Амир
– Инга, ты сейчас чего добиваешься? Если у тебя приступ и ты возжелала сыграть в детектива, я тут при чем? Свали, пока моя грубость не сделала тебе неприятно! – внутри все клокочет от ярости. Мозг отказывается воспринимать информацию.
Все это полная чушь! Кристина – прекрасная няня. Инга лжет, из зависти и мести. Конечно же! Нервно рву пальцами волосы. Единственное мое слабое место, Ахиллесова пята, мой триггер, это дочь. Даже думать не хочу, что кто-то мог так просто проникнуть в мой дом, втереться в доверие. Я ведь Лину сразу на новую няню оставил! Уехал, даже мысли не возникло что надо как следует проверить “няню”! Потому что в это агентство обращался постоянно. Лине очень не везло с нянями. Дочке ни одна не нравилась, она начинала вести себя как бесенок. А эти горе-работницы еще и в постель ко мне норовили залезть.
Что это вообще значит, «не работает в агентстве»?! Ведь мы взяли Кристину именно оттуда!
– Юсупов, ты ослеп и оглох что ли? – злится Инга. – Не пугай меня своей грубостью, я уже неплохо с ней знакома! Ты ее очень живо продемонстрировал, когда меня бросил из-за этой самозванки! А я ведь сразу поняла, что с ней что-то не так! Она вообще на няню не похожа! Я надавила на хозяйку агентства, в которое ты все время обращаешься. Ее зовут Римма Александровна! Эта недалекая дамочка мне все рассказала, во всем призналась. Кристина оказалась там совершенно случайно. Она работала в ателье у подруги, в том же здании. Якобы примерила чужое свадебное платье, пришлось в нем прятаться, понятия не имею от кого. Может, от жениха? – издает короткий противный смешок. – Уж не знаю, как она заставила Ангелину выбрать именно ее. Манипуляторша! Может и гипнозом владеет, потому что ты с момента, как она в вашем доме появилась, ты стал просто невменяемым! У нас ведь все с тобой хорошо было!
– То есть, она вообще никогда не работала няней, – уточняю, не веря собственным ушам. Я лучше няни просто не видел…
– Именно так. Я не знаю, какой у нее был план! Но ты же знаешь, как ушлые девицы охотятся за тобой, особенно, после того как ты овдовел. Что ее заставило это сделать, чего она хотела… Ответить может только она сама. Только я бы не сильно ее словам доверяла! Ведь заправская лгунья, это ясно! Но ты завидный жених, ты прекрасно знаешь на что идут женщины, чтобы обратить твое внимание на себя… Может, она искала адреналин. Может жениха своего позлить хотела… Ну а может найти кого состоятельнее.
Пытаюсь переварить информацию. Все внутри бурлит: шок, неверие, растущая тревога. Кристина… моя Кристина.
У нее жених?
Все это время она меня обманывала? Манипулировала, развлекалась?
Мир перед глазами качнулся.
В висках стучало.
Каждое слово Инги – удар в голову.
Все, что я чувствовал к Кристине, рушилось. Место теплоты занимали боль и ярость.
Я не мог себе простить, что допустил к дочери самозванку. Ангелина так привязалась к ней. Она будет страдать…
Провожу рукой по лицу. Воздуха не хватает.
Хочется швырнуть стакан о стену, выместить эту ярость. Но я только заказываю бутылку, сижу, стиснув зубы, напиваюсь целенаправленно, взращивая росток за ростком в себе ненависть к женщине, так безжалостно раскатавшей меня.
Желание мести вспыхивает с неимоверной силой. Засадить ее за решетку, возможно ли это? Она совершила мошенничество. Наказать за обман, за то, что позволила себе проникнуть в наш дом, в мое сердце, в жизнь Ангелины. Как я мог так слепо довериться? Как допустил, что дрянь подобралась к моей дочке, неизвестно с какими целями?
Дышу тяжело, каждая клетка тела требует действия, наказания, возмездия.
Кристина
Сижу на краю кровати Ангелины, держа ее маленькую ладонь, потеряв счет времени. Бессонная ночь в больнице. Тяжелые мысли. Понятия не имею, как буду оправдываться перед Амиром. Представляю, что ему уже наговорила его мать, которая меня не выносит…
Дверь палаты резко распахивается.
Амир. Высокий, мрачный, напряженный. Следом за ним – Ясмина Галибовна, вся кипящая негодованием.
– Папочка, ты приехал! – радуется Эльф. – Смотри, ручка у меня почти не болит! Уже все хорошо!
Амир наклоняется к дочери, выражение его глаз меняется.
– Что же ты так неосторожно, Ангел? Разве можно так отца пугать?
– Ты испугался?
– Очень.
– Зато прилетел сразу!
– Я и так собирался. Обещай что в будущем будешь более острожной?
– Папуль, Кристина ни в чем не виновата, – вдруг очень серьезно заявляет Эльф. – Ты только не ругай ее, ладно? А то бабушка…
– А что бабушка? – вмешивается Ясмина Галибовна. – Бабушка за тебя перепугалась ужасно! Ладно…
Встречаюсь взглядом с Амиром, и вижу лишь холод… Конечно, он злится. Я недосмотрела. Мне так стыдно! Так корю себя! Он смотрит так странно. Непонятно. Сердце проваливается куда-то вниз.
– Мама, побудь с Линой, пожалуйста. Мне надо с ее няней поговорить, – цедит сквозь зубы Юсупов. Каждое слово звучит как приговор. – Выйдем, – кивает мне.
– Конечно, дорогой, я побуду с Линочкой.
– Папуля, куда вы? – хнычет малышка.
Заходит медсестра, очень милая и приятная, Эльфу она нравится.
– А у меня папа приехал! – сообщает ей довольно девочка.
– Вижу, милая. Это замечательно, – девушка улыбается Лине, а затем ее отцу. – Нам надо на процедуры.
– Я пойду с вами, – суетится Ясмина Галибовна.
– Я скоро вернусь, папуль. Не скучай! – Лина садится в кресло и медсестра вывозит ее из палаты.
– Постараюсь, Ангел.
Мать Амира суетливо торопится следом за ними.
Мне же Юсупов говорит совсем другим тоном:
– Иди за мной.
– Сынок, – Ясмина Галибовна вернулась, заглядывает в палату:
– Что с ней разговаривать, Уволь, и дело с концом!
– Мама, не вмешивайся.
– Из-за нее Лина сломала руку!
– А ты куда смотрела?
– Я? Ты меня хочешь обвинить, вместо этой…?? – на лице шок и обида.
– Просто не лезь под горячую руку. Ты сказала что будешь с Ангелиной. Вот и занимайся внучкой.
– Да, хорошо милый . Я правда, так устала… – бормочет и уходит, оставив за собой шлейф тяжелых сладких духов.
На самом деле, Ясмина Галибовна свежа как майская роза, она уехала из больницы почти сразу как Ангелине наложили гипс и только что появилась здесь. Я же осталась ночевать с Линой, мне дали раскладушку. Но я понимаю, что больше всех виновата. Руки дрожат, когда смотрю на Амира, пальцы переплетаются, будто пытаюсь сломать их, чтобы заглушить чувство вины.
– Иди за мной. Поговорим в кабинете моего знакомого врача, – бросает Юсупов.
Следую за ним молча. Когда дверь захлопывается, он садится в кресло, я начинаю первой:
– Мне правда очень жаль, – выдыхаю. – Я очень сильно виновата. Понимаю, что ты думаешь обо мне…
Амир обрывает меня резко:
– Я просто поражаюсь тебе, Кристина. Ты даже сейчас продолжаешь играть.
– Я не понимаю… о чем ты говоришь? – моргаю ошеломленно.
– Ты очень рисковала, – каждое его слово режет, как нож. – Ни секунды не подумала о последствиях. Ты понимаешь, что можешь сесть за такое? Есть статья, мошенничество. Не слыхала? Или надеешься, что жених отмажет? Это у вас такая ролевая игра? Или может спор богатеньких скучающих мажоров? Развлечение вместо девичника?
– Амир, я правда не понимаю!
Что он несет такое?! Мысли разбегаются! Я думала, он зол из-за дочки, я ведь недосмотрела, Лина руку сломала… А он про жениха какого-то и мажоров. Что все это значит?
Пытаюсь снова открыть рот, но Амир поднимает руку, обрывая.
– Молчи. Еще только одна капля лжи, и чаша моего терпения будет переполнена. Слушай меня внимательно. – Он встает, делает шаг ближе, и воздух словно сгущается. – Я буду к тебе милосерден. Не посажу, хотя следовало бы. Но одно должно быть ясно.
Я вся буквально сжимаюсь. Мне безумно страшно.
– Единственное условие, – голос его становится ледяным. – Больше никогда не попадайся мне на глаза.
– Ты поняла меня? Иначе очень сильно об этом пожалеешь, Кристина. Я тебя уничтожу. Считай, сейчас я дарю тебе последний шанс. Ты исчезаешь, как будто тебя и не было.
Слезы щиплют глаза. Я киваю, хотя ничего не понимаю, абсолютно!
– Знаешь, почему ты не сядешь? Потому что сумела подсластить свои мерзкие поступки. В постели. Вовремя успела. Талантлива, нечего сказать, далеко пойдешь. Ничего особенного, но мне зашло. Поэтому, будем считать, я заплатил тебе тем, что оставлю на свободе.
Отшатываюсь. Его слова больнее ральной пощечины! Сердце рвется к горлу, накатывает тошнота. Это слишком жестоко. Он ведь знает, что был первым. Он был так ласков. Жалел меня, был терпеливым.
– Ты ведь не думала, что сможешь долго притворяться? Инга тебя вычислила. Провела беседу с Риммой Александровной. Та во всем призналась.
– Пожалуйста, не наказывай Римму Александровну! Это все случайность! Только я виновата! – выпаливаю. Итак, Амир все узнал и не от меня. Я должна была быть готовой к такой возможности. Но вместо того чтобы признаться, я витала в розовых облаках. Наверное, я все это заслужила. Только от понимания этого не легче. Сердце разрывается от боли. Амир сказал такие жестокие слова, что я растерялась. Мысли разбегаются, я ни слова не могу сказать в свое оправдание.
– Играешь в благородство? – смотрит на меня презрительно. – Уже не прокатит. Я виню только себя, Кристина. Что был доверчив. Ничего не проверил. Мне правда даже в голову не могло прийти, что кому-то захочется поиграть в няню.
– У меня не было выбора. Я очень испугалась… Родители хотели выдать меня замуж, против воли. Я убегала… – понимаю, что это лишь жалкий лепет. Но ничего более связного не могу выдать.
– А тут подвернулась возможность спрятаться, да? Ты до сих пор не понимаешь, какой мерзкий поступок совершила? Как вообще смеешь думать, что можешь оправдаться? Что я Лине скажу? М? Что ее няня – самозванка? Поэтому моя дочь сейчас в больнице и у нее сломана рука!
– Прости… Все не так…и… Я не хотела… – даже не могу связать предложение, голос срывается. – Амир… Прости меня, пожалуйста! Я правда не хотела ничего плохого!
– Сейчас ты выйдешь из этого кабинета и исчезнешь. В особняке ты больше не появишься даже на секунду. Пиши адрес, куда доставить твои вещи. И чтобы я никогда о тебе больше не слышал! Попробуешь появиться на моем пути, или, не дай Аллах, возле Ангелины – я тебя уничтожу. Посажу. У меня много связей. А ты сделала все, чтобы доказать твое преступление было максимально просто. Есть свидетели. Моя мать, кстати, будет счастлива. Но я не хочу этого делать, из-за Лины. Ты проникла в ее сердечко. Как вирус! Но мы избавимся от тебя. Так или иначе, моя дочь будет счастлива. Я увезу ее в Америку. О тебе она забудет. А ты забудешь о нас.
Мир вращается перед глазами. Я едва стою на ногах, плечи дрожат, слезы катятся по щекам. Глаза Амира, полные гнева и решимости, прожигают меня насквозь.
– Больше всего меня бесит, что придется отучать дочь от тебя. За это я никогда тебя не прощу. Еще раз появишься на моем пути – уничтожу.
Не могу выдавить ни слова. Все внутри обрушилось. Весь мой маленький мирок, в котором, как я думала, нашла тепло и близких дорогих сердцу людей, рухнул в одну секунду. Мужчина, которого я полюбила всем сердцем, проехался по мне асфальтоукладочным катком.
Он ненавидит меня.
– Адрес пиши, – практически швыряет мне блокнот.
Дрожащей рукой вывожу буквы и цифры, адрес подруги. Больше мне идти некуда. Все расплывается. Одной рукой держу ручку, другой за стол цепляюсь, чтобы не упасть.
Юсупов покидает кабинет первым, вырвав у меня из рук блокнот. Словно ему даже в одном помещении со мной находиться невыносимо противно.
Я остаюсь стоять, цепляясь за чужой письменный стол, растоптанная и разбитая, выброшенная за дверь собственной жизни.
Продолжение следует...
- Часть 11 - будет опубликована 22.06 - 06:00
Автор: «Бывшие. Лапочка-дочка для босса», Марго Лаванда
***
Содержание:
- Часть 11 - будет опубликована 22.06 - 06:00
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
