Мама 2+2

Мне стоило большого труда держать себя в руках. Я лихорадочно соображала, как этой стерве ответить, чтобы и ее не слишком обрадовать, и себя не уронить. – Знать, конечно, не знала, но догадывалась, – ох, каких титанических усилий мне стоила эта ровная, спокойная интонация! – А что Роману еще оставалось делать? Я ведь наотрез отказалась с ним поехать. Теперь ему жизнь заново надо устраивать. Ничего удивительного, если у него женщина появилась. – Ну, ты меня поражаешь, – Ирка поскучнела, видать, рассчитывала на мою истерику...

Он отключился, оставив меня в полнейшем недоумении. Я ждала от Романа чего угодно – упреков, обиды, грубости, наконец, – но только не этого холодного равнодушия. До такой степени оскорблен, что не готов сразу простить? Но ведь нас связывают пять прожитых вместе лет. Нельзя же из-за одной моей глупости выкинуть коту под хвост. Да и чем я так уж перед ним виновата? Я ведь ему не изменила. Ну да, испугалась. Но и он тоже хорош. Решил вдруг разом все наши планы перевернуть вверх головой. Главное, теперь-то...

Не откладывая дела в долгий ящик, я принялась звонить Роману. Увы. Ни по одному из оставленных им телефонов его не оказалось. Абонент находился вне зоны досягаемости. Казалось бы, ерунда, но я снова расстроилась и опять начала чувствовать себя одинокой и всеми покинутой. Поэтому позвонила Миле. А кому я еще могла излить душу? – Говорить можешь? – спросила я. – Могу, – устало выдохнула она. – Маму и детей уложила, а у Кости сегодня ночное дежурство. Ты как? Чего-то опять невеселая. – Да веселиться пока не с чего, – и я детально пересказала ей события сегодняшнего дня...

– Самое главное теперь, оказывается, я должна писать только о молодежи, а где я ей столько возьму? У нас ведь пока куда-нибудь пробьешься, состаришься. – Вот мы с тобой здесь почти и состарились, – загрустила Анастасия. – Из кожи вон лезли, журнал создавали, хороших тиражей добились. А теперь наши усилия коту под хвост! – Точно! – воскликнула я. – У меня столько наработок, столько связей, а теперь это никому тут не нужно. Молодых гениев любой может открывать. А ты попробуй про известного написать так, чтобы новое в нем открыть! – Вот именно! – горячо поддержала меня Анастасия...

– И знаете, что настораживает? Наш журнал ориентирован, как следует уже из его названия «Мисс Шик», в основном на молодежную аудиторию. То есть это девушки, правда, уже не тинейджеры, и молодые незамужние женщины. Грубо говоря, аудитория от восемнадцати, а по нынешним временам даже от шестнадцати и до тридцати, с натяжкой – до тридцати пяти лет. Хм, я уже в этот диапазон прохожу с натяжкой... Никак она мне решила намекнуть, что мой возраст уже на грани и скоро я перестану соответствовать настроениям...

Меня вдруг охватило такое злорадство, будто ее уже уволили. Хотя, если это произойдет, веселья тоже будет мало. Работать с дочкой-то придется мне! А выпускать модный журнал – очень серьезное дело. Только со стороны кажется простым делом: налепил красивых картинок и разбавил их легким текстом при помощи ИИ. Как бы не так! Кстати, и картинки красивые даются нелегко, и даже самый легкий текст требует работы, чтобы стать привлекательным. Совсем ведь простой читать не станут. Не будут читать – журнал потеряет тиражи и рейтинг...

В прихожей хлопнула дверь. Послышались возбужденные детские голоса и отчаянный возглас бабушки: – Осторожно! С ног меня собьете! Милино лицо просветлело: – Ребята из школы пришли. Сейчас их кормить буду. Намек поняла: мое время кончилось. Больше нам сегодня по душам не поговорить. Не успела я об этом подумать, десятилетняя Даша и двенадцатилетний Дима влетели в кухню. – Ура! У нас тетя Юля! – проорал Дима, скидывая на пол мокрый ранец. – А мы под дождь попали! – радостно подхватила Даша. – Бабушка второй зонтик забыла, и теперь у меня голова вся мокрая, – наябедничал Дима...

– И не подумаю! – замахала руками Милка. – Костю моего не знаешь? Никогда не согласится. Не говоря уж о том, что в подобных деликатных делах он ведет себя совершенно неправильно. И вообще, что ты суетишься? Если Роман там не один, Славикова Ирка тебе первой сообщит. Она такая «добрая»... Нипочем не упустит случая позлорадствовать. – Именно потому я и хочу быть осведомлена раньше. А потом, если он уехал один, все станут думать, что это временно и мы еще воссоединимся, когда я свои дела доделаю. А если он с другой отбыл, совсем другое дело...

Как я доехала, просто не знаю. Вела машину на автопилоте – ничего не соображая и мало что видя. Глаза застилали слезы. Кажется, я с раннего детства так не плакала. Видимо, поэтому у меня и накопился такой запас слез. Они лились без остановки и прекратились лишь в тот момент, когда, наконец благополучно покинув машину, я упала в Милкины объятья. Как будто внутри меня слесарь перекрыл кран. – Ну? Что случилось? Рассказывай, – Милка усадила меня на диван в гостиной. – Чай будешь? Или тебе что-нибудь покрепче? – Покрепче не надо...

– Откуда ты помнишь, кто из нас сколько вносил? – продолжала бушевать я. – А я с самого начала все суммы записывал. На мгновение у меня пропал дар речи. Я с ним жила пять лет, а он, оказывается, все записывал. Все мои дебеты и кредиты! Кошмар и ужас! Хорошо еще, я ему не докладывала точный размер своих заработков, всегда немного занижала. Раза так в полтора. Тем более реклама – дело тонкое. Один месяц только на зарплату живешь. А другой – то гонорар в конвертике от кого-то получишь в целях повышения заинтересованности темой, то еще что-нибудь симпатичное обломится...

Я смутно припоминала, но какое мне было до этого дело? Роман тем временем в полном восторге продолжал: – Про зарплату вообще не говорю: сразу в два раза увеличивают. К тому же дают казенную квартиру совершенно для нас с тобой бесплатно. Машину. Постоянный номер в пансионате под Краснодаром, считай, как дача. Лечение и прочее – само собой. Но главное – перспектива. И на месте есть варианты, а если не захочу, через три-четыре года вернусь в Москву. Понятно, не на прежнее место, а топ-менеджером. Ну,...

– Разве у нас не крайний случай? – Ну не вопрос ведь жизни и смерти. Сами накопим. Мне скоро повышение обещают, вот заживем. Я лично уже повысилась. Моя рекламная фирма неожиданно закрылась, но мне повезло. За два месяца до прискорбного события я получила приглашение поработать в самом модном журнале. Какое счастье, что сразу не отказалась!И зарплату там предлагали куда привлекательнее, чем в газете, однако не до такой степени, чтобы немедленно все бросить. Им я, однако, ничего такого не сказала,...