Дима. Обед в одиночестве
Дима работал в открытом пространстве — в этой прозрачной клетке из двадцати столов, двадцати спин и двадцати масок. Здесь все делали вид, что они команда, но на деле каждый был сам за себя, как льдинки в весенней реке: рядом, но отдельно, холодно и обреченно.
Его место было у окна. Окно — огромное, во всю стену, — днем щедро впускало свет, а ночью превращалось в безжалостное зеркало, где Дима каждый раз натыкался взглядом на собственное отражение. Поэтому он работал только засветло. А когда солнце, словно устав от этого дня, начинало клониться к крышам, он торопливо задергивал шторы — будто прятался от самого себя в темноте.
— Ты сегодня на созвоне опять молчал, — шепнул Марк из глубины выключенного монитора. Его отражение плавало в черной глади экрана, как рыба в пруду.
Дима не ответил. Он просто смотрел в строчки кода, но не видел их.
Рядом, за соседним столом, сидела Лена — девушка с вечно недовольным лицом и привычкой вздыхать так громко, словно мир был ей должен по гроб жизни. За последние десять минут она вздохнула трижды. С интервалом, как у метронома.
— Клиент хочет изменить техзадание, — объявила Лена в пустоту. Ни к кому конкретно. Просто чтобы воздух не застаивался. — В третий раз.
Дима кивнул. Он знал. Он всегда знал. Он перечитывал все письма, все правки, все капризы заказчика — и молчал. Потому что слова казались ему монетами фальшивой чеканки: ими нельзя ничего купить.
— Ты мог бы предложить альтернативу, — снова вкрался в мысли Марк, на этот раз из отражения в стеклянной кружке. — Сказать, что это неэффективно. Предложить другой путь.
— Он не послушает, — одними губами ответил Дима.
— А ты попробуй.
— Я не умею.
— Вот именно. Ты не умеешь. Потому что никогда не пробовал. Отличие живого человека от мебели — именно в этом. Мебель не пробует.
Дима открыл чат с заказчиком. Пальцы зависли над клавиатурой, как птицы над обрывом.
Написал: «Добрый день, предлагаю обсудить альтернативный вариант».
Стер.
Написал: «Здравствуйте, возможно, стоит рассмотреть другой подход».
Стер.
Написал: «Ок, сделаем».
Нажал «отправить».
Тишина. Лена вздохнула в четвертый раз.
— Поздравляю, — бесстрастно произнес Марк из кружки. — Ты только что подтвердил свой статус. Тряпка. Мешок с опилками. Офисный планктон с дипломом.
— Заткнись.
— Ты можешь сказать это мне. И себе. И коту, когда придешь домой. Но заказчику ты скажешь «ок, сделаем». И так будет всегда. Пока ты не превратишься в собственный стол. Прямоугольный, деревянный, удобный. На четырех ножках.
Дима встал так резко, что стул жалобно скрипнул. Он пошел на обед — быстрым шагом, будто за ним гнались.
В столовой зеркальных поверхностей оказалось еще больше: блестящие подносы, полированная панель кофемашины, стеклянные перегородки между столиками. Марк преследовал его, как личный рассвет, от которого не спрятаться.
— Ты мог бы сесть с кем-нибудь, — заметил Марк из своего укрытия в кофемашине. — Вон там. Антон из отдела разработки. Тоже один. Как ты. Два сапога — пара, один сапог — просто обувь без пары.
— Мы не знакомы, — буркнул Дима, беря поднос.
— Познакомься. Человеческий язык для того и существует. Или ты думаешь, его придумали для переписки в чатах?
— С чего начать?
— Скажи «привет, как дела». Это не квантовая физика. Хотя для тебя, возможно, и квантовая.
Дима наложил себе гречку и котлету. Котлета была резиновой, будто ее жевали до него. Гречка — сухой и рассыпчатой, как песок в пустыне. Он сел за свободный стол в углу, подальше от всех. Антон мельком глянул на него — сквозь, не видя, — и отвернулся обратно к своему телефону.
— Поздно, — констатировал Марк с металлической поверхности подноса. — Он уже составил о тебе мнение. Ты для него — странный.
— Я и есть странный.
— Ты не странный. Ты одинокий. Это совершенно разные вещи. Странные люди интересны — от них ждешь чего-то необычного. Одинокие — просто скучны. Их избегают, как пустых комнат.
Дима жевал безвкусную котлету и смотрел в окно.
Там, за стеклом, начинался парк. Старые липы, мокрые от недавнего дождя, скамейки с облупившейся краской и дорожки, усыпанные прошлогодней листвой. Дима часто туда ходил. Там было много скамеек и мало людей. Идеальное место для того, чтобы побыть одному — но не чувствовать себя одиноким. Потому что деревья, в отличие от людей, не задают вопросов.
— Сегодня сходим в парк, — сказал Дима, глотая гречку.
— Сходим, — отозвался Марк. — Как обычно. Посидим на лавочке. Ты помолчишь, глядя в одну точку. Я прокомментирую прохожих. Отличный вечер. Можно даже записать в ежедневник: «Двадцать второй вечер без перемен».
— А что ты предлагаешь?
— Я предлагаю заговорить с кем-нибудь. С любой. Например, с девушкой в рыжем пальто. Она часто сидит на той же лавке и смотрит в лужи.
Дима поднял бровь:
— Она смотрит в лужи?
— Да. Как ты. Вы будете отличной парой. Два человека, которые боятся своих отражений. Ты избегаешь зеркал, она рассматривает лужи — а это, между прочим, те же зеркала, только жидкие и кривые. Может, она видит в них не себя, а кого-то другого. Как ты.
Дима усмехнулся — впервые за день. Усмешка вышла кривой и неловкой, но живой.
— Ты слишком много фантазируешь.
— Я — твоя фантазия, — тихо сказал Марк, и в его голосе вдруг проступила почти нежность. — Я имею на это полное право. Больше никто тебя не выдумывает. Никто, кроме меня.
Аня. Лавка у фонтана
Парк был почти пуст. Октябрь выгнал всех нормальных людей в кафе и торговые центры. Остались только пенсионеры с собаками, мамочки с колясками и Аня.
Она села на лавку у фонтана. Фонтан не работал — трубы чистили, и в бетонной чаше стояла мутная вода с листьями. Но в этой воде отражалось небо, и Аня могла смотреть на облака, не поднимая головы.
— Красиво, — сказала Алиса из фонтана.
— Ага.
— Жалко, что ты не умеешь радоваться красивым вещам. Ты только умеешь замечать, что они красивые, и сразу думать, что они исчезнут.
— Откуда ты знаешь?
— Я живу в твоей голове. Я знаю всё, что ты думаешь, даже то, что ты думаешь не словами, а картинками. Твои картинки всегда серые.
Аня вздохнула.
На другой конец лавки сел парень. Молодой, в темной толстовке, с мешками под глазами, которые не скрывали даже очки в толстой оправе. Он не посмотрел на Аню. Достал телефон, уткнулся в экран.
— Идеальная пара, — фыркнула Алиса. — Два социопата на одной скамейке.
— Он не социопат. Он просто устал.
— Откуда ты знаешь?
— У него такие же глаза, как у меня.
— Бинго! — Алиса в воде прищурилась. — Подойди к нему.
— Зачем?
— Затем, что он тоже один. Я вижу. Он разговаривает сам с собой. Только умеет скрывать. Посмотри на его отражение.
Аня глянула в лужу рядом с лавкой.
В луже отражался парень.
Но рядом с его отражением — чуть сбоку, как тень — было ещё одно лицо. Мужское. С острым подбородком и прищуренными глазами. Оно смотрело прямо на Аню.
— Ты видишь? — спросила Алиса, и в её голосе впервые не было насмешки. Только удивление.
— Вижу, — прошептала Аня.
Парень вдруг поднял голову. Посмотрел на неё. На секунду их взгляды встретились. Аня почувствовала, как её сердце пропустило удар. Не от страха. От чего-то другого. От узнавания.
Он быстро отвернулся.
— Подойди, — повторила Алиса.
— Не могу.
— Трусишка.
— Я не трусишка. Я… осторожная.
— Ты повторяешься. Это признак слабоумия.
Аня встала и быстро пошла прочь. Она чувствовала спиной его взгляд.
Или не его — того, другого, из отражения. Ей казалось, что кто-то смотрит на неё из каждой лужи, из каждого стекла, из каждой капли дождя, застывшей на листьях.
— Алиса, — сказала она, когда отошла достаточно далеко. — Кто это был?
— Не знаю. Но у него есть кто-то в зеркалах. Такой же, как я.
— Это невозможно.
— Возможно. Ты не уникальна, Аня. Твоё одиночество не уникально. Есть другие люди, которые разговаривают со своими отражениями. Которые придумали себе друзей, потому что настоящие не захотели.
Аня остановилась. В витрине магазина тканей отразилась она и Алиса — две, стоящие плечом к плечу.
— Ты хочешь, чтобы я с ним познакомилась? — спросила Аня.
— Я хочу, чтобы ты перестала быть одна. А для этого нужно хотя бы попробовать.
— А если он окажется психом?
— Аня, — Алиса улыбнулась грустно. — Ты разговариваешь с зеркалом. Ты кто после этого?
Аня не нашлась, что ответить.
Она пошла домой, чувствуя, как в спину ей смотрит осень, и парк, и лужи, и тот странный парень с чужим отражением.
Друзья и дорогие читатели, пожалуйста, поставьте лайк 👍🏻 на историю и напишите любой комментарий, хоть смайлик))) Это помогает показывать рассказ в рекомендациях и вы вносите свой маленький вклад в развитие канала))))
Поддержать автора можно тут https://dzen.ru/lifeandmistic?donate=true
начало тут
продолжение тут