прямо у обочины. Не пришлось, как в прошлый раз, пробиваться через глубокие сугробы. В одной галерее несколько фотографий — не забудьте листать их. С первого взгляда здание не похоже на храм. Скорее, на складской комплекс или административное здание. Внутри — большой зал, разделенный на комнаты с обычными деревянными дверями. На них — таблички «Посторонним вход воспрещён» и «Не курить». От церковного прошлого не осталось почти ничего: ни фресок, ни утвари...

В Припяти, Чернобыльской зоне, каждый шаг, это встреча с историей. Знаковые символы города-призрака известны, наверное, всем. Застывшее колесо обозрения, гостиница «Полесье», стела на въезде. Эти места стали главными и самыми узнаваемыми локациями тысяч репортажей и фотографий из Чернобыльской зоны. Но за ними, прячется другая Припять. Город, который можно увидеть, только замедлив шаг и отойдя от стандартных маршрутов. Есть здесь одно место, о котором редко говорят гиды и не пишут в путеводителях...

Взлетная полоса давно поросла травой. Кругом тишина, которую изредка нарушает только скрежет старого металла где-то вдалеке. Сложно поверить, что целый аэродром и летное училище можно просто взять и забросить. Но здесь действительно забросили всё. Здания, ангары и даже то, что было внутри. В одной галерее несколько фотографий — не забудьте листать их. Когда-то здесь учили летать. Но в один момент всё закончилось. Училище расформировали, аэродром закрыли, и жизнь отсюда просто ушла. В учебных классах на столах так и лежат приборы, на стенах висят потертые плакаты с диаграммами и схемами...

С крыши цеха было видно, как гигантский завод исчезал на глазах, сжимался с каждым часом. Его методично, круглосуточно, пожирали. Внизу гудели экскаваторы, их ковши вгрызались в кирпич и бетон заводских цехов. По аллеям, где когда-то, наверное, шли на смену тысячи людей, теперь волокли скрежещущий лом, сгружали его с лязгом в кузова «Камазов». Новая жизнь завода... Я не знаю, какой была старая жизнь. Не слышал гула станков, не видел этих цехов в работе. Только кадры кинохроники и старые фотографии...

Метель начиналась ещё по дороге. К моменту, когда мы нашли нужный поворот, снегопад превратился в плотную белую стену, а ветер проверял на прочность решимость любого, кто сюда забредёт. Дороги не было, лишь только намёк на направление, который приходилось угадывать. Целью был старый храм в Пензенской области, о котором мы знали лишь по скудным описаниям и фотографиям в интернете. В одной галерее несколько фотографий — не забудьте листать их. Село Студёнка появилось на картах в первой половине XVIII века благодаря майору А...

Здание бывшей автобазы Академии наук СССР на улице Вавилова сейчас обнесено забором. Оно давно не используется по назначению, и в ближайшее время его планируют снести. Перед тем, как это произойдёт, мы заглянули внутрь и сделали последние кадры. Но сначала — немного истории, собранной из открытых источников. В мае 1941 года на Свалочном шоссе, известном сегодня как часть улицы Вавилова, появилось необычное здание. Это была новая автобаза Академии Наук. С первого взгляда оно выделялось на фоне типовых построек своего времени...

Завод ЗИЛ когда-то был городом в городе. Его территория была огромной — со своими улицами, цехами и тысячами работников. Но в 2016 году завод окончательно остановился. И начался долгий, почти десятилетний процесс его демонтажа. Сначала с территории вывезли всё самое ценное. Цветной металл, черный металлолом. В общем то, что можно было быстро и выгодно продать. Потом очередь дошла до техники. Но не всё удалось спасти. Картина тогда была странной и немного грустной. Бытовая техника из административных зданий, старые приборы, а кое-где и станки, всё это не всегда аккуратно разбирали...

Споры о том, почему закрылся ЗИЛ, не утихают до сих пор. В разговорах часто звучит мысль о том, что завод могли развалить намеренно, что при ином раскладе он бы и сегодня выпускал машины. Многие ищут конкретного виновника, того, кто принял роковое решение. Вопрос «кто виноват?» кажется самым важным. Попробуем разобраться в этой истории, не углубляясь в сложные экономические теории, а просто проследив за цепочкой событий. Ответ, скорее всего, лежит не в чьём-то злом умысле, а в общей логике, которая сложилась к началу двухтысячных...

Десятки цехов, административные корпуса, собственная железнодорожная ветка. Когда-то здесь кипела жизнь завода ЗИЛ, где с конвейеров сходили не только знаменитые грузовики, но и первые советские холодильники. Теперь на эту территорию приходят другим путем, не через проходную, а просто свернув с улицы. От завода в настоящий момент почти ничего не осталось. Широкие заводские аллеи стали городскими улицами, на месте цехов возвышаются новостройки. Кажется, что этого промышленного сердца Москвы здесь и не было вовсе...

Всем привет. В этой статье покажу редкие фотографии цехов Завода имени Лихачёва. Тех самых, где когда-то рождались грузовики и легендарные чёрные «правительственные» лимузины. Но на представленных кадрах 2016 год, август. И стоит в цехах уже не гул производства, а скрежет и грохот другого рода. Работа идёт полным ходом, только это уже не сборка, а демонтаж. За несколько месяцев то, что не смогли распилить на металл, было раздавлено бульдозерами. Завод не выдержал нового времени и конкуренции. Он...