Конечно же Ливерпуль безоговорочно занимает первое место в истории «Великолепной четверки», но в разгар битломании они пересеклись со «столицей развлечений», вдохновившись сиянием Изумрудного города для одной из своих песен
Естественно, именно достопримечательности и улицы их родного города нашли наибольшее отражение в песенном каталоге Джона Леннона и Пола Маккартни
Strawberry Field - так назывался приют Армии спасения в Ливерпуле, куда частенько заглядывал Джон Леннон. Он сохранил теплые воспоминания об этом месте, которые вдохновили его на сочинение песни под названием Strawberry Fields Forever.
Тетя Джона, Мими, не слишком одобряла эти поездки, поскольку это ведь, по сути, был детский дом, и она считала, что её племянника там могут сбить с пути истинного. А Джону нравилось туда ходить, потеряв отца, он чувствовал родство с этими ребятами.
Когда Джон и его тетя спорили о том, стоит ли ему появляться в приюте, он часто отвечал: «А что они сделают, повесят меня?» Но на американском сленге дословное «быть повешенным» (hung up) означает беспокоиться о чем-то.
Отсюда и строчка в песне «Nothing is real and nothing to get hung about» (ничего реального и ни о чем не надо беспокоиться).
Из интервью Джона Леннона 1980 года: «Strawberry Fields - это реальное место. Я переехал с Penny Lane к своей тете, она жила в пригороде в хорошем двухквартирном доме с небольшим садом, там в основном жили врачи, юристы, и это место не имеет никакого отношения к бедным трущобным районам, которые упоминаются во всех этих историях про BEATLES. По социальному положению мы были примерно на полкласса выше, чем Пол, Джордж и Ринго, которые жили в субсидированном государством жилье. А у нас был свой дом и свой сад. У них не было ничего подобного. Неподалеку от нашего дома был Strawberry Field - дом рядом с исправительным учреждением для мальчиков, в детстве я ходил туда на вечеринки со своими друзьями Найджелом и Питом. Мы тусовались там и продавали бутылки с лимонадом по пенни за штуку. Там всегда было очень весело. Вот откуда взялось это название. Я использовал его как образ. Strawberry Fields Forever».
Леннон также объяснил смысл некотрых строчек: «Ну вот: «Никого, мне кажется, больше нет на моём дереве». На самом деле я пытался объяснить такую мысль: «Мне кажется, нет никого, кто такой же крутой, как я, а значит, я, должно быть, или сумасшедший, или гений».
В самом конце песни есть сильно искаженный голос, который произносит что-то похожее на «Я похоронил Пола» (I buried Paul), что сответствовало тогдашним слухам о смерти Пола Маккартни. На самом деле Леннон сказал: «Клюквенный соус» (Cranberry sauce).
Интересно, что на другой стороне сингла Strawberry Fields Forever оказалась песня Penny Lane, по названию улицы, на которой Леннон и Маккартни частенько встречались, поскольку оба жили рядом.
THE BEATLES нередко выпускали синглы, на одной стороне которых была песня, написанная Ленноном, а на другой - Маккартни. Вопрос о том, какую сторону сингла считать эй-сайдом, нередко вызывал споры.
И так случилось, что этот сингл прервал их долгую серию хитов номер один в Британии. Сейчас принято считать, что если бы они не выпустили эти две песни вместе, они бы однозначно превзошли хит номер один того периода, но магазины регистрировали продажи либо одной, либо другой стороны сингла, и это отрицательно сказалось на позициях обеих песен в чартах.
Группа записала две версии Strawberry Fields Forever с разными инструментами, а затем их склеили вместе. Джон Леннон никак не мог решить, какую из двух версий выпустить, и поручил Джорджу Мартину попытаться их объединить. Мартину стало нехорошо - они были в разных тональностях и темпах! Но немного повозившись, он придумал ускорить первую часть и замедлить вторую, тональности изменились, и ему удалось как-то синхронизировать их. Ровно на 59 секунде, между словами «Let me take you down, cause I'm» - вот здесь склеены две версии - «Going to… Strawberry Fields».
Мартин так никогда и не был полностью доволен этим монтажом, но это лишь доказывает, насколько креативной и новаторской стала их компания к концу 60-х.
В 1969-м на альбоме Abbey Road появилась Polythene Pam о «мифической ливерпульской уборщице в сапогах и килте». Песня умышленно была исполнена с очень сильным ливерпульским акцентом скауз.
Но в юные годы участников THE BEATLES США были для них центром поп-культуры. Ещё задолго до британского вторжения и уверенно-стабильного положения Британии на мировой музыкальной сцене, поколение бэби-бумеров 1950-х искало красивой жизни по ту сторону Атлантики, сбегая от последних остатков послевоенной аскетичности и серых пригородов английских городов.
Голливудский гламур, американская молодежная культура и экономический бум, слишком уж далекий от материальной реальности британских подростков, Калифорния манила волнующим звучанием соула, ритм-энд-блюза, а теперь уже и рок-н-ролла.
Лос-Анджелес затянул THE BEATLES на свою солнечную орбиту. Масштабные концерты в Hollywood Bowl, роскошные резиденции в Бенедикт-Каньон, сделка с городской компанией Capitol Records по распространению пластинок группы в США - так началась пожизненная связь ливерпульской группы с Городом Ангелов, и кое-кто из участников THE BEATLES остался там жить и во время своей сольной карьеры.
Но затем появилась контркультура, пышно расцветшая в районе Хейт-Эшбери в Сан-Франциско на том же западном побережье США. Психоделический взрыв эпохи подготовил новую почву для того, чтобы Лос-Анджелес вновь внес свой вклад, на сей раз в создание одной из песен THE BEATLES,
Так какая улица Лос-Анджелеса вдохновила THE BEATLES на написание песни?
Львиную долю психоделических композиций THE BEATLES написал Леннон, и, Джордж Харрисон здесь находится на втором месте.
Его самые необычные работы «спрятали» на второй стороне саундтрека Yellow Submarine 1969 года - психоделическая Only a Northern Song и хроматическая It’s All Too Much были записаны ещё во время работы над Sgt Pepper’s Lonely Hearts Club Band и многие до сих пор считают их одними из самых недооцененных композиций группы.
Харрисон еще глубже погрузился в бассейн психоделической медитации во время записи Blue Jay Way. Увлеченный восточными гаммами, он хотел также максимально использовать новые звуковые возможности студии, и написал песню, когда ждал пиар-агента группы Дерека Тейлора на улице под названием Блю Джей Уэй в Лос-Анджелесе.
Blue Jay Way вошла в альбом Magical Mystery Tour.
Таинственная атмосфера тумана, окутывавшего холмы Голливуда и открывавшего вид на Сансет-стрип отлично способствовали внутреннему спокойствию и медитации в доме по адресу 1567 Blue Jay Way, арендованном Харрисоном, и только усиливали его особый подход к написанию песен.
Прошло более полувека, Blue Jay Way не теряет свою мистическую интригу, являясь альтернативным саундтреком лос-анджелесскому песенному каталогу, и противопоставляя его гламурному сиянию эзотерическую энергию, мягко окутывающую его уникальный городской пейзаж.
Читать также:
.