Не знаю, сколько проходит времени. Может полчаса, может больше. В кабинет заходит незнакомый мужчина в белом халате.
– Простите я сейчас уйду, – бормочу растерянно.
– Это вы меня простите. Я думал, что разговор закончился. С вами все в порядке?
– Да, все хорошо, спасибо, – выхожу за дверь.
Ноги не держат, опускаюсь на край дивана в коридоре, прячу лицо в ладонях. В груди все сжато. Страх, вина, растерянность переплелись в тугой ком. Я должна была догадаться, что моя афера этим закончится. Но я думала, что Амир все же хотя-бы меня выслушает. Но он ни слова не слышал, я же видела. Мой жалкий лепет был ему не интересен. Он уже вынес приговор. Жестокий и решительный бизнесмен, он сразу обрубил все нити. Как палач. Но я заслужила. Я – обманщица и лицемерка.
Чувство тяжелейшей вины перед Эльфом накрывает меня. Я полюбила эту девочку всей душой. Хотела заботиться о ней, отдавать всю любовь и тепло. А вместо этого разрушила доверие.
Каждое воспоминание теперь жжет, словно огонь: общение с Линой, наши разговоры с Амиром, то как улыбался мне, взгляды, в которых я ловила тепло, искры между нами. Все умерло, превратилось в пепел. Все окутано тяжелым облаком вины.
Слезы снова жгут глаза, я хочу убежать поскорее отсюда. К Оле, в отведенную мне маленькую комнатку. Запереться там на год, выплакать все отчаяние. Но я понимаю: если уйду сейчас, не попрощавшись с Линой, буду жалеть об этом всю жизнь. Пусть Амир потом разорвет меня в клочья, пусть гнев его падет на меня – но уйти молча я не могу.
Поднимаюсь и решительно направляюсь к палате Эльфа. Внутри – только она. Даже не верю, что мне так повезло.
– Что случилось, Кристина? Ты такая грустная, – спрашивает тихо, повернувшись ко мне.
Опускаюсь рядом, крепко обнимаю девочку. Маленькое теплое тело дрожит в моих руках. Рыдание рвется наружу, но я заставляю себя улыбнуться.
– Лина… – голос предательски дрожит. – Прости меня пожалуйста. Мне нужно уехать.
– Куда? Почему? – смотрит удивленно, недоверчиво, словно ждет что сейчас скажу, что просто пошутила. От этого еще тяжелее.
– В другой город. К сожалению…
– Я не понимаю, почему? Ты никуда не собиралась. Я думала, ты ждешь папу. Мы же с тобой вместе его ждали. Он приехал, – детский голосок звучит обиженно.
– Иногда во взрослой жизни так бывает, – вздыхаю. – Случается внезапно. Не по нашей воле. Но это не значит, что я забуду тебя. Я буду очень, очень скучать!
Ангелина прижимается ко мне крепче, сердце просто разрывается!
– Но мы же все равно увидимся скоро? Правда? – ее шепот пробирает меня до костей.
– Я не знаю когда. Может и не скоро. Только помни, что я очень тебя люблю, ладно? И будь счастливой. Не грусти. Не говори папе, что тебе меня не хватает. Он будет расстраиваться. Помни: твой папа очень любит тебя. Он сделает для тебя что угодно.
– Папа сказал, что мы летим в Америку… – всхлипывает Лина. – Я думала, ты полетишь с нами. Почему ты не можешь?
Вдыхаю глубже, заглядывая в ее большие глаза.
– Потому что у меня есть другие обязательства, – отвечаю тихо. – Я больше не могу быть твоей няней. Прости меня, пожалуйста…
Девочка снова цепляется за меня, не желая отпускать. Я глажу ее волосы и продолжаю говорить, каждое слово дается через боль:
– Ты чудесная девочка, Лина. У тебя обязательно появятся новые друзья, новый дом. Все будет хорошо.
Целую ее в макушку, стараясь сохранить в памяти это тепло.
– Обещай, что будешь счастливой, – шепчу, отпуская ее руку, – и всегда помни, как сильно тебя любят.
Амир
Слушаю, как Кристина говорит с моей дочкой, и злость во мне закипает еще сильнее.
Как она смеет? Как у нее хватило наглости появиться в палате моей дочери, словно ничего не произошло?
Стояла передо мной, бледная, дрожащая, и все равно не угомонилась – пошла к Ангелине!
До конца хочет доиграть роль заботливой няни?
Даже после разоблачения?
Заставляю себя дышать ровнее. Сдержаться.
Хорошо хоть не пыталась ломать комедию передо мной. Не оправдывалась, не лепетала жалких объяснений.
Если бы начала, я бы сорвался окончательно. Потому что сейчас – каждое ее слово, что слышу, ножом по сердцу. Скучать она будет, ну конечно. Авантюристка!
Поначалу, когда услышал информацию от Инги, внутри еще теплилась глупая надежда: вдруг это все выдумки. Почему я должен верить бывшей? Понятно, что она ненавидит Кристину. Из злости, из ревности, мести, в конце концов, и не такое сочинить можно.
Я вообще не привык верить на слово. Лишь однажды это произошло – когда нанял Кристину в качестве няни. Не знаю как так вышло. В агентство это мы обращались регулярно, видимо поэтому. Я устал от вечных увольнений и новых поисков няни для дочери. А тут она сама выбрала, загорелась. Никогда ее такой воодушевленной в этом вопросе не видел.
Мне хотелось только одного – чтобы Лина была счастлива.
Я приехал в отель, залез под холодный душ, протрезвел как можно скорее, и начал проверять факты. Дал задание своим юристам.
Подключил Догана – он в этом мастер. Как раз его профиль. Друг связал меня вскоре с отцом Кристины, Владимиром Ивановичем. Он действительно бизнесмен, достаточно крупный, хваткий.
Холодный голос, ни капли сомнений:
– Мне жаль, Амир Каримович, что моя дочь доставила вам столько неудобств. Честно скажу – от новостей что сейчас я узнал, просто в шоке. Не думал что до такого дойдет. Кристина всегда очень непослушной. Увы, так и не повзрослела. Один ветер в голове. Если что взбредет – о чувствах других не думает. Вы можете встретиться с Олегом, ее женихом. Кристине повезло, что он терпеливый и понимающий. Но всему есть предел, и боюсь, Кристина его достигла.
Жених.
У нее есть жених.
Я сжал кулаки так, что хрустнули суставы.
– Я не собираюсь лезть в чужую личную жизнь, – ответил я. – Меня только моя волнует.
– Поверьте, Амир, я понимаю и очень сожалею. Готов все компенсировать.
Компенсировать. Что конкретно и каким образом? То, что его дочь втерлась ко мне в доверие? Запала в душу моей дочери?
Я чувствовал, как меня буквально выворачивает.
– Мне не нужны никакие компенсации от вас.
– Вы настаиваете на уголовном преследовании? Вы поймите, меня все равно более всего волнует благополучие Кристины.
– Пока не решил. Но дело серьезное. Обман, подлог.
Совушкин держит длинную паузу, затем произносит:
– Это моя дочь, Амир. И я буду стоять за нее, все что угодно сделаю, чтобы уберечь от любых проблем и негатива. Уверен, вы бы свою тоже защищали до последнего вздоха.
Эти слова ударили по мне, как плетью. Да. Ради Ангелины я пойду на все. Даже если придется раздавить чувства, даже если придется убить то влечение, которое еще оставалось.
Мы простились с Совушкиным крайне холодно и недружелюбно.
Затем Доган прислал мне запись разговора с хозяйкой агентства по найму персонала. Она рыдала, захлебывалась в слезах, и клялась, что Кристина ее запугала. Шантажировала.
– Я не знала, какие у нее цели! Она угрожала мне! Я растерялась! Простите меня, пожалуйста! Мне так жаль!
А вот мне нисколько не жаль, что у этой женщины больше не будет агентства. Я позабочусь, чтобы никто не имел шансов повторить подобное.
Я расставил все точки над «i», еще прежде чем сел в самолет.
Когда Кристина вышла из палаты моей дочери, едва удержался, чтобы снова не обрушиться на нее.
Но это было бы лишним.
Мы все сказали друг другу.
Хотя внутри рвало на части.
Я уже даже не понимал, что сводило меня с ума сильнее: ее обман с Ангелиной или то, что она отдала мне свою невинность, имея при этом обязательства перед другим мужчиной. У нее есть жених. Ясно, что она его не любит. Но она не рассталась с ним, не прояснила отношения. Просто убежала. Чтобы пощекотать нервы себе и ему.
Все это я выяснил из разговора с Совушкиным.
Но так ничего и не понял. Что это за игры? Какие у нее цели? Здорова ли Кристина психически, если такое вытворяет?
А я допустил ее к своей дочери.
Все, уже не хочу знать ничего про нее.
Больше ничего об этой лживой, лицемерной девице.
И все же… когда остался один, в пустом коридоре больницы, тишина ударила в уши. Я вдруг ощутил такое пронзительное опустошение и одиночество, что выть захотелось. Правильно ли я поступил? Безусловно. Тогда почему мне настолько паршиво?
Резко сжимаю кулаки. Нет. Все правильно. У меня уже была жена, которая врала постоянно. И тоже обожала игры, обман. Для моей дочери подобные увлечения опасны. Она уже со сломанной рукой. Нет, для нас с дочкой Кристины больше не существует. Я сделал правильный выбор.
Кристина
Выхожу из палаты, ноги подкашиваются, шаги отдаются гулким эхом по пустому коридору больницы. Воздух кажется тяжелым, спертым, и я никак не могу вдохнуть полной грудью.
Слезы застилают глаза, все вокруг размыто: белые стены, редкие пациенты, медсестра с подносом. Я иду почти на ощупь, точно слепая. Сердце все еще бьется неравномерно, болезненно, его словно сжали в кулаке. Слова Амира звучат в голове снова и снова:
Мы избавимся от тебя. Так или иначе, моя дочь будет счастлива. Я увезу ее в Америку. Она о тебе забудет.
Каждая фраза, как удар в спину.
Останавливаюсь у окна в конце коридора, закрываю лицо ладонями. Ноги дрожат, руки трясутся. Перед глазами Ангелина – ее улыбка, смех, доверчивый взгляд.
Внутри пустота. Все, что я чувствовала, все, ради чего жила последние месяцы, исчезло.
Такси скользит по вечерним улицам, дождь брызжет мелкими каплями на окно. Каждый поворот напоминает о том, что я оставила позади. Дом, который стал для меня миром, любимого мужчину, который теперь ненавидит меня и презирает.
Его слова продолжают эхом отдаваться в голове, пронзая меня насквозь:
Талантлива, нечего сказать, далеко пойдешь. Ничего особенного, но мне зашло.
Не могу поверить, что услышала это именно от него… человека, который был первым, кто видел меня настоящей, кто пробудил во мне чувства.
Я даже не успела, не смогла сказать ему… о тесте. Я сделала его сегодня утром. Мне тошнило последние дни, поэтому Вика сунула мне коробку, посоветовав сделать. “На всякий случай”. Я бросила тест в сумку и забыла. И вот сегодня, в больничном туалете, когда меня снова накрыла утренняя тошнота, я его сделала.
Две полоски.
Я даже осознать не успела, что они значат. Не до того было, все внимание отдавала Лине. А потом появился Юсупов.
Хотела признаться Амиру, что внутри меня растет наш ребенок, плод нашей любви. Но его ненависть и гнев были такими сильными, что я испугалась. Амир мог причинить мне еще больше боли. Велеть сделать операцию. Зачем ему ребенок от той, которую он ненавидит? Его гнев, его презрение, его ненависть к моей сущности… Я не могла, не осмелилась произнести правду. Получается, опять солгала. Но ведь для него этот ребенок стал бы обузой. От обманщицы. От недостойной.
Для меня же – это плод любви. Огромное счастье. Я должна держаться. Должна жить ради малыша, ради того, кто уже стал частью меня, даже если его отец ненавидит меня всей душой и никогда больше не хочет видеть. Этот ребенок – моя надежда, моя сила.
Такси останавливается у дома Оли. С трудом собравшись, выхожу из него, чувствуя, как пустота в груди сжимается еще сильнее. Но где-то глубоко внутри растет новая цель: я буду жить ради своего малыша. И пусть весь мир против меня… я буду любить его, воспитывать, оберегать.
Так ушла в свои мысли, что даже не замечаю ничего необычного, пока не прохожу в гостиную. Дергаюсь испуганно.
На диване сидит отец. Рядом с ним мама. Оля, выходящая из кухни с подносом, замирает напротив меня.
– Здравствуй, Кристина, – голос отца звучит спокойно.
– Папа… – слова застревают в горле. – Что ты здесь делаешь?..
Взгляд тяжелый, холодный.
– Что я здесь делаю? – усмехается.
Узнаю эту интонацию, ту самую, от которой с детства внутри все сжималось.
– Вытаскиваю свою непутевую дочь из грязи, в которую она решила нырнуть.
– Это не так, – шепчу я. – Я просто… я хотела жить по-своему.
– По-своему? – он резко повысил голос. – Твой побег уже обошелся мне слишком дорого! Ты даже не представляешь, сколько людей пришлось подключить, сколько договоренностей полетело, пока я тебя искал. Твои капризы закончились, – продолжает отец, его голос как хлыст. – Ты вернешься домой, и сделаешь то, что должна. То, что принесет пользу семье.
– Что именно? – спрашиваю, хотя знаю ответ.
– Выйдешь замуж за человека, которого я выбрал, – чеканит он. – Это будет правильно. Это добавит тебе статуса. Это сделает тебя достойной дочерью.
– Но я не хочу! Я не люблю его!
– Любовь, – отец зло усмехается. – Сказки для бедных. У тебя есть долг. И ты его выполнишь.
Конец первой части.
***
Если вам понравился рассказ, читайте вторую часть истории Амира и Кристины «Наследник магната. Вернуть любой ценой», Марго Лаванда.
***
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
