Горный Алтай: Полеты и Дороги вертолетчика

(фраза из фильма «В бой идут одни „старики“) Лето 1978 года. Предгорья Алтая. Наш молодой экипаж Ан-2 «химичил» в Петропавловском районе, в Камышенке. Рядом — красивейшие горы, недалеко курортная Белокуриха. Лето! Красота! Я — первый год на левом кресле, самый молодой командир в отряде. Второй пилот — неунывающий Слава Пак с корейскими корнями, а техник — Сергей Сабылин с пышной причёской под Анджелу Дэвис. Это была наша первая командировка на гербициды. Выставляющий командир звена, отлетав с нами один день, умчался по своим делам, оставив нас одних в борьбе за урожай...

Чуйский тракт — главные ворота в Горный Алтай. Горы, реки, серпантины — это правда впечатляет. Но есть деталь, о которой молчат восторженные посты. В пятницу вечером здесь либо опасные обгоны на грани фола, либо путешествие в ночь. За последние годы поток туристов вырос на миллион. В 2025-м — 2,8 млн. Из них 80% на личных авто. И вся лавина упирается в одну дорогу. Как выглядит вечер пятницы на Чуйском тракте Появляется грузовик. За ним выстраиваются «тихоходы»: учебные машины, старенькие «Жигули» жителей окрестных сел...

Конец года. Пятница. Мне нужно было срочно съездить в Горный — решить коммерческий вопрос и заодно навестить друзей. Всё удачно совместилось в Майме: меня ждали друзья Слава и Рашит. Отдельно обещали подъехать знакомый Анатолий и его начальник Валерий Николаевич — тот самый, что возглавлял электрические сети республики. К моему приезду вся компания уже познакомилась между собой. Баня была готова, и подброшенные дрова довели печь до красна. В парилке было сухо и жарко — к стенам лучше не прикасаться...

Часть 3. «Пилот из Барнаула» Я снова оказался на Старой площади. Зашёл в кафе, немного прогулялся и за 15 минут до назначенного времени уже стоял перед КПП. Зелёный проводил меня до двери кабинета, пропустил внутрь и вышел. Передо мной предстала необычная, почти круглая комната. В центре — столик, четыре закрытые двери, одна из которых — моя. Стены — приятного, успокаивающего цвета. Я развалился в мягком, огромном кресле, взял журнал и принялся листать, поглядывая на большие настенные часы. Ровно в 15:15 раздался щелчок...

Часть 2. Приёмная ЦК Ответ пришёл только в мае — на адрес заместителя командира объединённого отряда. Меня, как инициатора, послали к нему. Он зачитал мне ответ из своих рук, а отдавать не хотел: «зачем шум до Москвы поднимать?». Пришлось сказать, что письмо подписали 80 человек — я не имею права скрывать. Отдал. В эскадрилье после оглашения верх взяли пессимисты: «размечтались», «я же говорил». Остальные выражали сочувствие почему-то мне, а не своему положению. Будто моя идея провалилась, а не они её подписывали...