Первый раз она выбросила его вещи в конце февраля.
Сергей пришел с работы, открыл дверь ключом — в прихожей стояли три пакета. Его джинсы, свитера, ботинки, носки, зубная щетка. Сверху — зарядка от телефона и паспорт. Лариса сидела на кухне, пила кофе, листала телефон.
— Это что? — спросил он.
— Ты не видишь? Вещи.
— Зачем?
Она подняла глаза. Посмотрела спокойно, как смотрят на мебель, которую решили вынести.
— Серёжа, я устала. Ты меня душишь. Ты звонишь каждые два часа, ты проверяешь, где я, ты спрашиваешь, с кем я пью кофе. Я не могу так. Иди пожалуйста на х?1.
Он стоял в прихожей. Смотрел на пакеты.
— Я не душу.
— Душишь. Ты больной человек, Серёжа. Тебе нужна помощь.
— Я просто люблю тебя.
— Это не любовь. Это какой-то дебильный гиперконтроль.
Она встала, прошла мимо, даже не посмотрела. Захлопнула дверь спальни.
Сергей простоял в прихожей полчаса. Потом собрал пакеты, занес обратно в комнату. Разложил вещи по полкам. Зубную щетку поставил в стакан. Паспорт убрал в тумбочку.
Сегодня Сережа спал на диване.
Утром она вышла в халате, как ни в чем не бывало.
— Кофе будешь?
— Буду.
Она сварила. Поставила перед ним. Села напротив.
— Серёжа, прости. Я вчера лишнего наговорила. Просто устала на работе.
— Ничего.
— Ты чудесный. Я тебя люблю. Просто дай мне пожалуйста больше пространства.
Он кивнул. Пил кофе. Смотрел, как она болтает ногой под столом, как поправляет волосы, как улыбается уголком губ.
Через три дня она не пришла ночевать.
Сергей сидел на кухне до трех ночи. Звонил — трубку не брала. Писал — прочитано, без ответа. В семь утра она зашла, свежая, пахнущая духами и утренним весенним воздухом.
— Ты где была? — спросил он.
— У Веры. Посидели, поговорили.
— Всю ночь?
— Не спалось.
Она сняла пальто, повесила в шкаф. Прошла в душ.
Сергей открыл шкаф. Пальто странно пахло, вот только он не мог уловить, чем. И не духами Ларисы. Другим запахом. Он закрыл шкаф.
— Ларис, — сказал он, когда она вышла из душа. — Кто он?
— Кто?
— Тот, с кем ты была.
Она посмотрела на него. Удивленно, честно, как актриса в дешевом сериале.
— Серёжа, что ты такое несешь. Я была у Веры.
— Врешь.
— Не вру. А если и была у кого — тебе какое дело? Мы не расписаны.
Она сказала это спокойно. Уверенно. И он понял, что это правда.
Сергей ушел на работу. Весь день перечитывал ее сообщения. «Люблю тебя», «ты мой хороший», «соскучилась».
В марте она стала задерживаться каждый день. То на работе дедлайны горят, то к подруге заскочила, то в магазин. Сергей сидел у окна, смотрел на улицу, ждал. Лариса приходила в одиннадцать, в двенадцать, в час. Веселая, громкая, какая-то чужая.
— Ты чего не спишь? — спрашивала она.
— Жду.
— Не надо ждать. Я большая девочка.
Она целовала его в щеку. Быстро, сухо. И уходила в спальню. Или сначала в душ, потом в спальню.
Сергей ложился на диван. Смотрел в потолок.
Однажды он не выдержал. Взял ее телефон, когда она была в душе. Пароль она не меняла — дата рождения. Переписки. С Олегом. «Привет, малышка», «как прошла встреча?», «жду не дождусь пятницы». И ее ответы: смайлики, сердечки, «я тоже соскучилась».
Он положил телефон на место.
Вечером спросил:
— Ларис, кто такой Олег?
Она замерла.
— Ты лазил в моем телефоне?
— Кто такой Олег?
— Это мой коллега.
— Коллега, который ждет не дождется пятницы?
Она отложила вилку. Посмотрела на него долгим взглядом.
— Серёжа, ты роешься в моих вещах, ты следишь за мной, ты ревнуешь к каждому столбу. Это ненормально.
— Я хочу знать правду.
— Правда в том, что ты меня душишь. Я не могу дышать.
Она встала, вышла из-за стола. Хлопнула дверью спальни.
Сергей сидел один. Доел ее котлету, которая остыла. Помыл тарелку. Почистил зубы. Лег на диван.
Через час дверь открылась. Лариса вышла в халате, села рядом.
— Серёжа, прости. Я была резка.
— Ничего.
— Олег — просто друг. Мы вместе учились. Он помогает мне по работе.
— Ты с ним спишь?
Она отвернулась.
— Ты невыносим.
— Спишь?
— Нет. Но если и сплю — что? Ты мой муж? Ты мой собственник? Мой владелец?
Сергей молчал. Она встала, ушла.
На следующей неделе она пришла домой в три часа ночи. Сергей сидел на кухне. Не спал.
— Ты опять не спишь, — сказала она. — Это нездорОво.
— Кто он?
— Никто.
— Я видел вас. У ресторана. Он тебя целовал.
Она усмехнулась. Устало, зло.
— Серёжа, тебе не кажется, что ты переходишь границы? Я не твоя вещь. Я имею право на личную жизнь.
— А я?
— А что ты? Ты сидишь дома и ждешь. Это твой выбор.
Она разделась, прошла в спальню, потом в душ. Сергей слышал, как шумит вода в душе. Потом стало тихо.
Он подошел к двери. Прислонился лбом к косяку.
— Ларис, я люблю тебя.
Тишина.
— Ларис.
— Иди спать, Серёжа.
Он лег на диван. Смотрел в потолок до утра.
В середине марта она сказала, что уезжает на выходные. С подругами. На дачу.
— С какими подругами?
— С Верой и Танькой.
— А Олег будет?
Она вздохнула. Посмотрела на него как на ребенка, который задает глупые вопросы.
— Серёжа, прекрати.
— Не езди.
— Не говори мне, что делать.
Она собрала сумку за час. Яркое платье, белье, косметика. Не для дачи. Сергей стоял в дверях, смотрел.
— Ларис, останься.
— Нет.
— Пожалуйста.
Она подошла, чмокнула его в щеку.
— Не скучай, зай. Я вернусь.
Уехала.
Сергей просидел на кухне два дня. Не ел, не пил. Смотрел в стену. Звонил ей — трубку не брала. Писал — не отвечала.
В воскресенье вечером она пришла. Довольная, счастливая, с цветами. С желтыми тюльпанами.
— Это тебе, — сказала она.
— Спасибо.
— Ты чего такой?
— Ждал.
Она поставила цветы в вазу. Села напротив.
— Серёжа, я должна тебе сказать.
Он ждал.
— Я ухожу.
— Куда?
— К Олегу. Мы решили жить вместе.
Сергей смотрел на нее. На тюльпаны. На свои руки.
— Ты же говорила, он друг.
— Я говорила. А теперь говорю другое.
— А я?
— А ты... ты найдешь другую. Ты хороший. Просто у нас не получилось.
Она встала, прошла в спальню. Через час вышла с двумя чемоданами.
— Ключи положи на стол, — сказала она.
Сергей сидел. Не двигался.
— Серёжа, давай не усложняй.
Она поставила чемоданы у двери. Подошла, наклонилась, поцеловала в макушку.
— Ты справишься.
Потом взяла ключи с тумбочки, положила на стол. Открыла дверь. Чемоданы цокнули о кафель.
Дверь закрылась. Громыхнул лифт.
Сергей сидел на кухне. Смотрел на тюльпаны. Желтые, свежие, утренние. Простояли в вазе три дня, пока она собирала чемоданы.
Он встал. Подошел к окну. Внизу, у подъезда, стояла черная машина. Олег загружал чемоданы в багажник. Лариса села на переднее сиденье. Даже не обернулась.
Машина уехала.
Сергей стоял у окна до темноты. Потом взял вазу с тюльпанами, вылил воду, выкинул цветы в мусорное ведро. Потом достал, поставил обратно в вазу. Налил свежей воды.
Потом убрал ключи со стола в карман. Потом положил обратно.
Этой ночью ему не спалось.
Через три дня она позвонила.
— Серёжа, привет.
Рекомендую почитать: