Кристина Асмус привозила на предпремьерный показ «Холопа 3» в Казань еще в конце мая, раньше всех в России. Но кинокомпания «Централ Партнершип» запретила тогда выкладывать в сеть подробности со съемок картины, отчего я делаю это только сейчас. А рассказать действительно есть о чем. Как безрассудство российской актрисы до смерти перепугало турецкую охрану, почему Асмус просили больше не худеть, зачем нужно было снимать в открытом море вместо компьютерной графики и как простейшая сцена пролила много крови.
ХОЛОП ВЫХОДИТ НА МЕЖДУНАРОДНЫЙ УРОВЕНЬ
В третьем фильме команда во главе с Гришей (Милош Бикович) возьмется за перевоспитание избалованной семьи. Родителей сыграют Павел Прилучный и Кристина Асмус, присоединившиеся к уже полюбившемуся зрителям актерскому ансамблю. По сюжету, «перевоспитание» организуют дети избалованных мажоров, отправив родителей во времена Петра Первого. А как и чем они оплатили такую дорогостоящую психологическую процедуру – узнаете в кино. Если пойдете, конечно.
- Третья часть получилась самой масштабной, ещё смешнее, ещё амбициозное, ещё дороже. Съемки проходили в двух странах: в России и в Турции, - говорит Кристина Асмус. – А это значит, что перевоспитания выходит уже на международный уровень, перевоспитывают уже не кого-то одного, а целую семью. Расширяется кастинг, сценарий, все стало гораздо больше. Даже уже на этапе монтажа, когда я ещё не видела всех ништяков, которые потом увидят зрители, фильм получился. И он прекрасный.
МЕНЯ ПРОСИЛИ БОЛЬШЕ НЕ ХУДЕТЬ
Основные съемки проходили в Анамуре – турецком портовом городе недалеко от Алании. Все сцены турецкого блока снимались на натуре — в реальной крепости, на действующем корабле и в открытом море, без использования павильонов. Такой подход был выбран для сохранения ощущения правды происходящего: зритель должен поверить в созданную реальность так же, как в нее верят сами герои;
Для съемок морских сцен использовалась действующая копия трехмачтового фрегата, построенного по петровским технологиям с максимальным приближением к историческим реалиям;
Съемки на корабле проходили в открытом море.
- Меня все турки называли не по имени, а по фамилии, - говорит актриса. - Может быть им проще для произношения так было? А может быть, они думали, что это моё имя?
Как и положено в Турции, кормили до отвала.
- Как-то продюсеры спросили, все ли у меня хорошо. Я говорю, вы не представляете. Блюда просто некуда ставить, сотни напитков, и все мне. А они в ответ: Кристин, это только завтрак. Очень гостеприимная Турция, невероятные турки, очень красиво, тепло, прекрасно вспоминаю просто с удовольствием.
В фильме Кристина предстает в шикарных платьях, постоянно меняя их.
- Я худела для съемок и хотелось мне прийти для таких роскошных костюмов в хорошую форму. И я настолько увлеклась этим процессом, что мне всё ушивали и ушивали. И в какой-то момент костюмеры в Турции мне говорят: - Кристин, пожалуйста, можешь больше не худеть мы не можем больше ушивать платья еще больше.
ПРЫЖОК С ЗАВЯЗАННЫМИ РУКАМИ
Одной из главных находок турецкого блока стал фрегат «Штандарт», на котором герои приплывают в Османскую империю. Это действующая копия трехмачтового парусника, построенного по петровским технологиям с максимальным приближением к историческим реалиям.
Первый съемочный день в турции совпал со штормом, и съемочной группе пришлось адаптироваться к экстремальным условиям
- У части съемочной группы была морская болезнь, - вспоминает Асмус. - Нам выдавали специальные таблеточки, но поскольку от них немного «ведет», я не употребляла их. Но у меня морской болезни нет.
Практически все трюки в турецком блоке актеры исполняли самостоятельно. Это позволило снимать сцены крупным планом и усиливать эффект присутствия, сохраняя динамику и эмоциональную достоверность.
- Мы трюк делали по-настоящему я прыгала с палубы в открытое море. Причем, прыжок - это ещё ерунда, хотя он по-настоящему был с завязанными руками за спиной.
Самое сложное было удержаться под водой в течении долгого времени. Задача режиссера Клима Шипенко была, чтобы нагнать красок, драмы, чтобы я как можно дольше продержалась под водой. Я выдувала весь воздух, который у меня был, но это невозможно. И я всё время всплывала. Я страшно расстраивалась. Я очень хотела, чтобы все получалось.
На Машеньке, моей дублёрше, на ней выставляли кадр, репетировали, с каких планов это будет лучшесниматься. И к моменту того, как я вошла в кадр, трюк - прыжок в воду, поднялся страшный шторм. И спасатели, и службы нашей технической каскадерской безопасности запретил категорически мне прыгать в воду. Мы находимся в двух часах от берега. У нас постановочный план, ограниченное количество смен, съёмки подходят к концу, мне нужно прыгать. Я оцениваю риски, говорю, я готова.
Но турки стали кому-то уже звонить, начался дикий кипиш, продюсеры были на нервах. Я не прыгнула, трюк перенесли на следующий день. Прыгала я раз 30, но это не было самым сложным. Самым сложным было идти на этот трюк. Потому что доска тоненькая, маленькая, она находится на высоте. Помимо того, что мне надо по ней идти, мне надо оборачиваться назад на всех матросов.
Юбка длинная, я в ней путалась. Когда она намокала, она тянула меня вниз. А в это время морская команда по сюжету меня выгоняет на край доски различными палками. Бьют по ногам. По-настоящему… и руки еще хза спиной завязаны.
Это было действительно сложно, и каскадёры мне после этого момента аплодировали, и сказали, что не каждый в их профессии справлялся вот с этим хождением и качкой, которая была. И да, на них точно бы не было юбок…
Но без крови все-таки не обошлось. Во время одной из сцен, где Прилучный и Асмус танцуют свой коронный танец, в порыве страсти Паша срывает одну из огромных сережек, но надо играть влюбленность и дальше.
Крови было прилично, но этот дубль не вошел в кино.
КАК ИЗ ПРУДА СДЕЛАЛИ НАСТОЯЩЕЕ МОРЕ
Перед командой фильма стояла задача снять сцены на Петровских верфях начала XVIII века. На подготовительном этапе команда художников-постановщиков проводила иконографический сбор материалов – живописи, гравюр и текстов, связанных с морской тематикой XVIII столетия.
Для съемок создатели проекта рассматривали Архангельск, Пермь, Ленинградскую область и Карелию, окончательно остановившись на площадке в кинопарке «Москино». Съемки проходили в локации «Дальневосточный город». Площадка с искусственным водоемом была устроена таким образом, что небольшие дополнения декора с легкостью превратили ее в морской порт времен Петра I.
Водную гладь пруда доработали с использованием хромакея и компьютерной графики, чтобы превратить ее в настоящее море.
Есть момент, где героиню Асмус вместе с Павлом Прилучным топят в бочке. По сюжету, в море, но на самом деле, оказалось, что в пруду.
- Было холодно, но к этому продюсеры и постановщики трюков были готовы. На нас было огромное количество термобелья, гидрокостюмы, нас опускали в бочку, она была горячая, а пар, который от нее идет, потом просто замазали компьютерной графикой. Так что, нам было не холодно.
Единственное, водичка была грязная, техническая, а нам ее приходилось глотать. Она явно не обновлялась, не проходила никакой фильтрации.
Но без крови все-таки не обошлось. Во время одной из сцен, где Прилучный и Асмус танцуют свой коронный танец, в порыве страсти Паша срывает одну из огромных сережек, но надо играть влюбленность и дальше.
Крови было прилично, но этот дубль не вошел в кино.
НАСТОЯЩЕЙ ИМПЕРАТРИЦЫ НЕ ПОЛУЧИЛОСЬ
Кристина немного жалеет, что не только этот дубль не вошел в фильм, но и целая сцена.
- Я хотела бы вернуть эту линию, которую мы так и не сняли. По сюжету, моя героиня просыпается императрицей во дворце, и это был огромный блок. Я учила «Шальную императрицу» Аллегровой я ходила на занятия танцами. Мы планировали снимать великолепный бал, но ввиду ограниченного количества смен и такого плотного сценария и линий, пришлось его сильно сократить.
Но я помню эту первую версию. И мне, конечно, жалко, что в том объеме, в котором она была изначально задумана, не состоялась. Но это пошло только на пользу кино. Я посмотрела, у меня всего было достаточно.
Читайте также
Лайкайте, подписывайтесь и поддерживайте автора
А вы пойдете на «Холоп 3»?