Феоктиста Эклер продолжает рассказ о событиях, приведших к встрече с внуком "шоколадного короля", и о том, как кондитерская тема запечатлелась в прошлом и вплелась в будущее.
Мы пережили
Мы пережили 90-е с беспорядочностью цен, страхами не
получить зарплату, с неспокойной обстановкой, которая вынуждала граждан
ставить в квартирах тяжелые стальные двери и делать подъезды недоступными для чужаков. Мы пережили дефолт. И жизнь вошла в относительно благополучную колею.
С немецкими приятелями наши пути постепенно расходились, и поездки в Германию становились все реже. Но иногда по старинке мужа все еще приглашали на конференции.
Вальс монпасье и кекс-галоп
Конференция была в Мюнхене. В один из перерывов к мужу подошел невысокий темный шатен. На первый взгляд, ничем не примечательный. Разговаривал он по-русски с сильным акцентом.
Незнакомец расспрашивал о России. Речь зашла о шоколаде и о кондитерском деле в нашей стране. Особенно его интересовала фабрика "Красный Октябрь". Муж хорошо знал ее историю. Он увлекался коллекционированием открыток.
В какой-то момент недалеко от нашего дома, в подземном переходе, вдруг стали продаваться небольшие коробочки шоколадных конфет, на которой была надпись "Эйнем", а внутри красивая ретрооткрытка, реклама конфет и шоколада.
На фабрике Эйнема особое внимание уделялось оформлению. Изготовлялись наборы-сюрпризы с вложенными в коробку конфет открытками. Для фабрики писал музыку свой композитор, и покупатель вместе с карамелью или шоколадом получал ноты «Шоколадного вальса», «Вальса-монпансье» или «Кекс-галопа».
Наш собеседник оживился, глаза его заблестели, и он спросил, продаются ли еще конфеты "Ну-ка, отними!".
- Это очень известные конфеты, детям нравится фантик - девочка и собачка! - сказал муж.
Незнакомец вытащил из барсетки цветную копию открытки рубежа
19-20 веков с первоначальной рекламой знаменитой конфеты с одноименным
названием, но другим содержанием. Был изображен сердитый мальчик с
битой, он прижимал к себе шоколадку и словно говорил окружающим: "Ну-ка,
отними!"
- У меня есть в коллекции такая открытка, - сообщил муж.
Незнакомец таинственно улыбнулся и с удовольствием произнес::
- Это дело моего дедушки, Теодора Эйнема. Разрешите представиться - Эйнем!
Фердинанд Теодор фон Эйнем — основатель «товарищества Эйнем», в 1900 получившего Гран-при на Всемирной выставке в Париже за ассортимент и качество шоколада, поставщик двора Его Императорского Величества. В 1922 году товарищество стало фабрикой "Красный Октябрь".
По следам встречи
Под впечатлением от этой встречи мы срочно решили посетить фабрику "Красный Октябрь" - наследницу товарищества Эйнема. К нашему удивлению, оказалось, что "Красного Октября" больше нет, а производство вошло в состав концерна "Объединенный кондитер" вместе с "Рот Фронтом" и Бабаевским концерном, сменившим товарищество "Абрикосов и сыновья". В бывших владениях Абрикосова, на Малой Красносельской, 7, располагался теперь Музей шоколада и какао. Мы поспешили туда.
После экскурсии зашли в фирменный магазин. Кроме конфет там продавали коллекционный, с сертификатом, альбом "Москва будущего", выпущенный в тот самом году, когда фабрика стала частью концерна - 2002-м - в количестве всего 800 экземпляров.. Нам достался альбом № 207. История появления этого альбома такова:
В 1914 году «Товарищество Эйнемъ» выпустило серию шоколадных конфет под названием «Москва через 200 лет». В каждую коробку с конфетами клали открытки из цикла «Москва в XXIII веке» или «Москва будущего», состоявшего из футуристических почтовых карточек - от 2114 года (карточка «Центральный вокзал») до 2259 года (карточка «Санкт-Петербургское шоссе»). Они и вошли в альбом.
Вскоре после выпуска открыток с предсказанием будущего началась Первая мировая война.
Нам не дано предугадать
С тяжелым чувством я вновь листаю этот красивый альбом, смотрю наивные в своих фантазиях открытки с изображениями знакомых мест и забавными пояснениями. Например, о шумных берегах Москвы-реки, к которым будет причаливать только торговый флот, так как военный уже не понадобится. О грузовых дирижаблях и аэросанях, которые обслуживают посетителей ресторана "Яр". О транспорте, расположенном высоко-высоко на
монорельсе...
А вот что написано на обороте:
Оглядываться с сожалением на прекрасное прошлое — задача не
только трудная, но просто неприятная. Как бы прекрасно ни было прошлое,
раз оно прошло, говорить о нем нечего. Предоставляя мудрым историкам
описывать и изучать минувшие времена, мы, составители предлагаемого
краткого альбома, имели в виду заглянуть, по мере наших сил и пестроты
красочной Фантазии, в более или менее отдаленное будущее нашей всем
милой и всем знакомой матушки Москвы... Вот какие картины
открываются нашим взорам на основании более или менее логических
выводов. Эйнем и Гейс.
Начало:
.Еще о московских кондитерах: