Случайно не замечали, как корейское искусство всё чаще становится предметом разговора? Такие фразы как "корейский информель" (вид абстрактного искусства, когда в произведении предметы и сюжет не изображаются напрямую, а создаются игрой цвета, линий, форм), "тансэкхва" и "минчжун мисуль" уже стали неотъемлемой частью творческих дискуссий и давно перестали пугать неподготовленного слушателя.
В поисках новых открытий любители прекрасного всё глубже погружаются в бездонный мир корейского искусства. Мы тоже решили последовать новому тренду и изучить представителей монохромной живописи "тансэкхва" поподробнее. Наша команда заметила, что один из них уже был упомянут в нашей статье «Современное искусство Южной Кореи: романтика и усердие», и мы решили, что такая значимая личность заслуживает отдельной статьи. Поэтому давайте вместе поближе познакомимся с Ли Уфаном (이우환) – мастером монохромной и абстрактной живописи.
Детские годы
Ли Уфан родился в 1936 году в небольшой деревне Пхёнгван (평광) в период японского колониального правления. Его детство прошло в строгой конфуцианской семье, где он обучался восточно-азиатской живописи. Особое влияние на его творчество оказало китайское классическое искусство: монотонные и упорядоченные узоры, – похожий мотив еще не раз встретится в картинах самого Ли Уфана.
В 1956 году Ли Уфан поступил в колледж изящных искусств Сеульского национального университета (СНУ), где проучился всего 2 года.
Интересный факт: изначально Ли Уфан не был заинтересован в живописи. Он планировал специализироваться на литературе, но, к сожалению, ему не хватило баллов, чтобы поступить на филологический факультет СНУ. Ли Уфану настолько хотелось изучать литературу, что он был готов и вовсе отказаться от обучения в университете, после новостей о непоступлении на желаемый факультет. По счастливой случайности его смог переубедить классный руководитель, который отметил, что у него довольно много друзей, которые занимаются литературой даже после окончания художественной школы.
И именно этот комментарий учителя послужил Ли Уфану причиной для поступления в колледж изящных искусств СНУ (а не его рвение стать художником, как многие ошибочно полагают).
Тесная связь с японской культурой
Не смотря на то, что детство Ли Уфана пришлось на годы японской оккупации, он не испытывал к Японии негативных чувств, в отличие от многих корейских художников того времени. Наоборот, страна привлекала его настолько, что летом 1956 года он решился нелегально перебраться в Японию в возрасте 21 лет. В те годы Япония была вражеской страной и не имела дипломатических отношений с Кореей, поэтому попасть туда легальным путём было невозможно. По словам самого Ли Уфана, он отправился в Японию, чтобы навестить своего дядю Ли Ин Гапа (이인갑), который был серьезно болен. Однако после встречи с дядей молодой художник не вернулся в Корею, а остался жить в Японии. Он бросил СНУ и перевелся в японский университет Нихон, где и начался новый этап его творческой жизни.
Путь в искусство через литературу
Начав новую жизнь в Японии, Ли Уфан наконец смог посвятить себя писательству – тому, что ускользнуло от него в Корее. Ли Уфан закрепился в японском мире искусства с публикацией критических эссе «За пределами бытия и ничто – о Сэкинэ Нобуо» и «Такамацу Дзиро – от экспрессивных работ к миру встреч», которые были горячими темами в японском художественном мире в то время. Эти критические статьи были настолько хорошо восприняты публикой, что стали основой для японского художественного движения "Монопха" (모노파, 物派). По мере того, как "Монопха" набирало популярность в Японии, репутация Ли Уфана как критика стремительно росла. Несмотря на ранние литературные произведения, именно его критические статьи привлекли к нему внимание японского художественного сообщества. Всего за несколько лет он опубликовал более 40 критических статей, а движение "Монопха" стало сенсацией конца 1960-х и 1970-х годов.
Добившись определённого признания в японском художественном мире, Ли Уфан решил избрать путь художника, а не арт-критика. Однако путь этот оказался далеко не простым.
Тернистый путь к славе
Несмотря на то, что его работы активно освещались в художественных СМИ ещё в 1960-е годы, напряжённые отношения между Кореей и Японией серьёзно ограничивали Ли Уфана в участии в международных выставках. Так, в 1971 году музей Соломона Гуггенхайма (США) пригласил его принять участие в программе «Япония, искусство, фестиваль», но японская сторона отклонила приглашение, сославшись на его корейское гражданство.
Тем не менее, в 1973 году Ли Уфан был назначен профессором в Университете искусств Тама в Токио, что позволило ему провести свою первую персональную выставку в Tokyo Gallery, одной из крупнейших галерей Японии того времени. Именно с этого момента началась его активная международная деятельность: он выставлялся во всех крупнейших галереях Европы (особенно в Германии), стал приглашённым профессором в Школе изящных искусств во Франции, был награждён орденом «Золотая корона» от правительства Кореи и даже получил премию ЮНЕСКО в области искусств. Таким образом, Ли Уфан постепенно превратился в одного из самых признанных художников современного искусства в мире.
Творчество
Живопись Ли Уфана началась с серии точечных работ под названием «Из точки» (점으로부터), но с 1970-х годов он начал создавать серии линейных работ. Однако оба направления объединяет значительная сдержанность в выражении эмоций и чувство ритма, передаваемое через определённый узор из точек или линий.
В этот же период он начал заниматься скульптурой, создав серию «Отношения» (관계항). Сначала в его работах использовались самые разные материалы: хлопок, сталь, стекло, верёвки и дерево. Но со временем скульптор сосредоточился на камне и железных пластинах. По словам Ли Уфана, эти материалы символизируют созданное и несозданное с точки зрения формы и процесса создания. Кроме того, поскольку железные пластины производятся путём извлечения элементов из камня, работа обретает смысл в соединении этих двух похожих, но в тоже время совершенно разных материалов.
Однако в 1980-х годах художник начал испытывать внутреннее смятение в отношении своих работ. Это смятение сильно заметно в его произведениях, которые показывают нарушение его ранее изысканного стиля.
В 1990-х годах к Ли Уфану вернулась уверенность. В отличие от своих предыдущих работ, наполненных точками и линиями, он перешёл к более простой структуре, используя всего 1-2 точки на холсте. Поэтому те, кто знакомится с его работами, часто возмущаются: "Я тоже могу написать что-то подобное". Однако процесс создания этих картин, конечно же, непрост.
Как описывает данный процесс сам Ли Уфан:
Во-первых, все необходимые материалы изготавливаются на заказ.
- Холсты толстые и предварительно покрашены 4-5 слоями белил;
- Краски не покупаются; художник всегда лично ищет и шлифует камни, чтобы получить порошок нужного оттенка;
- Кисти тоже изготавливаются на заказ.
Затем он раскладывает холст и берёт специальный кружок из бумаги, чтобы определить, где нарисовать. точку. Поскольку вся работа должна быть выражена всего 1-2 точками, расположение этих точек имеет решающее значение и требует тщательного продумывания. Найдя нужное место, Ли Уфан ставит точки.
Поскольку работа ведется с лежащим холстом, нужно наклониться, чтобы нарисовать точки. Правильно дыхание тоже очень важно, поскольку даже один неправильный вдох может полностью испортить форму точки, поэтому Ли Уфану приходится задерживать дыхание во время рисования.
И этот процесс не одноразовый. Как только краска высохнет, необходимо несколько раз повторить процесс, чтобы завершить картину. Поэтому обычно на создание одной точки уходит 2 месяца.
Нелепая история с подделками
Простота стиля Ли Уфана делает его работы особенно уязвимыми для подделок. Дошло до того, что сам художник не смог отличить подделку от оригинала. Один раз, когда возникли сомнения в подлинности нескольких произведений, Ли Уфан подтвердил их подлинность, заявив: "Дыхание и ритм принадлежат мне". Однако эксперты доказали, что даты на холстах подделок не совпадали с датами оригиналов.
Данный случай, хорошо показывает суть споров и критики вокруг работ художника. Одни видят в его работах глубокую философскую мысль, а другие полагают, что в них нет никакой художественной ценности. И каждый сам выбирает, во что ему верить.
Автор статьи – Помельникова Алиса, резидент АНО "МДКМ"
Редактура – Брокер Анастасия, волонтёр-лидер АНО "МДКМ"