Трактовка образа короля Ричарда III в версии Томаса Мора и, что важнее, Шекспира оказалась в истории мировой культуры, как сейчас говорят, вирусной. До начала XX века большинство литераторов и драматургов выводили его как некрасивого, лицемерного, агрессивного, завистливого, склонного к интригам и коварству ради власти и богатств человека. Да и позже, на протяжении всего столетия более или менее положительным Ричард становился в основном в так называемых «дамских» романах, авторов которых очень привлекал романтический потенциал любовной истории герцога Глостера и дочери Делателя королей.
Чтобы быть достойным объектом любви Анны Невилл, ее будущий супруг не мог позволить себе совершать все те преступления, которые ему приписывали, да и те, что он, очевидно, все-таки в силу исторических обстоятельств на самом деле совершал. Поэтому авторам романов с сильной любовной линией приходилось крепко закрывать глаза на реальные исторические факты, которые объективно Ричарда не украшают. Как литературный персонаж, герцог и впоследствии король, таким образом, постоянно впадал из крайности в крайность – от ужасного чудовища до идеального романтического рыцаря.
Даже в серии книг Филиппы Грегори и их экранизации «Белая королева», как можно легко догадаться, образ Ричарда хоть и подается исторически объективно, но он все равно заметно романтизирован - как романтизирована вся история Войны Роз целиком. С этой точки зрения довольно хорошей попыткой найти компромисс с этим персонажем мне кажется серия романов Симоны Вилар, посвященная жизни Анны Невилл. Да, герцог Глостер и впоследствии король в этих книгах – все еще откровенно плохой человек. Но всем его поступкам здесь находится сравнительно глубокое психологическое объяснение – причем так, что нам, вслед за Анной, в один прекрасный момент тоже хочется научиться его любить. Не ее и не наша вина в том, что это не получается. Но и он тут тоже, по сути, глубоко травмированный с детства происходящими вокруг него событиями человек, который никакого другого способа обращаться с этими травмами так и не нашел.
Конечно, страшно жаль, что все эти книги были написаны и стали популярными на русском языке, и вряд ли попадут в поле зрения британских продюсеров и будут когда-либо достойно экранизированы. А получился бы прекрасный, зрелищный и интересный сериал. При всем прочем они очень хорошо написаны именно с точки зрения визуализации – это прямо те самые картины прерафаэлитов, которые мы видели в «Белой королеве». Даже еще лучше – в отличие от полного внутренних монологов и диалогов текста Грегори, у Вилар много действия и емких описаний, картинки так и встают перед глазами.
Заметно, что автор вдохновлялась не только и не столько Шекспиром, сколько романом Роберта Льюиса Стивенсона «Черная стрела», о котором мы еще попозже поговорим. Да и вообще видно влияние британской литературы XIX века, особенно сестер Бронте. И это серии романов про дочь Уорика (в книгах Уорвика) пошло очень на пользу. Вообще для классического исторического «дамского» романа это очень качественная проза, где не хватает разве что дотошной прорисовки многочисленных второстепенных персонажей.
Да, конечно, автор позволила себе историческую вольность, приписав Анне Невилл вряд ли когда-либо существовавшую постороннюю любовную линию. И, разумеется, даже в позднем Средневековье юные девушки вряд ли бы просто физически могли попасть в большинство описываемых ситуаций. Но к каждой такой ситуации автор вполне правдоподобно, пусть даже с точки зрения современного психологизма, подводит – понимаешь, что сказка, но, в общем, веришь. Мы же что? Правильно, не можем доподлинно знать, что все эти реально существовавшие люди при жизни думали, чувствовали и втайне от всех делали. Ну так почему бы за них немножечко не домыслить, если это не причиняет никому вреда.
С историческими реалиями – особенно всех, которые касаются Ричарда III – автор обходится достаточно бережно. Мне особенно понравилось, как она заполняет временные лакуны, описывая те годы жизни персонажей, сведений о которых в исторических первоисточниках не сохранилось. Временами, само собой, многое начинает выглядеть как ошибка выжившего, но этим и в более признанных современной культурой произведениях грешат, взять, к примеру, ту же «Чужестранку». Тем более, что реальные годы жизни королей и королев не оставляют слишком много пространства для фантазии – надо действовать в предельно строго очерченных рамках.
Можно, конечно, придраться, что для этих, в целом, коротких лет жизни и Ричарду, и Анне пришлось слишком много всего пережить и испытать. Даже в средневековье не каждый король и королева могут похвастаться таким обилием событий и такой насыщенной внутренней жизнью. Можно отметить, что для таких молодых людей они (особенно Ричард) слишком взрослые. Ну так в то время ведь действительно взрослели раньше, потому что жили меньше, а уж дети знатных и высокопоставленных дворян – тем более. Повзрослеешь, если тебе лет с 5 твердят, на ком ты должен жениться и какие страны завоевать. Пусть и Анна, и Ричард в этих книгах не вполне соответствуют устоявшимся стереотипным представлениям. Но они – очень живые, объемные персонажи, с глубоким внутренним представлением о мире, о себе и о других.