В кабинете совета директоров, куда Лукас был вызван для унизительной проверки документации, тон задавали Изабелла и её окружение. Они говорили о бизнесе и жизни с той развязной, тяжелой уверенностью, которая раньше была привилегией исключительно мужских клубов.
Изабелла вальяжно откинулась в кресле, потягивая виски прямо из тяжелого стакана. Она поправила галстук, который выглядел на ней вызывающе элегантно.
— Этот новый проект по слиянию фарм-активов - просто песня, - сказала она, обращаясь к коллеге, пока Лукас, униженно сгорбившись, перебирал папки в углу. - Я вложила в эти фонды столько, что если мы вытянем, я куплю себе тот новый «Феррари» в цвете «металлик». Мне надоело водить обычные внедорожники, хочется чего-то, что орет мощью двигателя так же громко, как мои амбиции.
— О, «Феррари» - это святое, - отозвалась вторая женщина, постукивая дорогими часами по столу. - Главное - не забудь про страховку. Кстати, как твой новый любовник? Тот, что из отдела логистики? Говорят, он очень даже ничего.
Изабелла расхохоталась, и этот звук был сухим, как выстрел.
— Обычный мальчик. Милый, покладистый, знает свое место. У него либидо такое, что он готов ждать меня у офиса часами, пока я закрываю сделки. Я использую его, когда мне нужно расслабиться, а потом отправляю домой, чтобы не путался под ногами. У них всех одна проблема: они начинают требовать «эмоциональной близости», стоит только разок поужинать вместе. Ну кому это нужно? Мне нужен отдых, а не исповедь.
Женщины переглянулись, и их разговор стал еще более откровенным, граничащим с физиологическим цинизмом.
— Мой муж на днях устроил истерику, - проворковала вторая женщина. - Представляешь, ему не понравилось, что я задержалась в клубе до четырех утра. Он там, видите ли, ужин приготовил, детей уложил, а я «не ценю его вклада в семейный уют». Я ему прямо сказала: «Милый, не будь таким драматичным. Твоя задача - чтобы дома было чисто, а дети накормлены. Карьера - это моя территория. Если хочешь внимания, надень тот галстук, который я купила, и сиди тихо».
Они обе рассмеялись. Лукас чувствовал, как у него внутри все переворачивается. Он слышал эти же фразы в «своем» мире - только тогда их произносили его друзья-менеджеры, обсуждая своих жен. Тот же тон, та же снисходительность, та же уверенность в том, что партнер - это просто функция, обслуживающий персонал с определенным набором опций.
— Слушай, - Изабелла вдруг перевела взгляд на Лукаса, который старался стать невидимкой. - Ты там скоро? Нам нужно, чтобы ты сегодня вечером был в клубе «Эль-Диабло». У нас там встреча с инвесторами. Надень что-нибудь облегающее, мы должны выглядеть презентабельно. Твоя задача - просто улыбаться и вовремя подливать выпивку. Никаких «умных» разговоров, ты же знаешь, как это раздражает мужчин-инвесторов, когда ассистенты лезут в дела.
— Да, Изабелла, - прошептал Лукас, чувствуя, как внутри него умирает остаток его «я».
— И не забудь про укладку, - добавила вторая, глядя на него как на неодушевленный предмет. - В прошлый раз ты выглядел как помятый листок бумаги. Мы не для того платим тебе зарплату, чтобы ты позорил нас перед партнерами. Понял?
Лукас кивнул. В этом диалоге, полном пренебрежения и власти, он услышал эхо собственной жизни. Вся его «мужская» карьера, все его ловеласские победы - всё это было ничем иным, как вот таким же использованием людей в качестве инструментов для успеха, прикрытым дорогими костюмами и уверенным голосом. И теперь, глядя на то, как Изабелла с небрежной грацией расправляется с мужскими судьбами, он наконец-то понял цену своего прежнего высокомерия.