Мама 2+2

Я смотрела на него, он с довольным видом ухмылялся. — Знаешь, Настя, я давно мечтал это сделать. — Ты о чем? — Дмитрию в р" з а т ь, да вот достойного повода до сегодняшнего дня не представлялось. — Ничего себе? Он снова взял меня за руку. — Не нравлюсь? Знал бы он, насколько нравится! — Кстати, ты этого типа давно знаешь? Соврать? А завтра Дмитрий возьмет и расскажет Ливанцеву о наших разговорах. Отомстит. Мол, вместо того, чтобы меня бить, знай, с кем имеешь дело. Она под тебя копает. Будь что будет, скажу правду! — Недавно познакомились...

— Нормально. Ты-то как? — Тоже по-прежнему журналистикой занимаюсь. — Извини, Танеева, не в курсе, но теперь буду. Или ты теперь уже… не Танеева. — Пока все еще она самая. — Дети? Муж? — Ответ отрицательный. — Не верю. — Так уж сложилось. — А у меня двое детей. Мальчик и девочка. Все по правилам. — Ну хоть у тебя в этом плане удачно. — Да вроде не жалуюсь. Хорошо, что позвонила. Надо увидеться, пока я снова в Китай не отбыл. Но, подозреваю, ты не просто так спустя столько лет на моем горизонте возникла...

Общение с ловеласом-Димой ни на йоту не продвинуло моего журналистского расследования. Выяснила я наверняка лишь одно: в студенческие годы у Виталия была любимая девушка. Затем, в период, к которому относится обнаруженное мной свидетельство о браке, любимая девушка исчезла, и далее он шагал по жизни в совершенно определенном, я даже сказала бы, ярко выраженном холостом состоянии. Ни намека на официальный брак! Дима, если бы знал, непременно раскололся! Он Ливанцева терпеть не может. Ясно как божий день...

— И даже в восемьдесят. — Этот тип начал мне порядком надоедать. — О-о, — протянул он. — Чувствую, затронул больную тему. И почему вы, женщины, так не любите нашу мужскую свободу? — Да ваша свобода меня, если честно, совсем не волнует. Он, кажется, обиделся: — Понятно. Ведь я не Ливанцев. Лицо, так сказать, не медийное. Со мной интервью делать не будете. — Отчего же, — ответила я. — У нас разные темы бывают. Возможно, и вы подойдете. — А вы, извините, Настенька, сами в каком статусе? В замужнем? Врать не имело смысла...

Слезы брызнули у меня из глаз. Этот Ливанцев опять заставил меня плакать! Да по какому праву? Издевается! Неприкрыто издевается! Поманит, а как только я поведусь, по носу щелкает! Зачем виниться, если не собираешься мириться, а продолжаешь стоять на своем? И я сама тоже хороша! Иду у него на поводу! Таю от его первого же вежливого слова! На что я рассчитываю? Все! Хватит! Запрещаю себе о нем думать! Выбрасываю из головы и занимаюсь другими делами! А дел у меня и без него вагон и маленькая тележка...

Я нашла в интервью одно из самых ранних, где Ливанцев прямо заявляет, что холост. Мол не встретил еще такой девушки, которая готова терпеть его рядом с собой. Я тогда восприняла это как большое пижонство. Видимо, стоит выйти на клуб выпускников. Наверняка сокурсникам Ливанцева про его женитьбу известно, Не может быть иначе. Не в вакууме ведь они с женой жили! У меня есть знакомые с факультета журналистики, но не его года выпуска. Вполне вероятно, сумею через них выйти на друзей Виталия. Завтра же этим займусь! Янку тоже озадачить? Нет, ее вмешивать не стану...

А пока я с большей или меньшей уверенностью могла только предположить лишь одно: ссорится со мной во время интервью совершенно не входило в планы Ливанцева, и сорвался он к полной неожиданности для самого себя. Удивительно: так спокойно держался, перенеся ограбление, унижение, а от пустякового вопроса сорвался. Выходит, я нащупала крайне болезненную тему. Но почему? Почему он до такой степени старается скрыть свою женитьбу? Подумаешь, что не разведен, но давно не живет с женой! Эка невидаль в наше время и в его-то окружении! А он повел себя так, будто я великую тайну раскрыла...

Мы с Янкой еще долго перемывали Ливанцеву косточки, но так ничего и не придумали. Каждая осталась при своем мнении. Янка считала, что Виталия следует проучить, а я все сильнее склонялась к тому, что надо сперва раскрыть его тайну. Подруга еще раз пять меня обвинила: мол, я в него влюбилась. Мне даже возражать ей надоело. И почему она на него так взъелась? Будто он не меня, а ее оскорбил, и к тому же в два раза сильнее, чем это случилось со мной. В результате полюбопытствовала, не пересекались ли часом когда-нибудь их дорожки? Она возмутилась...

- А ты надеялась, что он принц на белом коне с букетом в руках? — Ни на что я не надеялась. Янка хитренько на меня посмотрела: —Понимаешь, он мне понравился! Янка хихикнула: — Влюбилась? — округлились Янкины синие глаза. — Да не влюбилась, но… Он вот сидел, как сейчас ты, уплетал мои грибы с картошкой. Как обычный мужчина. — Ага, — скептически покачала головой подруга. — И ты вообразила, что он у тебя после этих грибов прямо на кухне и останется. — Янка, ну как ты не понимаешь! Он со мной так нормально...

Мне было горько и обидно. Так спугнуть собственную удачу! Но Ливанцев-то хорош! Подумаешь, вопрос не понравился! Не нравится, не отвечай. Скажи свое любимое «без комментариев», и едем дальше. Чем мой несчастный диктофон виноват! Какое он имел право так себя вести да еще в моем собственном доме! А интервью, даже и без его женитьбы, получилось бы вполне приличное. Пусть и не очень сенсационное, зато живое и для него необычное. Виталий ни с кем еще не был столь откровенен. Продолжили бы, глядишь, еще что-нибудь из него вытянула...

Я тем временем продолжала. — Но не один вы выкладываетесь, а не все превратились в звезд, подобных вам. — Стечение обстоятельств и факторов. — Каких, например. — Естественно, в первую очередь способности. Скажу без ложной скромности, что хорошо делаю свое дело. Кроме того, я трудоголик и не стыжусь этого. Обучаемость. Тоже важно. Без нее невозможно вперед двигаться. И фактор внешности со счетов не сбросишь. Я хорошо на экране выгляжу. — Вы себе нравитесь? — Замерла в ожидании. Он ухмыльнулся. — Не всегда, — потыкал он пальцем в фингал под глазом...

Про одежду выдал мне целый трактат. Даже слушать устала. От самого интересного вопроса, почему раньше писали, какая фирма его одевает, а теперь не пишут, небрежно ушел. Мол, это какие-то там тонкости взаимоотношений канала со спонсорами, в которые он не вникает, а его никто не посвящает. Я, однако, не отставала: — Выходит, вы теперь в собственных костюмах работаете? — Иногда и так, но чаще мне наши стилисты что-нибудь подбирают. Сам я, поверьте, этим не занимаюсь. Времени нет. — А любимый бренд? Ну, в который бы вам хотелось одеться с ног до головы...