Когда кого-то так сильно очерняют, всегда есть опасение откатиться назад и начать приписывать этому персонажу супер положительные свойства. Так в мировой культуре, начиная примерно со второй половины XX века, произошло и с королем Англии Ричардом III. Он все чаще стал появляться в художественной литературе не как злобный, завистливый, мстительный и алчный до денег и власти, уродливый внешне человек, а как доблестный романтический рыцарь, прекрасный и телом и душой.
Разумеется, и то, и другое – крайности, и в реальности, конечно, Ричард был не более чем живым человеком, со своими достоинствами и недостатками. И, несомненно, совершал, в силу времени и обстоятельств, поступки, которые во все времена трудно назвать хорошими. Даже в довольно романтизирующем Войну Алой и Белой роз сериале «Белая королева» эти поступки сначала юного герцога Глостера, а потом и короля не скрываются и не оправдываются. Как минимум, если не он сам лично участвовал, то точно знал о совершаемых его отцом, братьями и графом Уориком-Делателем королей преступлениях.
Но есть преступление, участие Ричарда III в котором до сих пор остается предметом споров историков, и которое само по себе может резко склонить чашу весов в ту или другую сторону. Это предполагаемое убийство сыновей брата Ричарда, короля Эдуарда IV, которых Глостер перед восшествием на престол объявил бастардами – принцев Эдуарда и Ричарда, которым на предполагаемый момент смерти было, соответственно, 12-15 и 9-11 лет. Оба принца после признания незаконнорожденности содержались в лондонском Тауэре, а потом как-то незаметно для общественности исчезли. И больше никогда не появлялись в публичном пространстве, за исключением объявления самозванца Перкина Уорбека (который, по версии Филиппы Грегори, действительно мог быть одним из принцев). В Тауэре, к слову, посетителям до сих пор показывают комнату, где, предположительно, жили и были убиты мальчики.
За 4 года до появления самой известной экранизации пьесы Шекспира «Ричард III» с Лоуренсом Оливье, в 1951 году в Великобритании вышел очень необычный детектив Джозефины Тэй «Дочь времени». В нем главный герой ее других детективных романов, инспектор Алан Грант, изнывающий от скуки в больнице, решает расследовать это давнее историческое преступление. Используя, разумеется, сугубо современные ему методы расследования, с которыми он и подходит к изучению старинных свидетельств и документов. И приходит к выводу, что Ричард не только не совершал этого одного из самых страшных из приписываемых ему преступлений. Но и оказался буквально оклеветанным победившим его в битве при Босворте и сменившем его на троне Генрихом VII Тюдором.
До сих пор считаю легкой мистикой, что этот детектив попался мне именно в период очарованности образом Ричарда в сериале «Белая королева», с учетом того, что я и до этого была знакома с творчеством Джозефины Тэй и читала другие истории с участием Алана Гранта. Это, кстати, в целом довольно оригинальные, практически «бескровные» книги, в которых порой не только убийства – вообще никакого преступления не происходит. А за расследованием загадочных происшествий все равно очень интересно следить. В «Дочери времени» историческое расследование происходит не менее увлекательно, чем современное. Инспектор линия за линией вытягивает на свет все новые и новые старинные свидетельства, сопоставляет давно всем известные факты и в результате воссоздает подлинную картину произошедшего.
Разумеется, считать этот детектив настоящим историческим исследованием нельзя, хотя его выход и сподвиг некоторых историков к более углубленным изучениям той эпохи. Главное, что книга сделала – она фактически восстановила до этого веками испорченную репутацию короля Ричарда в глазах многих людей и задала новый тренд на создание его положительного образа. И, что, на мой взгляд, еще важнее – она подробно, шаг за шагом разобрала, как на самом деле создаются такие «черные PR-кампании» и почему люди им верят.
Джозефина Тэй использует термин «тонипанди», обозначающий красиво и экспрессивно поданную историю, которая на самом деле является исторической ложью. Но людям нравится в нее верить, потому что им в целом проще воспринимать упрощенные версии реальности с яркой эмоциональной подачей. Такой сильный образ, пусть и негативный, злобного и коварного карлика-горбуна, несомненно, очень цепляет и, в общем, не вызывает особого желания разбираться в деталях и нюансах. Так уж устроен наш мозг – он ленив, охотно впитывает готовые объяснения и поддается стереотипам. Особенно если эти стереотипы поданы с талантом Шекспира или ему подобных гениев.