— Кокос, каналья пушистая, признавайся, куда дел!
Я даже не сразу понял, в чём дело. Проснулся от того, что Лена перетряхивает мою лежанку, как будто я там подпольное казино прячу. Глаза у неё красные, голос звенит. Серёжка пропала.
Нет, а я здесь при чём?
Я, белоснежный рыцарь, спасший эту квартиру от вражеского самца, обвинен в банальном воровстве? Да я оскорблен до кончика хвоста, который сейчас нервно заходил ходуном. Я не вор. Я экспроприатор. Чувствуете разницу?
Нет, она решительно не разбирается ни в людях, ни в кошках.
Она ушла на работу, бросив на меня полный подозрения взгляд.
Если бы я хотел стащить серёжку, вы бы её никогда не нашли. Я профессионал.
Но в том-то и дело — я её не брал.
Значит, в доме завёлся кто-то с привычкой таскать блестящее, но без моего врождённого чувства стиля.
Попугай Манго сидит на холодильнике и чистит жёлтое пузо с видом кардинала, который только что сдал Жанну д'Арк инквизиции. Этот тип способен на всё. Он выучил звук домофона и теперь изображает его когда вздумается, и гогочет, когда Лена подскакивает к двери.
Мы встречаемся взглядами. По глазам вижу, брал. Прыжок – теперь я на жёрдочке, манго на холодильнике. Разворошил его кормушку – ничего.
Спрыгнул на подоконник и меня осенило – сорока! Сорока сообщница!
— Признавайся, ты наводчик! — я прыгнул к холодильнику. Манго вспорхнул, мерзко хихикая, и уселся на люстру. — Думаешь, раз летаешь, то самый умный?
Я вернулся к окну, прямо на занавески, и пригрозил сороке. Она явно что-то знает, но окно закрыто, чёрт побери.
Покидаю занавески. Займёмся пока обыском квартиры.
Методично обшариваю каждый закоулок, как учили на помойках. За диваном? Нет. Под ванной? Паук. Тоже мутный тип, но серьгу он бы не уволок.
Под шкафом комки пыли, под кроватью моя старая мышь, под комодом пусто.
Стоп. Под комодом пусто, а должно быть не очень. Там обычно скапливается белёсый налёт из моей шерсти, которую я великодушно рассеиваю по дому для уюта. Кто-то тут прибрался.
Робот-пылесос.
Эта круглая безмозглая шайба. Он выезжает каждый день в три часа дня и тупо долбится во все стены, издавая звук «вж-вж, простите, я дурак». У меня с ним особые счёты. Однажды он наехал на мой хвост, и я дал ему леща, после чего он замигал красным и уехал в угол зализывать раны. С тех пор затаил на меня злобу, решил подставить. Не на того напал!
Я должен вскрыть подозреваемого. Аккуратно, на полусогнутых, я подкрался к нему и оглушил лапой. Пылесос взвыл и закружился на месте, как бешеный таракан. Мы сражались, как два берсерка. В конце-концов мне удалось уложить его вверх колёсиками. Через прозрачное окошко пылесборника было видно улики – мою белую шерсть. Но серёжек не видно. Что ж, полежи, подумай о своем поведении.
Кажется, я зашёл в тупик.
Пошёл подумать к лотку, и там, после того как я облегчил душу, меня осенило.
Вчера приходил курьер. Долго топтался в прихожей, пока Лена искала телефон, чтобы принять заказ. Смотрел так подозрительно.
О горе мне, какой я идиот! Как я мог допустить кражу прямо из-под носа!!
Мир рухнул. Меня выкинут на помойку как бесполезный комок шерсти. Не сегодня, так завтра.
Горе ударило в голову.
Я вспомнил, где лежит утешение. Лена, когда ей совсем плохо, лезет в кухонный шкафчик с баночками. Я поддел лапой дверцу, запрыгнул на полку, растолкал йод, бинты и зелёнку. Вот она, упаковка валерианки. Тугой пакет лопнул, едва я сомкнул клыки, запах ударил в нос сладким обещанием. Ароматная трава рассыпалась по столу, по полу, и я принялся жадно лизать её.
Манго с люстры орал дурниной, но я его уже не слушал. Пол стал мягким, как Ленина подушка. Я простил всех: курьера, попугая, сороку, даже пылесос. Я просто лежал посреди кухни, раскинув лапы, и ждал, когда меня отвезут на ту самую помойку, откуда меня, такого белого и пушистого, вытащила судьба в лице Лены...
Спустя время, сквозь тяжёлый мутный сон я услышал щелчок входной двери.
— Кокос? — Ленин голос меняет тональность. С удивления на ужас. — Что здесь?! КОКОС!
Она влетает на кухню. Видит меня на полу, в куче травы.
— Ты что натворил?! — она хватает меня на руки. Я обвисаю, как меховой носок.
— Кокос – дурак! — орёт Манго. — Манго хороший!
Я пытаюсь объяснить, что я раскрывал преступление, что меня подставили, что курьер — вор, но изо рта вырывается только жалобное «мря-я-я-я», пахнущее валерьянкой.
Она несёт меня в комнату, укладывает на диван. Отпаивает меня водой из шприца. Гладит по голове, причитает.
Кошачьи боги, как же стыдно.
Утром я просыпаюсь с чугунной головой. Лена ещё спит. Воспоминания вчерашнего дня наваливаются на меня позорным покрывалом, и я тихо сползаю на пол.
Отправляюсь в добровольное изгнание за диван. Вжимаюсь в угол, в пыль и потерянные провода от зарядки.
И вдруг нос утыкается во что-то маленькое и холодное.
Я выкатываю это лапой на свет.
Камень в золоте блестит в утреннем солнце.
Моё сердце ликует. Я беру серьгу в зубы и сажусь на столик перед диваном, прямо у лениной подушки. Проснувшись, она сразу видит меня.
— Очухался? – спрашивает она. – Доброе утро.
Я пододвигаю лапкой серёжку к ней.
— Нашёл! Солнышко моё! Ты нашёл! – радуется она, всё ещё щурясь спросонья.
Принимаю поцелуи и объятия как положено герою, смиренно. Да, я вчера нализался как последний дворовый кот и опозорился перед попугаем. Но детали можно опустить.
Манго орёт:
— Кокос – шерстяной детектив!
Я бросил на него злобный прищур. Нечего тут саркастичесничать….саркастировать. Моя честь восстановлена.
А вот невиновность Манго в этой истории под вопросом. Ну я до него доберусь.
Я же кот.
Читайте предысторию: как Кокос попал к Лене и его первое дело с неверным мужем и ждите выхода новых серий.
- Новая серия
А также другие комичные рассказы: