В 1974 году Валерий Сорокин окончил ПТУ № 19, в которое поступил по совету отца (поварская династия!). Здесь — о первой постоянной работе.
Вместо ресторана
За время учебы в нашем поварском ПТУ, где мы только не работали на практике. И в комбинате питания газеты "Правда", и в Сокольниках, и на ГПЗ-2, и в Парке культуры, и в разных столовках Москвы. Но пришла пора найти себе постоянное место. Работа там заодно засчитывалось и как преддипломная практика. Было разрешено устроиться самим, взяв запрос из училища и договор на практику. Тут мы разделились - каждый хотел работать поближе к дому.
Я выбрал для себя давно знакомую столовую в кирпичном доме на Люсиновской улице, 55.
Когда-то там был ресторан "Стрела". Меня туда в детстве, помню, как-то раз с родителями не пустили. Нельзя тогда было детям по ресторанам шастать!
Ресторан сменила "Диетстоловая № 7 Москворецкого треста столовых". Цены вполне себе советские, копеечные, можно за недорого неплохо насытиться. Столовая занимала весь первый этаж дома по периметру. Производственная база - кухня, склады, цеха - и залы достались от ресторана и были солидными, хорошо оборудованными, можно было в выходные дни проводить разные мероприятия - от юбилеев и свадеб до поминок.
Еще тут же находился кондитерский цех со всем необходимым, где опытные дяди и тети творили сладкие шедевры. Они были автономны и имели свое начальство, но между собой мы все считались одним коллективом.
Разговор с шефом
Поступил на работу я просто. Зашел, спросил директора. Вышла солидная дама типичного для общепита размера и внешности, Нина Евгеньевна. Но она оказалась доброй теткой, дочь у нее была моя ровесница. Пригласила меня в кабинет, прочитала направление и крикнула в открытую дверь:
- Девочки! Петра Иваныча ко мне!
Пришел Петр Иванович, шеф-повар или, как раньше называли, завпроизводством. Среднего роста, худощавый (что редкость для шеф-повара). Зыркнул на меня черными глазами из-под кустистых бровей, закурил сигарету, почитал направление.
- Сколько лет, сынок?
- Семнадцать! Скоро будет восемнадцать!
- Тэк-с. Значит, пока на неполный день только.
- Я могу и на полный!
- Ты-то, может, и можешь, а вот нам не позволит охрана труда. Но рабочие руки нужны. В горячий цех пойдешь?
- Хоть в горячий, хоть в холодный, хоть в теплый!
- Ладно. Вином не балуешься?
- Ну что вы! Ни-ни! Я спортом занимаюсь.
- Еще и спортсмен? Ну и молодежь пошла. Мы в ваши годы....- он махнул рукой. -Ладно. Приходи в понедельник к восьми утра. Документы взять не забудь!
Я вышел на улицу радостный - теперь я рабочий человек! Хотел по этому поводу закурить и выпить пивка, но вспомнил свой разговор с шефом. Теперь придется соответствовать. Сегодня пятница, впереди выходные. Съел эскимо и подался пешком домой, на Варшавку. Вот мать обрадуется!
Первый рабочий день
Понедельник. Я не то чтоб волновался, но слегка робел: как примут, никого не знаю... С рабочими штанами и старыми сандалетами в сумке пришел пораньше, опаздывать не люблю. Служебный вход со двора, где оббитый жестью люк для разгрузки товара, уже нараспашку. Хмурый рабочий в синем халате спускает накатом по настилу вниз ящики и коробки. Покосился на меня:
- Малой, куревом не богат? Не курящий, что ли? Вот невезуха!
Приняли меня хорошо. Впрочем, и принимать-то некогда было, все вертелись как белки в колесе. Шеф одобрительно похлопал по плечу, когда я предстал перед ним переодетый в чистую поварскую куртку и фартук с пилоткой вместо колпака. Отвел на кухню и крикнул вдаль:
-Сережа! Принимай пополнение, тебе помощник прибыл! - А сам отправился в мясной цех, где в углу стоял его канцелярский стол, заваленный бумагами.
Очень горячий цех
Сережа оказался здоровенным, веселым парнем лет 20 - 25 с буйными кудрями. Позже я узнал, что он уже отслужил в ВДВ, женился и даже завел дочку. Хоть и отучился на повара до армии, но в десанте к котлу не попал, а тянул лямку в самом что ни на есть боевом подразделении. Это он потом рассказал, а пока, пожав мне руку, как тисками, повел к рабочему месту.
Горячий цех - самое пекло или сердце кухни. Но и самое тяжелое по нагрузкам. Для познания профессии самое то. Тут рассусоливать некогда, и я сразу включился в круговорот хлопот. Главная с утра забота - все подготовить к раздаче. Как малоопытного поставили пока на гарниры - гречка, картофельное пюре, макароны, рис... Не заскучаешь. Крутись, успевай! Однако мы все это уже не раз производили на своих практиках, так что я вроде более-менее справился. Хорошо, что силенка кое-какая имелась: котлы-то все пятидесятки (50 литров), полные, да еще кипяток или отвар горячий, ошпариться в момент можно.
Дед и Лёля
Кроме Сереги тут еще был главным дядя Коля - тщедушный пожилой мужичок. Его шеф выкопал с пенсии по старому знакомству и уговорил хотя бы направлять "молодых специалистов". Мы его звали просто Дедом. Он, в основном, сидел, гулко кашлял и страдальческим голосом ругал нас за неуклюжие, по его мнению, действия. Серега, широко улыбаясь, отбрехивался, но все же прислушивался. Дед был мастер готовки, это факт. Даже Петр Иваныч к нему подходил за советом.
Здесь же, по другую сторону громадной электроплиты с закопченными колпаками вытяжки над ней, верховодила супами буйная баба Леля, здоровенная, как конь, в круглых очках с сильным увеличением, неуемная и говорливая. Серега звал ее "Троцкий". Командовать она была здорова. Только с ней познакомился, а она уже орет: Валерка туда, Валерка сюда! Принеси,подай!Наконец, Дед мигнул Сереге, и тот дурным басом заголосил:
-Леля, отстань от пацана! Он у нас работает, тебе пущай девки помогают!
Наши женщины
"Девок", а точнее, молодых женщин было несколько. Вера: высокая худощавая, с копной черных, как гуталин, волос и подкрашенными синими тенями глазищами. Валя: симпатичная блондинка, кровь с молоком, сероглазая и озорная.Была она, как говорится, с изюминой,к которой тянутся мужики. Но меня пока взрослые женщины не привлекают.
Были здесь и мои ровесницы. Миловидная Ирка-тихоня и Светка - хоть и малолетка, но уже, чувствуется, с опытом. Еще на раздачу приходили Галя и кассир Надежда. Из мужиков кроме нас был еще Генка-мясник - виртуоз ножа и топора, но запойный. И подсобный рабочий Гриша - тот, что с утра разгружал продукты. Тоже друг зеленого змия.
Еще коренщицы - которые овощи чистят, пожилые уже. Они ровесницы, но почему-то Марусю все зовут тетя, а Олю - баба, не разберешь.
Остальных опишу по ходу действий, так как были еще кондитеры и продавщицы "кулинарии", уборщицы и посудомойки. Среди них попадались весьма неординарные личности.
Продолжение:
Другие воспоминания автора: