Алиса подняла стакан с морсом.
— Не все возвращаются, — сказала она.
Никита Сергеевич слегка приподнял брови, но вопроса не задал. Сделал глоток вина, не отрывая взгляда от Алисы.
«Ах, как хочется выпить вина». Кажется, Алиса никогда не чувствовала такого желания ощутить расслабленность после алкоголя. Вот уже почти два года живёт в постоянном напряжении. Сначала беременность, потом капризный Даня.
А профессор всё продолжал смотреть на неё бархатными глазами. Алиса затараторила, чтобы отвлечься.
— В той конторе, откуда меня отправили к декабристам, бывший директор не смог вернуться. Душа его осталась в прошлом.
Никита Сергеевич поставил бокал на стол.
— Погодите, пожалуйста. Давайте с самого начала. Как вы попали в эту контору? Вам кто-то её порекомендовал или в интернете нашли?
— Моя маникюрша, — Алиса смущённо улыбнулась, понимая как глупо это звучит. — Она попутешествовала и вернулась. Ну вот и я подумала, что и мне это сойдёт с рук. Вроде как в отпуск съездить за границу. Купил путёвку...
Никита Сергеевич рассмеялся.
— Пожалуйста, не считайте меня за дурочку.
— Простите за смех, — профессор вдруг взял её за руку. — Я, напротив, считаю вас умной и решительной девушкой. Но фраза «маникюрша порекомендовала» звучит потрясающе.
Не удержавшись, он снова расхохотался. Вокруг бархатных глаз появились добрые морщинки, а лицо стало молодым и задорным. Алиса, несмотря на смущение, что он держал её руку, тоже рассмеялась. Ей вдруг показалось, что они давным-давно знакомы и таких встреч было очень много. Ей вовсе не хотелось, чтобы он руку отпустил. Пальчикам было так уютно и тепло, а душа как цветок раскрывалась навстречу его душе. И в этом не было ничего такого, чего бы им, несвободным людям, стоило стыдиться.
Они всё ещё смеялись, как вдруг прямо перед ними возникла девушка. Её чёлка и обрамляющие лицо прядки были выкрашены в розовый цвет, а глаза сильно подведены. В носу красовался пирсинг. Девушка уперла руки в стол и посмотрела сначала на Алису, а потом на профессора.
— Так-так, Никита Сергеевич. Оказывается вы всё-таки встречаетесь с девушками. А говорили, что у вас семья.
Никита Сергеевич смутился, но потом из его глаз исчезла мягкость. Похоже, он по-настоящему разозлился, хотя его голос звучал спокойно.
— Василиса, вы кажется забыли о субординации и правилах приличия. Я не давал вам никакого повода, чтобы так разговаривать. Вам лучше не тратить время зря, а постараться получить доступ к сессии. Сами знаете, какие у вас проблемы. Не думаю, что Вам понравится, если Вас отчислят из университета.
Девушка убрала руки со стола и ссутулилась. Подняла затравленный взгляд.
— Простите, Никита Сергеевич, я виновата. Мне всего лишь хотелось тоже как-нибудь так с вами посидеть.
Никита Сергеевич взглянул на студентку строго.
— Если у вас когда-нибудь появится достойная информация, мы обязательно встретимся и посидим. А до тех пор вам надо заниматься и заниматься.
Девушка круто развернулась и выбежала из ресторана. Алисе показалось, что в её глазах появились слёзы.
Повисла пауза. Никита Сергеевич сделал глоток из бокала.
— Круто вы её на место поставили.
— Я говорил, что моя популярность после сериала о Магомаеве только возросла. Некоторые романтичные девушки начали приглашать на свидания. А Василиса уже давно преследует меня, надеясь соблазнить своей молодостью. Глупышка вбила себе в голову, что влюблена. Теперь не знаю, что делать. Специалист из неё никакой, взяли в университет по блату. Ей и учиться лень, и бросить родители не позволяют. Может, лучше для всех будет, если она сессию не сдаст.
— Ну ещё кто-нибудь появится, — неожиданно для себя сказала Алиса. Ей вдруг стало жалко того потерянного состояния счастливой минуты, когда Никита держал её за руку и они вместе смеялись.
— Да не дай Бог, — замахал руками Никита Сергеевич. — Парней всем не хватает, а девчонкам нужен объект для обожания. Только и всего. Одни проблемы из-за этого. Они теперь всё фотографируют и в сеть выкладывают, а потом преподавателей на ковёр к ректору вызывают.
— Печально. Но эта девушка, кажется, нас не фотографировала, — сказала Алиса, понимая, какой чудесный кадр мог бы получиться для шантажа. — Наверно, нужно было на кафедре остаться, а то будут у вас проблемы.
— Давайте забудем. На чём мы остановились?
— На маникюрше, — Алисе хотелось, чтобы Муслим снова улыбнулся. Он и улыбнулся, но уже не так. Эта встреча со студенткой явилась для них предупреждением, чтобы не заходили слишком далеко. Может и к лучшему. Алиса сделала большой глоток морса и только отрыла рот, как перед ними появилась официантка.
— Ваша форель с картофелем, — девушка поставила аппетитно пахнущее блюдо перед Алисой. — Ваша форель с картофелем, Никита Сергеевич. Ещё бокал вина?
— А давайте. Для настроения, — улыбнулся Никита Сергеевич и повернулся к Алисе. — Вам ещё морс или всё-таки решитесь на бокал вина?
— Морс, — Алиса вздохнула. Она уже чувствовала, как набухла от молока грудь, напоминая о Дане. Ладно, придёт и её время. Уже прекрасно и то, что она красивая и сидит в кафе с мужчиной, который ей восхищается.
Глядя на блюдо и поднимающийся от него пар, Алиса заметила.
— Боюсь, не смогу рассказывать и есть. Я такая голодная.
— Вот и кушайте пока горячее. Будет ещё время для разговоров. Я подозреваю, ваша история такая длинная, что придётся ещё встретиться. Надеюсь, вы найдёте время.
Алиса уткнулась в тарелку, чувствуя, как пылают щёки. Встретиться с Муслимом ещё?! О, как это приятно. И неприлично. Она замужем и Муслим женат. А его жене, наверно, уже лет сорок пять, а то и пятьдесят. Господи, о чём она думает?! Она ведь не собирается закрутить с ним роман. Ещё не хватало уподобиться глупым студенткам. Это всего лишь лёгкий флирт, который был в моде в девятнадцатом веке. Обмен энергиями.
Алиса положила кусочек рыбки в рот и зажмурилась от удовольствия. Это было не просто вкусно, это было божественно. Надо ещё попробовать гарнир. Посыпанная укропом с обжаренными краями, картошка выглядела очень аппетитно. Увлёкшись едой, Алиса забыла о собеседнике. Когда в последний раз она так вкусно ела?! Из-за Дани дома и разготавливаться было некогда. Всё с ним на руках. Надо как-нибудь побаловать Стаса. Устроить романтический ужин при свечах, когда монстрик заснёт. Включить музыку вроде той, что звучала сейчас. Налить в бокалы охлаждённое белое вино.
Нет, сегодня Алиса не сможет отказаться от картошки. Говорят, это афродизиак. Ей-то он сейчас необходим. Она перестала чувствовать вкус к жизни. Хорошо, что этот Муслим её немножко встряхнул. Алиса не заметила, как опустошила тарелку. Если бы это было прилично, она бы ещё и соус подчистила хлебом.
Алиса взглянула на Муслима. Кушал он очень красиво. Вилку держал в левой руке, иногда помогая себе ножом. И на тарелке у него ещё осталась половина порции. А она набросилась на еду с вилкой в правой руке как дома. И куда только делись великосветские привычки Мари?
— Спасибо, это было так вкусно, — сказала Алиса. — Рыба просто тает во рту. И картофель великолепен.
— Может, стоит повторить? — глаза профессора смеялись. — Нет ничего приятнее, чем ужинать с девушкой с хорошим аппетитом.
— Да что вы?! Я поправилась. Дала себе слово: сесть на диету. И вот опять нарушила. Никакой силы воли, — Алиса рассмеялась от удовольствия. Так прекрасно она себя давно не чувствовала.
— Какая диета?! У вас, смею заметить, прекрасная фигура. Особенно, если учесть, что вы недавно произвели на свет малыша.
— Так я поправилась на десять килограмм. И не влезаю в свою одежду. И мне это не нравится.
— Тогда худейте, но с завтрашнего дня. Давайте закажем десерт. Они великолепно готовят сырный торт.
— Нет уж, увольте, — Алиса замахала руками, польщённая комплиментом. — Я лучше буду рассказывать, а вы кушайте.
— А у меня что-то аппетита нет, — Никита Сергеевич отодвинул тарелку и сложил приборы. — Наверно, мне не терпится услышать продолжение истории.
Он допил белое вино и с сожалением отставил бокал.
— На чём я остановилась? — Алиса смотрела ему в глаза и чувствовала, что кокетничает и ничего не могла с этим поделать.
— На маникюрше, — улыбнулся Никита Сергеевич и взглянул на коротко остриженные ногти Алисы. — Девушки сейчас злоупотребляют маникюром. Иногда приятно увидеть розовые ноготки как у вас.
— Какой уж там маникюр?! — вздохнула Алиса. — Некогда совершенно. Муж иногда отпускает меня проветриться, но я тогда гуляю. Смотрю по сторонам и думаю, как прекрасно быть свободной.
— Я тоже люблю гулять. Знаете, недавно побывал в Новодевичьем монастыре. Он ещё на реставрации, но всё равно там прекрасно. Там есть могила князя Трубецкого, кстати.
Алиса нахмурилась.
— А, этого предателя. Я бы его на обычном кладбище похоронила в Подмосковье. Не заслужил он Новодевичьего монастыря.
Никита склонил голову набок, наблюдая за Алисой, а она с жаром продолжила:
— Если бы вы только видели, сколько людей из-за него погибло и замёрзло. Войска стояли возле памятника Петра и ждали, пока начнут командование. И зимний почти взяли, а этот Трубецкой прятался в особняке жены. Он, видите ли, раскаялся и передумал. Ну так передал бы кому-нибудь управление.
— Но ведь декабристы собирались уничтожить царскую семью, — примирительно сказал Никита.
— Эти люди не могли так поступить. Вы бы это поняли, если бы узнали их.
— Не буду спорить. Давайте по порядку. Как вы там оказались?
Алиса начала с того момента, как поскользнулась на дороге. Никита Сергеевич оказался благодарным слушателем. Он смотрел на неё так, словно она на сцене, а он был зрителем. Глаза его следили за каждым её жестом. Он кивал, когда соглашался, издавал короткий смешок, если Алиса шутила, постукивал длинными пальцами по столу, если выглядел несогласным. А уж когда Алиса перешла к дню восстания, а к ним направилась официантка, он прогнал её одним движением так что она и приблизиться к столу не успела.
Алиса, радуясь такому вниманию, старалась изо всех сил. Кажется, никогда и никому она так увлечённо не рассказывала. Иногда, забываясь, она говорила слишком громко и на неё оглядывались посетители и тогда, смущённо улыбаясь, она продолжала, чуть понизив голос.
Почувствовав, что от сухости горла, душит кашель Алиса с жадностью выпила глоток морса.
— Знаете, никогда так долго не рассказывала. Я с вами как будто заново пережила это приключение. Поняла, какая это была яркая и насыщенная жизнь. Какие прекрасные люди меня окружали. К счастью, мой муж, он тоже был там, сейчас со мной. Мы иногда вместе отдаёмся воспоминаниям. Он даже называет меня Мари-Алиса, когда хочет поднять мне настроение.
— Звучит прекрасно. Передохните и расскажите, как вам удалось спастись. Скажем так, выпрыгнуть из той жизни обратно.
Алиса нахмурилась.
— А я и не спаслась. Я... — Алиса сделала паузу. — Я умерла.
— Как? Вы же здесь и рассказываете мне об этом?
— Тело прекрасной Мари осталось в Неве, а моя душа вернулась. Вы же верите в существование души? Вы, вообще, мне верите? — Алиса вдруг испугалась. Она, можно сказать всю себя вывернула наизнанку перед этим человеком, сражённая его обаянием. А если он в душе смеётся над ней?
— Да что вы, Алиса?! — Никита Сергеевич наклонился вперёд. — Как бы всё это удивительно не звучало, я верю каждому слову и восхищаюсь вами. Я сейчас как будто прекрасный фильм посмотрел. Вы талантливый рассказчик. Так и видишь то, что вы описываете. Словно картинки показываете. И мне так нравится этот ваш новый взгляд на ту ситуацию, на людей того времени. Мне так импонирует ваше восхищение декабристами и их жёнами. Так простите же, что прервал. Как вернулась ваша душа?
— Я оказалась в своей квартире под потолком, а моё тело....
В сумке у Алисы раздался звонок телефона. Она поморщилась. Это, наверно, Стас, а она забыла и о времени, и о Дане.
Вытащила телефон дрожащими от волнения пальцами.
— Ты где? — спросил Стас.
— Я... — Алиса поняла, что сказать, что она на кафедре физики вряд получится из-за музыки, которую как назло включили громче.
— Я ещё занята. Что-то случилось?
— Почти ничего, кроме этого, — Стас прислонил телефон и в ухе у Алисы раздался оглушительный крик Дани.
— А где няня?
— Няня сбежала, как только я появился и сказала, что за сидение с таким невоспитанным ребёнком, нужно платить двойную цену и она обсудит это с руководством. Да флаг ей в руки. Похоже, Данька ничего не ел с тех пор, как ты уехала. Давай садись на такси и приезжай.
Алиса положила телефон на стол.
— Боюсь, мне надо идти. Мой сын раскапризничался, и муж не может с ним справиться.
— Сейчас попрошу счёт, — профессор махнул официанту.
— Уж извините, что прервала на самом интересном месте. Так бывает, когда не принадлежишь сама себе.
— Я теперь не усну, — обиженно сказал Никита Сергеевич. — Вы действуете как в сериале. Серия заканчивается на самом интересном. Позвольте, я провожу Вас до такси.
Никита оставил наличные на чай, и они вместе вышли. Он взял из рук гардеробщика шубку Алисы.
— Своих женщин я одеваю сам, — улыбнулся он.
И опять Алиса почувствовала притяжение к нему. Шубу он одел на неё так, словно обнял. После этого позволил гардеробщику подать ему серое пальто, успев ловко сунуть ему в карман купюру.
На улице уже было темно и кружились снежинки. Алисе ужасно не хотелось уходить. Не хотелось домой. Она была недовольна, что такой чудесный вечер оказался прерванным. Мягким розовым светом отливали фонари у дороги. Профессор достал телефон и позвонил. Улыбнулся Алисе.
— Я так и не освоился с приложениями. Предпочитаю звонить сам и скучаю по тому времени, когда стоило поднять руку и возле тебя уже останавливалась машина. А, может, и не одна.
— Да, удобно было, — сказала Алиса.
— Спасибо за прекрасный вечер.
— Я ещё не всё рассказала, — озорно заметила Алиса. — Вас ждёт ещё одна серия про то, как я существовала без тела и про то, как оказалась в 1878 году.
— Значит ли это, что мы ещё встретимся и вы подарите пожилому человеку немного вашего драгоценного времени?
— Как только разберусь с няней, — Алиса подумала о том, что с удовольствием рассказала бы о происхождении Дани и послушала, как бы профессор это объяснил с точки зрения физики.
— Вы сказали, что хотели учиться?! Будет цикл лекций о чёрных дырах. Я попробую научно обосновать ваши путешествия и, может быть, попросил бы вас выступить. Что думаете?
— Согласна, если меня не упекут в больничку после этого, — рассмеялась Алиса. — А вот цикл лекций я бы с удовольствием послушала. Хотя не уверена, что разберусь. Мне не хватает азов.
— Так приходите ко мне на лекции. Вольным слушателем. Начните с первого курса. Я сделаю вам пропуск.
— Да что вы?! — У Алисы даже дыхание перехватило. — Мне очень нужно учиться. Узнавать что-то новое.
— Мы это исправим. Все бы мои студенты так хотели учиться как вы.
— Спасибо. Я буду самой старательной из ваших студентов.
— А вот и такси. Не пропадайте. Я в вас заинтересован.
Алиса опять смутилась. Он во мне заинтересован? Как профессор кафедры физики может быть заинтересован в такой как она?
— Не подумайте дурного о пожилом человеке, — Никита Сергеевич обаятельно улыбнулся, снова напомнив Муслима Магомаева. Достал портмоне и вытащил визитку. — Здесь мой номер телефона на кафедре. Позвоните, когда устроите свои дела. Я не рискую просить ваш телефон, чтобы не навредить вашей семье.
— Я сама позвоню, — Алиса сняла перчатку и протянула ему руку. Она была благодарна за понимание. Как отреагировал бы Стас, если бы ей позвонил профессор? — Никита Сергеевич сжал её руку, а потом поднёс к губам и, поцеловав, открыл дверь такси. Алиса забралась внутрь и, не удержавшись, выглянула в окно. Муслим приветственно поднял руку и зашагал прочь быстрым уверенным шагом. Издалека он ещё больше напоминал молодого мужчину.
Навигация по книге
Глава 1 Глава 2.1 Глава 2.2 Глава 3.1 Глава 3.2 Глава 3.3 Глава 4 Глава 5.1 Глава 5.2 Глава 6.1 Глава 6.2 Глава 7 Глава 8 Глава 9
Дорогие читатели!
Ваше мнение очень важно для меня. Напишите что думаете о главе.