Мама 2+2

Вот это да! Или закон природы такой существует, согласно которому на тебя или сыпется сразу все, или провалы по всем статьям? От подобного предложения я не смогла отказаться, оговорив, понятное дело, в контракте, что буду по-прежнему вести передачи на телевидении. Вика не возражала. Наоборот, сказала, что моя передача будет работать на положительный имидж нашего журнала. И я пошла обживать ее бывший кабинет. Буквально на следующий день на мою и без того поющую душу упала еще капелька бальзама. Мне позвонила Ирка, с которой мы давным-давно уже не разговаривали...

Когда я принесла чашку бульона с булкой, Марк уже крепко спал. Бульон отправился обратно на кухню, а я тихо легла рядом с Марком и тоже сразу заснула. Успокоилась. Так вот и началась наша совместная жизнь. И в таком духе, собственно говоря, продолжалась. Когда у Марка выдавались дни посвободнее, мы с ним ходили на разные светские мероприятия. То я брала его с собой, то он меня. А иногда мне приходилось просиживать вечера одной. Это случалось, когда он уезжал в командировки или у него были деловые встречи, на которые мы не могли отправиться вместе...

Разбудило меня яркое солнце. Я глянула на часы. Девять! Ну мы и проспали! Точнее, Марк еще крепко спал, причмокивая во сне губами. Я усмехнулась. Вот так суровый начальник! Кстати, ему же, наверное, на работу надо. Он ничего мне вчера не сказал. Будить или нет? Но он так сладко спал, что рука не поворачивалась его тормошить. Я пошла в ванную, а когда вернулась в спальню, то обнаружила, что Марк сидит на постели и трет глаза. – С добрым утром! – улыбнулась я. – Никак не пойму, сколько времени, – зевая, пробормотал он...

Время, пока отсутствовал Марк, я провела как в тумане. Все валилось из рук. Сосредоточиться на чем-либо не было никакой возможности. Я гадала, что означает последняя брошенная им фраза, и ничего не могла понять. О чем он собирался со мной говорить? И почему не поговорил вчера? Мы же целых два часа сидели вдвоем в ресторане и болтали о какой-то ерунде. Если у него был ко мне серьезный разговор, что ему помешало? Или Марк тогда еще не был готов? Может, я неправильно себя повела? Так сидела я и гадала, надеялась и мучилась сомнениями...

Но что поделаешь. Я до последнего мгновения тешила себя надеждой, что он предложит туда не ходить, а провести вечер вдвоем. Увы! Шофер моментально домчал нас до галереи. Марк о чем-то с ним тихо договорился, и мы зашли внутрь. Да-а!.. Он привел меня на действительно модное действо, и первые, кого я увидела, были Леся Радомыжская под руку с моей начальницей. Обе уткнулись в бокалы с шампанским. Обе синхронно мне кивнули. На их лицах застыло недоумение. Правда, это был мгновенный стоп-кадр, ибо Марк, подхватив меня под руку, решительно устремился в глубь галереи...

Я услышала в трубке его голос, и мой собственный голос пропал. Я даже не сразу смогла ответить. – Юля, вы меня слышите? – вынужден был переспросить он. – Да, да, здравствуйте, Марк, извините, – прохрипела я наконец. – Вы заболели? – Я уловила тревогу. – Нет, нет, – к счастью, голос начал ко мне возвращаться. – Просто в горло что-то попало. – Ну, если вы здоровы, у меня к вам есть интересное предложение. – По работе? – решила пошутить я. – Ну разве только в некотором роде. – Это связано с нашим проектом? – Скорее с вами...

Подготовившись к походу в «Золотое сафари», я каждый день заклинала: пусть он придет, пусть он придет. Однако, как говорится, на бога надейся, а сам не плошай, и оставшееся время я каждый день честно посещала все доступные мне мероприятия, на которых теоретически мог появиться Марк. В последний момент удалось почти невозможное – добыть пригласительный билет на открытие Московского кинофестиваля. Я увидела его там, в зале, но только издали. А потом он куда-то исчез. Я даже отправилась на вечеринку в честь открытия...

В тот вечер мы так друг друга ни в чем не убедили, и каждая осталась при своем мнении. Вернее, после разговора с Милкой вопреки ее намерениям я поняла: чтобы привлечь внимание Марка, мне нужно проявить активность. Я не могла его упустить, чем бы это ни кончилось. Он мне был нужен. И что бы ни говорила Милка, он тоже испытывал ко мне интерес. Ну не могла я в этом ошибиться! Теперь главная задача состояла в том, чтобы снова с ним встретиться. Так же, как в оба прошлых раза – случайно. И на сей раз я своего шанса не упущу! Надежду на встречу с Марком на телевидении пришлось сразу похоронить...

– Милка, ты можешь мне объяснить, что все это значит? – восклицала я, сидя на ее кухне. Подруга моя сосредоточенно рубила что-то зеленое на разделочной доске устрашающих размеров тесаком. – Милка, ты чего молчишь? – опять воскликнула я. Нож остановился. – Я другого не понимаю, – медленно начала она. – Зачем тебе-то все это нужно? – Потому что он мне очень нравится! – не собиралась скрывать я. – Юлька, приди в себя. – Она смотрела на меня с откровенной жалостью. – Я о нем порасспрашивала, навела справки...

Когда в антракте мы спустились в фойе, Марка, извинившись передо мной, отозвал в сторону какой-то знакомый. Марк быстро мне прошептал: – К сожалению, вынужден отойти, он мне нужен. Только, умоляю, Юля, не превращайтесь больше в Золушку. Предупреждаю: если вы сегодня сбежите, никогда вам этого не прощу. – Да я и не собираюсь. – Тогда у меня только одна просьба: постойте пять минут на месте. – Но не больше, – как можно строже постаралась произнести я; он не должен был догадаться, что я готова ждать его тут и пятнадцать минут, и двадцать, и намного больше...

Возле Большого зала собралась толпа. Мне хорошо знакома публика, которая обычно ходит на концерты в консерваторию. Сегодняшняя толпа разительно от нее отличалась. Глядя на разодетых дам и господ, можно было скорее предположить, что тут сейчас не Бетховена с Моцартом исполнять будут, а дорогой бутик открывать или, на худой конец, выставку драгоценностей от ведущих ювелирных домов. Но что поделаешь: музыку слушать тоже становится модным. А раз так, надо ходить, даже если тебе и неинтересно. А фестиваль «Черешневый лес» – мероприятие, которое «светским людям» стыдно не посетить...

Снимки у Гриши получились на славу, мастер как-никак. Я выбрала самый лучший, и он для меня его увеличил. Формат сорок на пятьдесят. Там поместился весь наш стол-перекладинка. К тому же Гришка подловил удивительный момент. Леся с женихом друг на друга смотрят, и мы с Марком – тоже. Самое интересное, что рука Марка лежит на спинке моего стула, а сам он ко мне склонился, будто бы что-то нежное говорит. Когда это было, совершенно не помню. А главное, и я на него так смотрю, будто между нами уже «все произошло»...