Летели дни за днями, складывались в недели. Так уж полтора месяца минуло с того памятного дня. А Андрей все никак не мог успокоиться. И самому-то странно было, чего ж он так взъерошился весь из-за како-то девчонки. Ведь ее-то как раз можно было смело внести в список побед — как ни крути, а он, без особых усилий, можно даже сказать, с разбегу получил все, что хотел. Даже в некотором роде больше, нежели рассчитывал. Ну а что во второй раз не сложилось — так это сущие мелочи, пустяки. Он ведь и сам не любил повторов, так что вроде и переживать не о чем.
А не переживать-то как раз и не получалось. Наивная девчонка упорно лезла в голову, переворачивая душу воспоминаниями. Вот ведь поселилась заноза в сердце.
Не выдержал Андрей, позвонил. Однако у Лариски номер не стал спрашивать, дабы не продемонстрировать, что не отпускает его та наивная девушка, разыскал самостоятельно, благо адрес помнил.
— Добрый день! — самоуверенно, стараясь не упасть лицом в грязь перед вредной девчонкой, ответил на ее вопросительное 'Алло'.
— Добрый, — нейтральным голосом ответила Маринка на приветствие. И голос совершенно не дрогнул. Что это, не узнала, или он ей действительно, как говорят, все равно?
Потураев помолчал немного, растерялся. Ожидал любой реакции на звонок, но только не равнодушия. Однако молчать дальше было глупо, и, не найдя более достойных слов, он продолжил:
— Так это я, Андрюша!
Марина ответила все с тем же равнодушием:
— И что, я должна как-то отреагировать?
Андрей уже справился с собой и заговорил привычным тоном:
— Ну хотелось бы!
— Прости, не вижу повода. Что надо?
— А почему так неласково? — возмутился Андрей.
— А я ласки авансом не раздаю, — дерзко ответила Марина.
— Ну, возможно, ты и права. Зачем же так...
Ответом ему были короткие гудки. Андрей разозлился. Чо она себе позволяеи?
Он нажал на кнопку повторного набора номера. Не был уверен, что Маринка ответит на звонок, и тем не менее не позвонить не мог. Однако Марина ответила после второго же зуммера:
— Алло? — все так же бесстрастно, словно не догадывалась, кто это может быть.
— Не клади трубку, я этого терпеть не могу!
— Тогда не звони — стопроцентная защита от брошенной трубки, — лихо парировала Марина.
— Чего тебе надо?
— Мне? — удивилась Марина. — Ничего. По-моему, это тебе что-то нужно, раз ты звонишь. Если бы у меня были какие-то потребности — звонила бы я.
Андрей разозлился не на шутку. Вот ведь, как ловко она поворачивает разговор в нужную сторону! Чтобы он просил, чтобы умолял, а она будет изображать из себя неприступную крепость. Ладно, позволим ей одержать маленькую победу. Зато главное будет за нами!
— Ладно, — нелегко согласился Андрей после некоторой паузы. — Хорошо, пусть будет, что это мне что-то надо. Хотя я уверен, что тебе это надо не меньше, чем мне. И звонка моего ты ждала с диким нетерпением. И безумно рада, что я позвонил. Да вот только слишком много классики читаешь, слишком много глупостей про гордость наслушалась. Ладно, пусть. Я все-таки мужчина, я и должен просить прощения. Только я не знаю за что. Ну пусть будет по-твоему: я извиняюсь. Теперь ты довольна?
Пауза была совсем коротенькая, словно Марина не ожидала услышать нечто подобное. Но быстро собралась и ответила:
— Это ты о чем?
— То есть, — удивился Андрей.
— Ну ты как-то все в одну кучу смешал: и про гордость, и про прощение. Извиняешься вот за что-то. Объяснил бы, за что именно. За то, что разговариваешь со мной так? Или за то, что сделал? Так в том я сама виновата и к тебе претензий не имею.Так что пусть твоя совесть слишком сильно тебя не гложет, ты мне ничего не должен. Все или что-то еще?
Андрей опешил. Нет, ну надо же, какая.! Вроде и говорит, что сама виновата, но таким тоном, что ему стыдно стало за свое поведение.
— Вообще-то я хотел встретиться. Как ты на это смотришь?
— В основном отрицательно.
— Почему?
— Потому что мы уже, кажется, все выяснили. Поэтому я отношусь именно отрицательно. Что еще?
Потураев злился все больше. Он, опытный, самоуверенный мужчина, ну никак не мог повернуть разговор в свою пользу. Ведь он всегда с элегантной легкостью выходил из любой ситуации, а тут не может элементарно поговорить по телефону.
— Марина, я что-то не совсем не пойму. Ты вроде только что сказала, что претензий ко мне не имеешь, и тем не менее я ощущаю какие-то претензии. Я и так уже извинился — чего тебе еще надо?
— Да не надо мне ничего, — возмутилась Марина. — Я ж тебе уже сказала: успокойся, я на тебя обиды не держу, и мне от тебя ничего не нужно. Нужно было бы — я б сама тебя разыскала.
— Тогда почему мы не можем встретиться?
— Ну почему же не можем? А вот смысла не вижу. Объясни мне смысл, тогда, может, и встретимся.
— Нет, ну какой тебе нужен смысл? Я просто хочу тебя увидеть — это что, недостаточное объяснение?
— Хорошо, я перефразирую вопрос: зачем ты хочешь меня видеть? И сама же на него отвечу: для повторения пройденного материала, кажется, так это называется у преподавателей? Но ты хороший учитель, я хорошая ученица и обычно усваиваю материал с первого занятия. Второй урок мне обычно не бывает нужен. Или это лучше назвать не уроком, а лабораторной работой? Тогда и первая работа оказалась результативной, и в повторе я опять же не вижу смысла. Я достаточно ясно изъясняюсь?
— Более чем! Ты обладаешь просто исключительной логикой!
— Да. И в в твоих интересах оставить меня в покое, не звони, не пиши, и не приходи. пока я не подала соответствующее заявление! Всё, прощай!
И вновь в трубке раздались оглушающе-противные короткие гудки.
Целую неделю Потураев ломал голову, разбирая по косточкам телефонный разговор с Мариной. Из него явно вытекало ее откровенное нежелание продолжить знакомство. Но Андрею никак не удавалось понять причину такого странного нежелания.
Вроде и не высказывала ему никаких претензий, никаких обид, но категорически отказывалась от продолжения внезапного романа. Романа? Андрей удивился. Да полноте, о каком романе может идти речь? Разве он предлагал ей какие-нибудь романтические отношения? Вовсе нет, и в мыслях не было. Это девушки о романтике мечтают, а у мужчин все намного проще. Вот он и предлагал ей встретиться, чтобы…
Ах, вот оно что! В том-то и дело, что романтики он ей не предлагал, а предлагал лишь встретиться. Вернее, он ей вообще ничего не предлагал, кроме встречи, но она, казалось бы дитя наивное, сразу просекла, что романтикой в их грядущей встрече и не пахнет. А Потураев и не стал убеждать ее в обратном, еще и подумал: надо же, вот и умница, сама все поняла. Умница-то, может, и умница, но разве можно назвать ее умницей, раз она, невзирая на явное наличие рассудка, все еще рассчитывает на какие-то романтические отношения? И это после того, что между ними было!
Бесконечно злой на себя, и еще больше — на Маринку, через неделю, в самый разгар буднего дня, дабы не нарваться на родителей Марины, Андрей позвонил в ее дверь.
Маринка стояла на пороге такая маленькая, худенькая, без граммульки макияжа — чистая наивная девочка. Вот в таком виде она ни за что, даже при самом слабом освещении, не прошла бы за студентку-второкурсницу. Не дай бог кто узнает о таком позоре — вовек не отмоешься. Ну ничего, хорошо смеется тот, кто смеется последний. Пусть сейчас он позволит ей себя унизить, пусть. Противно, конечно, но у него на то имеется более чем веская причина: чтобы вырвать занозу из сердца, он непременно должен повторить ту 'лабораторную работу'. Ха, вот ведь умница — сама подсказала, как назвать то, что между ними произошло.
— Привет, малыш. Твоя взяла — вот он я. Пришел.
Рассказ "Звонок из прошлого" 7 часть
А еще, в дзене появились донаты. Поддержать автора можно 👉ТУТ👈